Примечание: первые пятьдесят глав описывают процесс становления главного героя; в пятидесятой главе герой восходит на престол.
— Я Мурад V? Тот самый «психически больной» Мурад V, которого сначала запер родной дядя, а потом – родной брат?
Ли Вэй, приведя в порядок мысли и воспоминания, проговорил это в полном замешательстве, с долей недоверия.
Не успел он прийти в себя от шока после перемещения в тело Мурада V, как в комнату поспешно ворвался человек в ливрее придворного служителя Османского дворца.
— Ваше высочество, ваше высочество, почему вы всё еще здесь? — Запыхавшись, воскликнул он. — Церемония коронации его величества султана вот-вот начнется, прошу вас, скорее идемте за мной!
Сказав это и не дожидаясь реакции, вошедший потащил Ли Вэя наружу.
— Ты Хабар? — Нерешительно спросил Ли Вэй, пока его вели по коридорам.
— Да, ваше высочество, я Хабар. Смерть его величества Абдул-Меджида наверняка стала для вас тяжелым ударом, но, прошу вас, возьмите себя в руки!
Хабар обернулся, чтобы утешить его, полагая, что принц всё еще погружен в скорбь по покойному отцу.
Ли Вэй изо всех сил ущипнул себя. Резкая боль пронзила всё тело, достигнув макушки.
«Я и вправду переродился!»
Что ж, теперь Ли Вэй окончательно убедился: он переместился в 26 июня 1861 года – в день, когда тридцать второй султан Османской империи, Абдул-Азиз I, вступал на престол.
Ах да, Абдул-Азиз I – это тот самый родной дядя, который в истории заточит Мурада V и доведет его до сумасшествия.
«Конец мне, полный конец», – Ли Вэй почувствовал неладное.
Этот его дядюшка вовсе не был добрым человеком!
«Стамбул – место опасное, нужно найти способ улизнуть».
Ли Вэй принял внутреннее решение, но сейчас ему оставалось лишь следовать за Хабаром на церемонию коронации Абдул-Азиза I.
Миновав строго охраняемые коридоры, Ли Вэй вошел в зал, где проходило торжество.
— Ваше высочество, оставайтесь здесь, — наказал Хабар. — Когда церемония коронации завершится, я приду за вами. — После чего он развернулся и покинул зал.
— Постой… — Ли Вэй хотел было задержать Хабара, но тот ушел так быстро, что принц не успел договорить, как слуга скрылся из виду.
Оставшись в одиночестве, Ли Вэй с тревогой оглядывал собравшихся знаменитостей. Атмосфера здесь была слишком аристократичной. Хотя тело привыкло к подобной обстановке, Ли Вэй, еще не полностью освоившийся с памятью Мурада, ощущал подсознательный страх.
К счастью, окружающие не горели желанием заводить с ним беседу, что позволило ему немного успокоиться.
Воспользовавшись моментом, Ли Вэй старательно вспоминал, как Мурад вел себя в подобных ситуациях.
Спустя некоторое время в его взгляде поубавилось робости. Память Мурада подсказывала: в таких случаях достаточно просто улыбаться, изображая из себя почетную куклу.
— Его величество султан прибыл!
Раздался громкий возглас. Ли Вэй посмотрел в сторону звука и увидел Абдул-Азиза, входящего в дверях в великолепном парадном облачении.
Толпа, собравшаяся по обе стороны зала, склонилась в поклоне, выражая свое почтение султану.
«Так это и есть тот самый Абдул-Азиз I, который позже запрёт Мурада… то есть меня?», – Мурад (или Ли Вэй, окончательно слившийся с воспоминаниями прежнего владельца тела) стоял, склонив голову и украдкой наблюдая за султаном.
Абдул-Азиз I выглядел крепким мужчиной. Когда тот проходил мимо него, Мурад отчетливо почувствовал разницу в их телосложении.
От фигуры Абдул-Азиза исходила прямая, почти физическая угроза.
«Мне нужно бежать из Стамбула!», – уверенность Мурада только крепла.
Абдул-Азиз прошел сквозь толпу зрителей и направился прямо к трону, стоявшему в центре зала. Он на мгновение задержал на нем взгляд, а затем решительно сел.
Затем церемония пошла своим чередом, шаг за шагом, пока под поздравления присутствующих Абдул-Азиз официально не стал тридцать вторым султаном Османской империи.
И тогда на глазах у всех новоиспеченный султан подозвал к себе своего четырехлетнего старшего сына, Юсуфа Иззеддина-эфенди, и усадил его перед собой.
Мурад, будучи первым в очереди на престол, был проигнорирован. Публичная демонстрация любви Абдул-Азиза к сыну несла в себе очевидный политический подтекст.
Вспомнив, как в его «прошлой жизни» Абдул-Азиз поступил с ним, Мурад окончательно утвердился в желании покинуть столицу.
Когда церемония закончилась, Мурад остался на месте, ожидая Хабара.
Ждать пришлось недолго: вскоре Хабар, пробиваясь сквозь толпу, подошел к нему.
— Ваше высочество, на церемонии не произошло никаких происшествий? — С беспокойством спросил он.
— Нет, всё прошло гладко, — ответил Мурад.
Услышав это, Хабар с облегчением выдохнул и повел Мурада прочь из тронного зала.
Мурад шел следом, и когда рядом никого не осталось, он нервно спросил:
— Хабар, я могу тебе доверять?
Из памяти он знал, что Хабар – его самый преданный человек, но то, что Мурад собирался сказать, было слишком опасным, и он хотел получить подтверждение.
— Ваше высочество, я всегда был верен вам, — твердо ответил Хабар, не понимая причины вопроса. — Даже султан не заставит меня предать вас.
Мурад глубоко вздохнул, приблизился к нему и прошептал:
— Я хочу уехать из Османской империи.
— Ваше высочество, куда же вы хотите отправиться? — Спросил Хабар.
— Лучше всего в Америку. Впрочем, Лондон или Париж тоже подойдут, — сказал Мурад.
Он рассуждал так: стоит вырваться из империи, и перед ним откроется весь мир. С его знаниями из будущего он в эту эпоху везде сможет устроиться с комфортом.
Стоит упомянуть, что в прошлой жизни Ли Вэй был дизайнером эротического белья и любителем османской истории. В дизайне одежды его опыт опережал этот мир на добрую сотню лет.
Даже если люди этой эпохи не примут слишком смелые эскизы, у Мурада были и другие способы заработка – например, технология производства чулок, как легко рвущихся, так и сверхпрочных.
К сожалению, ответ Хабара разрушил его фантазии:
— Ваше высочество, покинуть империю невозможно. Разве что вы получите личное разрешение его величества султана.
— И нет никакого другого пути? — Не веря, спросил Мурад.
— Никакого, — без тени сомнения отрезал Хабар.
Мурада накрыло волной глубокого разочарования, но следующие слова слуги вновь зажгли искру надежды.
— Ваше высочество, если вы просто хотите уехать из Стамбула, возможно, вам стоит попросить помощи у Великого визиря Али-паши, — предложил Хабар.
Комментарии