— Мой друг Ли Су, — гордо сказал Линь Цзэ. — Он аньшоу уезда и префектуры…
Юнь Цинь сразу оживился. Стало интересно: ведь и он сам недавно добился такого же.
— Так он сейчас здесь? — В нетерпении спросил он, глаза блестели жаждой обсуждения учёных тем.
Линь Цзэ и Цинь Мин переглянулись. Может, беседа с равным поможет брату Су преодолеть его недавние заминки в письмах и рассуждениях.
— Он у себя в комнате, — сказал Линь Цзэ и поспешил за другом.
Ли Су в это время занимался каллиграфией. Рука двигалась спокойно и точно, мысли очищались. Ему всегда нравилось писать иероглифы: душа отдыхала, ум становился ясным.
Но настроение было тяжёлое. В цэллуне и стихах он словно уперся в невидимую стену. Знал, что не достиг вершины, но прогресса не чувствовал. Год назад всё улучшалось стремительно – и стиль, и техника. А теперь надо искать иной путь роста.
Он много занимался сам, использовал и советы наставника, и обширные знания древних. Источников больше, чем у большинства учеников, трудолюбия не меньше. Но даже у лучших нет предела совершенству.
Немного подумав, он решил читать как можно больше и не отказываться от общения: среди прибывших на экзамен немало сильных умов, стоит завести знакомства. Сегодня они студенты, завтра – чиновники. Эти связи могут пригодиться.
Раньше времени на общение он не тратил: пользы от собственных занятий было больше. Но теперь пришла пора расширять круг.
Закончив строку, он удовлетворенно посмотрел на выведенные иероглифы: почерк закалился, стал изящнее и увереннее.
Раздался стук. — Брат Су! Брат Су! — Звал Линь Цзэ.
— Входи, — ответил он, ставя кисть на подставку.
Линь Цзэ ворвался в комнату:
— Брат Су, к нам пришёл некий господин Юнь! Хочет обсудить с тобой учёные вопросы…
— Юнь Цинь? — Удивился Ли Су. Наставник Си Шэн упоминал это имя.
— Ты его знаешь? — Удивился Линь Цзэ.
— Слышал о нём. Лично не видел. Странно лишь, что он сам явился…
— Он просто сосед. Узнал, что мы тоже на экзамен, и заглянул…
— Понятно, — задумался Ли Су. — Возможно, совпадение. Сейчас узнаем…
Он давно хотел пообщаться с другими студентами – судьба сама подсунула случай. Наставник ведь отзывался о Юнь Цине с похвалой. Сердце у Ли Су чуть ускорило ритм.
Они вдвоём вышли во двор. Когда Юнь Цинь увидел Ли Су, в глазах у него мелькнуло изумление. Он слышал, что тот родом из сельской глуши, и представлял простого деревенского парня. Но перед ним стоял юноша с редкой благородностью и внутренним светом – даже без богаческих одежд выглядел, как сын столичного рода.
Юнь Цинь сдержал удивление, поднялся и приветствовал гостя:
— Встреча – честь для меня. Говорят, вы дважды аньшоу – в уезде и префектуре. Истинный талант!
— Вы меня переоцениваете, — ответил Ли Су. — О вас тоже говорят как о выдающемся ученике, и, думаю, будущее ваше безгранично…
Оба пригласили друг друга сесть, одновременно сделав жест рукой, и рассмеялись. Юнь Цинь понял: Ли Су слышал о нём, но не знает их возможной связи через Си Шэна. А Ли Су внутри отметил: собеседник не подозревает о его наставнике.
После пары вежливых фраз они перешли к сути. Разговор о текстах и идеях быстро увлёк обоих. Они словно подхватывали мысли друг друга, развивая и дополняя. Остальные слушали, затаив дыхание: ведь редкость – слышать, как два гения спорят и соглашаются.
К вечеру спор перешёл в тихий обмен строками, и Ли Су ощутил, будто сорвал невидимую плёнку – мысли задвигались свободно. Юнь Цинь же был поражён не меньше: понимал, что в борьбе за малое тройное первенство результат теперь вовсе не очевиден.
Но вместо зависти чувствовал только уважение. В кэцзюй сильнейший достоин победы; главное – не бояться сильных, иначе не вырастешь. Этому Юнь Цинь уже научился.
Они ладили так естественно, что вскоре решили поужинать вместе. Шагая рядом, Юнь Цинь спросил:
— Достойный брат, скажи, у тебя есть наставник?
За время беседы они перешли на обращение «достойный брат» и «достойный младший». Юнь Циню только что исполнилось пятнадцать, Ли Су – шестнадцать, так что старшинство закрепилось естественно.
— Есть, — кивнул Ли Су.
Юнь Цинь вздохнул: если у того учитель – обычный сюцай или цзюйжэнь, то помощи от него теперь мало, хотя ученик явно превосходит многих мастеров.
— Мой наставник очень силён, — спокойно сказал Ли Су, заметив сомнение в его взгляде.
— Осмелюсь спросить, как фамилия вашего учителя? — Заинтересовался Юнь Цинь.
Вот тут Ли Су растерялся: знал лишь, что у наставника в имени есть иероглиф Шэн. А полное имя тот никогда не называл. Для ученика это мелочь, думал он раньше. Теперь вдруг понял, как неловко звучит признание, что не знаешь имени учителя.
Пока он колебался, Юнь Цинь подумал, будто тот просто не хочет упоминать неизвестного наставника, чтобы не ставить его в неловкое положение. Потому сменил тему:
— Ну что ж, главное, что есть кому направлять…
— А ты, достойный младший, сам не учишься у наставника? — Спросил в ответ Ли Су.
Он полагал, что столь талантливого, как Юнь Цинь, давно бы расхватали учёные столицы. Ошибся: тот лишь улыбнулся.
— Нет, сам по книгам…
Ли Су задумался. Выходит, уровень Юнь Циня – не предел возможного. Всё ещё впереди. Значит, нужно трудиться вдвое усерднее.
Комментарии