На какое-то мгновение Лу Фэн почти решил, что его прибор ночного видения сломался.
Но с самого сегодняшнего утра он получил столько ударов по психике, что один лишний уже казался чем-то в порядке вещей.
Мальчишка-дилетант, впервые в жизни взявший в руки оружие, без какой-либо предварительной наводки, с первого же нажатия на спуск, менее чем за полсекунды укладывает три пули в движущуюся цель на расстоянии пятидесяти метров?
Это что, читы?
Даже не удосужился притвориться?
Но в тот миг, мельком взглянув на стойку Цзи Цзюэ, на этот до абсурда правильный, вызывающий слезы умиления у любого инструктора стиль стрельбы, на это прикрытие, за которое любой сослуживец готов был бы отвесить земной поклон, он невольно усомнился в себе… Неужели он сам прошел через какой-то «липовый» тренировочный лагерь?
— Хорош, парень, ха! — Лу Фэн не сдержал радостного смеха под маской, выхватил топорик из-за пояса, всадил его в череп очередному нападавшему и бросился вперед.
Больше он не обращал внимания на тех, кто преследовал его по пятам.
Он позволил пулям Цзи Цзюэ свистеть прямо у себя над ухом!
Где-то вдали Цзи Цзюэ снова нажал на спуск.
Выстрел за выстрелом.
И следом пули неизбежно сносили очередные головы или загоняли обратно в укрытие тех, кто пытался выглянуть из углов, не давая им даже шанса.
Он чувствовал всё: ход спускового крючка, работу ударно-спускового механизма, рык пули в стволе, выброс гильзы из окна выбрасывателя – словно подбирал яблоко с ладони.
Никаких раздумий, никакой концентрации, лишь легкость.
Просто и без затей.
Но куда важнее было то самое «ощущение», возникающее при контакте, – невиданная прежде «инстинктивная реакция».
Никогда еще он не испытывал такого упоительного чувства.
Словно какая-то невидимая сила вела его за руку, направляла и впечатывала в костный мозг опыт, накопленный за долгие годы…
В тот миг, когда способность Цзи Цзюэ наполнила оружие, он это осознал.
У него есть душа!
Цзи Цзюэ внезапно осенило: возможно, в этом и заключается истинное применение его способности – чувствовать инструменты, изучать их, а потом позволить самим инструментам рассказать, как правильно их использовать!
И он нажал на спуск.
В сторону угла, где среди хаоса стояла женщина, до самого конца холодно наблюдавшая за происходящим. Он видел ироничную усмешку на губах Чжу Хун и алые глаза за стеклами темных очков.
Ее взгляд на мгновение сместился в сторону Цзи Цзюэ.
Бам!
Гулкий звук разорвал воздух, латунная пуля, вращаясь, вошла ей прямо в переносицу, пробила череп, превращая мозг в зловонное месиво, которое должно было разлететься брызгами во все стороны… Всё должно было произойти именно так, закономерно, но, увы, первый же этап провалился.
Пуля вошла в плоть, но словно напоролась на бронепластину – она отрикошетила от черепа!
Осталась лишь рана, которая тут же начала затягиваться.
Цзи Цзюэ снова нажал на курок.
В тот же миг в глазах Чжу Хун вспыхнул кровавый огонь, на ее прекрасном лице начали проступать чешуйки. Она открыла рот и произнесла что-то беззвучное.
Цзи Цзюэ не услышал ни звука.
Но его бросило в ледяной пот.
Потому что только что перезагрузившаяся система мониторинга слала ему безумные оповещения: «Уходи уходи уходи уходи уходи».
Не раздумывая, не колеблясь, Цзи Цзюэ рванулся вперед, бросился, как бешеная собака – неуклюже, некрасиво, перекатываясь, как осел в грязи.
Безобразная, но эффективная прыть.
А в следующее мгновение то место, где он только что стоял, вместе с бетонным полом и парковочным знаком разлетелось в щепки!
Раздался грохот.
Из воздуха вынырнул длинный, покрытый странными пятнами чешуйчатый хвост – он показался лишь на миг, снова став полупрозрачным и почти неразличимым в темноте. Однако инфракрасный датчик камеры без устали транслировал изображение Цзи Цзюэ.
Это был питон!
В инфракрасном диапазоне жуткая гигантская змея извивалась в тенях, ее чешуя переливалась ярким, холодным светом. Но невооруженным глазом ее цвета сливались с окружением, делая чудовище почти невидимым.
Змея длиной в несколько метров ползала в темноте, а на ее брюхе волочились недоразвитые конечности, по всему лицу то тут, то там виднелись безобразные наросты.
А в ее очах пылал тот самый кровавый огонь, наполненный голодом и безумием!
— Твою мать, Фэн-гэ, осторожно, тут какой-то охот… — в это короткое мгновение Цзи Цзюэ даже не рискнул оглянуться, он лишь выкрикнул предупреждение, а затем увидел, как змея, словно пружина, бросилась на него.
Он инстинктивно присел, собираясь кувыркнуться, но стоило ему начать движение, как ноги, будто опутанные веревкой, резко дернуло вверх.
Змеиный хвост, гибкий, как ладонь, обвился вокруг левой ноги и поднял его в воздух. Затем змея распахнула пасть, полную вони, и сомкнула ее прямо у головы Цзи Цзюэ.
Бам.
Раздался глухой стук зубов, способных перекусить кости, как гильотину, но движение пасти резко остановилось… ее заблокировала рука Цзи Цзюэ!
Даже в безумных змеиных глазах читалось изумление и неверие.
Под порванной рабочей формой виднелись обрывки бумаги, вылетевшие из-под удара клыков – чтобы не повторять ошибки с «дедом-кусакой», Цзи Цзюэ обмотал скотчем вокруг предплечий толстые учебники, те самые «Тридцать томов Короля экзаменов», от которых по ночам рыдал младший брат Лу!
— Каково на вкус знание?
От боли в треснувшей кости Цзи Цзюэ поморщился, но усмехнулся. Его вторая ладонь резко выбросилась вперед, раскаленный ствол пистолета вонзился прямо в змеиный глаз, разорвав радужку, и он бешено нажал на спуск!
Четыре выстрела подряд в глазнице – змея издала жуткий визг и забилась в конвульсиях. Цзи Цзюэ отшвырнуло в сторону, он ударился об пол и на мгновение потерял сознание, едва не задохнувшись.
Но не успел он подняться, как ощутил могильный холод.
Огромное тело змеи в конвульсиях обвило его и начало сжиматься!
Это был истинный инстинкт охотника-питона: удушение, способное превратить в фарш даже крупного хищника!
Хрусть!
Цзи Цзюэ услышал стон собственной левой руки, не выдерживающей давления. Его свободная рука шарила по сторонам, но могла лишь ухватиться за кончик хвоста – этого было недостаточно, чтобы вырваться.
Внезапно Лу Фэн, заметив краем глаза бедственное положение Цзи Цзюэ, бросил пустой автомат и помчался по трупам.
В другой руке он сжимал дробовик. Он направил его не на змею, а на Чжу Хун, стоявшую поодаль с насмешливой улыбкой, и нажал на спуск!
Сначала нужно убрать главаря!
Свинцовый ливень хлынул из ствола, вонзившись в тело Чжу Хун. Пробив ее дорогое вечернее платье, пули просто поглощались плотью, лишь заставив ее отступить на шаг.
Он не останавливался, нажимая на спуск снова и снова, до тех пор, пока весь паркинг не заполнил оглушительный грохот.
Казалось, что стройный силуэт женщины превращается в кучу кровавого мяса, клочья одежды летали в воздухе, обнажая шокирующие всполохи алого и неестественную белизну кожи.
Более того, три пружинящих конусообразных объекта… три?!
Приблизившийся Лу Фэн невольно замер, перед глазами всё поплыло, что-то пронеслось мимо.
Погоди, почему у нее три груди?!
И что это только что пролетело…
Его ствол внезапно стал тяжелым: две окровавленные руки поднялись и ухватились за него, с шипением вонзаясь в металл.
На расстоянии вытянутой руки, на него поднялось лицо, некогда прекрасное, а теперь покрытое пулевыми отверстиями и искаженное алой, насмешливой улыбкой:
— На что ты… смотришь?
В следующее мгновение Лу Фэн наконец понял, что пролетело мимо – это что-то застряло у него в горле. Это была… рука!
Скрытая под платьем и маскировкой жуткая конечность!
Она сомкнулась на шее Лу Фэна и медленно приподняла его.
Раз, два, три…
Лу Фэн вытаращил глаза, пересчитывая конечности на теле этой женщины. Невероятно, но вскоре он успокоился: всем известно, что у человека две груди и две руки, если у кого-то три груди, то три руки кажутся вполне логичным дополнением!
А затем он увидел, как из-за спины Чжу Хун медленно выдвинулась четвертая конечность, острая, как клинок, а следом за ней – пятая!
Словно паук, наконец сбросивший оболочку, она предстала в истинном обличии.
— А я-то думала, что за твари пожаловали, а это, оказывается, сами ингредиенты приползли. Спасибо, что помогли мне избавиться от этого балласта и мусора.
Чжу Хун ухмыльнулась, ее пальцы медленно сжимались, она наслаждалась тем, как жертва ломается под ее хваткой, но тут… стало светло.
Замигал свет.
Наконец-то дали электричество!
Но свет принес не победу, а страшную весть.
Раздался жуткий визг.
Лу Фэн поклялся бы, что впервые в жизни слышал, как кричит змея, – по звуку почти как крик Цзи Цзюэ… хотя вскоре он понял, что это и есть Цзи Цзюэ.
А та штука, что когда-то была жуткой змеей, издавать звуки уже не могла!
Только что, будучи на грани удушья, Цзи Цзюэ предпринял последнюю, отчаянную попытку.
Он не стал тратить силы на то, чтобы кусать эту дрянь, а, собрав остатки воли, впихнул хвост монструозного питона… прямо в розетку!
— Эй, приятель.
Цзи Цзюэ, лицо которого стало багрово-синим, с трудом поднял голову и в последний раз усмехнулся чудовищу:
— У тебя есть заземление?
Па!
В этот миг, высасывая духовную субстанцию из часов, он активировал способность!
Всё, что было отключено, перезапустилось вновь.
Пам! Пам! Пам! Пам! Пам! Пам!
Здание задрожало, словно в лихорадке, выбитые автоматы ожили, и ночной клуб, погруженный во тьму и хаос, утонул в слепящем свете.
Вместе с Цзи Цзюэ.
Под жалобный вой распределительного щита чудовищное напряжение, способное запитать целый ночной клуб – танцпол, лампы, колонки, кухню, каждый зал и кабинет – устремилось по зову Цзи Цзюэ, не щадя плавящихся проводов. Змея в первый раз в жизни наполнилась ослепительным сиянием.
Прямо как лампочка.
Поток тока, подобный цунами, мгновенно прожег слабую чешую на хвосте и ворвался в плоть питона, распространяясь по крови и костям, сжигая всё на своем пути.
Менее чем за секунду провода окончательно перегорели, но змея уже застыла на месте, облаченная в свою броню, которая из-за плохой проводимости лишь удерживала ее в прежнем положении.
Вскоре, подергиваясь вместе с Цзи Цзюэ, она распалась на части, больше не напоминая грозного монстра – куски плоти, обугленные электрическим разрядом, источали одуряющий запах горелого мяса.
Цзи Цзюэ, задыхаясь и содрогаясь, с трудом поднялся, упал, снова попытался встать и, не выдержав, его стошнило.
Его рвало без остановки.
Наконец придя в себя, он с трудом поднял голову и увидел вокруг груды тел, а в кровавой луже – Лу Фэна, которого держали за горло. И Чжу Хун, смотревшую на него с таким видом, будто увидела привидение.
Она смотрела прямо на него.
Он инстинктивно коснулся своего лица и понял, что маска давно слетела. Теперь на его бледной коже были слюни и кровь из носа, лица было почти не узнать.
Лишь шрам, идущий от шеи к щеке, оставался таким же заметным.
Незабываемое зрелище.
Черт, «спалился».
Цзи Цзюэ хлопнул себя по лбу, вздохнул и, собрав последние силы, выдавил из себя приветливую улыбку, обращенную к «хозяйке машины», пригласившей его на прогулку.
— Хай, босс.
Он пригладил свою взъерошенную шевелюру и, моргая влажными глазами, изо всех сил попытался придать лицу хоть капельку кокетства:
— Обслуживание требуется?
Комментарии