— Поэтому слабость сама по себе – первородный грех, — равнодушно произнес Линь Шань.
— Болтайте дальше, а у меня дела, я пошла, — сказала Ся Сюань. Она заходила лишь для того, чтобы отдать коконы Хуан Ин.
— У меня тоже дела. Продолжай греться на солнышке, — улыбнулась Хуан Ин и, обняв коконы, пошла обратно.
Обе ушли по своим делам, а Линь Шань остался сидеть в кресле, подставляя лицо солнцу. В руках он крутил «Сердечный Свет», меняя его форму, и шептал, так что слышал только он сам:
— Если бы так легко было всегда…
После обеда Линь Шань в своем доме занялся приготовлением зелий. Всего вышло семь порций, разлитых в четырнадцать маленьких керамических сосудов. Осталось еще около десяти граммов праха духовных рыб-трикстеров и тридцать с лишним граммов рогового порошка «Озлобленных».
Убрав остатки, он взял один сосуд. Жидкость внутри была кристально чистой, похожей на ртуть, и медленно кружилась внутри флакона.
В процессе приготовления Линь Шань обнаружил закономерность: как только пропорции подобраны верно, срабатывает неизвестный закон, вызывающий качественное изменение зелья. Один из сосудов получился именно так – он не стал взвешивать ингредиенты с помощью Пергамента, а добавлял всё на глаз.
Вероятно, это правило действует и для других зелий, что значит: при наличии достаточного количества материалов пропорции можно выведать опытным путем.
Линь Шань плотно обернул сосуды шелковой тканью и уложил в рюкзак.
Выйдя из дома, он было собрался дальше греться на солнце, но, увидев в ряд десять деревянных строений, внезапно задумался.
Надо бы построить и себе домик. В следующий раз, когда он вернется, здесь наверняка будет полно новичков, а это место – своего рода «центр города». Если захватить участок земли, вдруг он потом вырастет в цене?
Дома народа кошек стояли отдельно от человеческих, между ними было метров двести расстояния. Кроме времени, когда они изучали языки или ели вместе, они почти не пересекались.
Линь Шань нашел место погуще, где деревья росли плотнее.
Посмотрев на дерево, которое он едва мог обхватить руками, он превратил Сердечный Свет в топор. Всего пара ударов – и дерево с грохотом повалилось. Так, одно за другим, он свалил больше десяти деревьев и тут же на месте распилил их на ровные доски.
Призвал на помощь Цзинь Тяньцзуна, и благодаря тому, что Сердечный Свет мог принимать любую форму, к вечеру был готов добротный дом площадью в пятьдесят квадратных метров.
Дом получился в современном стиле, напоминающем виллу, и выделялся на фоне остальных построек, опережая их на эпоху.
Линь Шань довольно оглядел свою маленькую виллу. Он обнаружил, что, хотя в бою Сердечный Свет был довольно посредственным и не имел выдающихся способностей, для работы он подходил идеально – из него можно было сотворить любой инструмент.
Когда Красная Луна поднялась в небеса, все собрались на ужин.
Чжан Чжунхуа громко объявил:
— Вэй И, мы семеро завтра уходим вместе с Линь Шанем. Возможно, вернемся не скоро. Пока нас не будет, если появятся новые люди, прошу вас оказать им поддержку.
Вэй И на мгновение опешил, а потом на его лице промелькнула радость, которую, впрочем, он быстро скрыл. Он вежливо ответил:
— Разумеется. Народ кошек и люди теперь союзники. Будьте спокойны, пока мы здесь, люди не пострадают.
— Благодарю, — отозвался Чжан Чжунхуа.
Линь Шань хмурился, наблюдая за происходящим. Тот проблеск радости на лице Вэй И не ускользнул от него.
«Похоже, мне придется найти способ вернуться пораньше», – подумал он про себя.
— А куда вы направляетесь? — Спросил Вэй И.
Чжан Чжунхуа замялся, но тут Линь Шань равнодушно бросил:
— За повышением ранга.
Он сделал это намеренно: даже если у народа кошек есть свои планы, им стоит взвесить последствия, которые наступят, когда вернутся ставшие сверхъестественными люди.
— Э-э… — Вэй И выглядел ошеломленным.
Однако он выдавил из себя улыбку:
— Поздравляю. Вы так быстро нашли путь к сверхъестественному.
— Народ кошек оказал нам огромную поддержку, и когда мы, люди, станем сильными, кошки получат достойное вознаграждение, — тихо произнес Линь Шань.
Его слова имели двойной смысл, и он не сомневался, что кошки всё поняли.
То ли Вэй И плохо усвоил китайский, то ли прикинулся, что не понял намека.
Он по-прежнему улыбался:
— Это именно то, к чему стремится мой народ. Мир Серого Тумана огромен, мы все здесь лишь муравьи, запертые в невидимом кругу, из которого невозможно выйти. Мы заперты в так называемой «безопасной зоне» и только сбиваясь в группы, можем с трудом выживать в этом тумане.
— То есть ты хочешь сказать, Вэй И, что все народы в мире Серого Тумана живут, поддерживая друг друга? — С интересом спросил Линь Шань.
— Именно так, — кивнул Вэй И. — Взаимовыгодное сотрудничество – это основа выживания в этом мире.
Линь Шань промолчал. Пергамент на любой вопрос, связанный с делами других народов, отвечал лишь: «Судьба рода препятствует, невозможно узнать». На слова Вэй И он не собирался полагаться.
После ужина все разошлись по своим домам.
Линь Шань по привычке остался в доме Цзинь Тяньцзуна – его собственная вилла, хотя и была большой, внутри пустовала.
Красная Луна сменилась солнцем, и небо окрасилось в цвета утренней зари.
Восемь человек были готовы к выходу. Линь Шань вывел из конюшни вороного коня – пока остальные будут заняты развитием, он собирался найти материалы для второго ранга. Путь предстоял неблизкий, и конь был отличным выбором.
Семерка взяла лишь немного провизии – при удачном раскладе они могли добраться за день.
Это были Чжан Чжунхуа, Чжао Сяоань, У Ван, Ся Сюань, Хуан Ин, Сы Чжэньнань и Чао Юсинь.
В лагере остались лишь Янь Жусинь, Цзинь Тяньцзун и Ло Хэ.
…
До границы барьера дошли всего за два часа. Линь Шань вел группу, и путь был спокоен.
Красный Фонарь Линь Шань подвесил в пяти метрах над землей, заставив его парить с помощью крошечной руки из «Сердечного Света» – это не мешало остальным.
Перед барьером Линь Шань стал серьезен:
— Впереди мир Серого Тумана. Там опасно, одно неверное движение может стоить жизни…
— Подержи коня, вы идите за мной, не отставайте, — он вышел вперед и взял Красный Фонарь в руки.
— Поняли, — ответили они.
Стоило им выйти за барьер, как Серый Туман мгновенно поглотил обзор – видимость не превышала десяти метров. Даже Линь Шань был в таком же положении: «Сердечный Свет» не разгонял туман и не помогал усилить зрение.
Но с Красным Фонарем в руках всё было иначе: он игнорировал туман в радиусе четырехсот метров и был настоящим артефактом-проводником.
Группа двигалась вперед. Прошло всего несколько минут, как Чжао Сяоань тихо прошептала:
— Как-то очень холодно, не будет ли…
Остальные кивнули – они тоже почувствовали, как за ними тянется какой-то холод, и все взгляды устремились на Линь Шаня.
Линь Шань покачал головой и, указав на Красный Фонарь, ответил:
— Это от него. Идемте дальше.
Все выдохнули и, следуя указаниям Линь Шаня, двинулись дальше. Линь Шань сверялся с пометками на Пергаменте и постоянно корректировал курс.
Неизвестно почему, но сегодня им ужасно везло – они не встретили никакой опасности.
«Неужели идем другой дорогой?», – пробормотал Линь Шань.
Когда он шел в одиночку, то попадал в переделки несколько раз, а сегодня всё было подозрительно гладко – даже дикого зверя не встретили.
Комментарии