— Поехали!
Охотники дружно подхватили кристаллы, полученные у инструктора. Закрыв глаза, они вслушивались в пульсацию энергии, пытаясь пробудить свою силу.
Кристалл пробуждения напоминал ограненный сапфир. В игровом сеттинге говорилось, что он на краткий миг обостряет первородный грех человека, заставляя его преодолеть критическую точку для завершения трансформации.
Лю Сю сжал камень в ладони и прикрыл веки.
Внезапно в груди разлилось тепло. Это начал нагреваться золотистый янтарь, который он носил на шее как талисман.
Лю Сю распахнул глаза и оторопел: янтарь буквально таял, испаряясь в воздухе.
Грохнуло так, будто упала наковальня.
Прямо перед ним возник массивный сундук из чистого золота, усыпанный турмалинами, агатами, жемчугом и бриллиантами. Он сиял так ярко, что резало глаза.
— Это еще что? — Лю Сю огляделся. Мир вокруг застыл.
Птица в небе замерла, наплевав на гравитацию. Ученики, не сдавшие экзамен и спускавшиеся по тропе, застыли с занесенными ногами. Время нажали на паузу.
Убедившись, что это не галлюцинация, Лю Сю снова посмотрел на сундук.
— Неужели… мой «чит» сработал? — Его глаза азартно блеснули. Янтарь был семейной реликвией, которую он прихватил с собой при переносе. Он и раньше подозревал в нем какую-то тайну, но до этого дня вещь молчала.
Кто бы мог подумать, что она проявит себя именно во время пробуждения.
Значит, сундук – творение янтаря?
Лю Сю глубоко вздохнул и протянул руку к крышке, но сундук с громким щелчком распахнулся сам.
Вверх ударил столб золотого света, и над сокровищами соткался призрачный силуэт. Это был мужчина с лицом прекрасным и порочным одновременно, одетый в охотничий капюшон. Он улыбался, в его позе сквозила ленивая элегантность, но алые, как рубины, глаза впились в Лю Сю мертвой хваткой.
Незнакомец изящно поклонился.
— Приветствую тебя, маленький охотник.
— Мое имя – Бог Мечты. Твои грезы пробудили меня! Следуй за мной, и я дарую тебе силу для их воплощения!
Лю Сю молча скользнул взглядом по буквам, возникшим над головой призрака.
«Бог Жадности. Ур.??»
— Эти проклятые правила… Их так и не отменили? — Заметив направление его взгляда, Бог Жадности мгновенно все понял и выругался.
Его напускная небрежность испарилась. На смену ей пришло тяжелое, удушающее давление.
— Ладно, карты на стол. Я – Бог Жадности!
— Присягни мне, и получишь все, чего жаждешь!
Лю Сю осторожно попятился. Он не знал, почему семейный янтарь породил этого бога, но по титулу и первой попытке обмана было ясно: перед ним не самый добрый небожитель. Возможно, это не дар судьбы, а приговор.
Но Бога Жадности его сомнения не смутили. В его голосе зазвучала торжествующая наглость:
— Раз ты призвал меня, значит, уже не сможешь отказаться!
— Не противься, покорись и прими мою мощь!
— Я сделаю тебя королем целой страны! Ты обретешь абсолютную власть! — Вкрадчиво шептал он. Его глаза вспыхнули кроваво-красным светом, словно из них вот-вот брызнет кровь.
Лю Сю почувствовал странную слабость. Его собственный взгляд тоже начал наливаться багрянцем.
В глубине души шевельнулась мысль: а может, и правда присягнуть? Если… если цена будет подходящей!
— И это всё? — Лю Сю посмотрел на бога с явным разочарованием.
— Я читал в книгах про другие «читы». Там герои либо восседают над Рекой Времени, взирая на смертных как на муравьев, либо становятся владыками миров. А ты мне предлагаешь какой-то трон в захолустье…
Бог Жадности опешил:
— Что?!
Ну и запросы у тебя, щегол!
— Кхм… стать королем – это лишь первый шаг! Дальше будет господство над миром, это дело техники.
— Я дам тебе любых красавиц, — Бог Жадности подлетел к застывшей Е Цяньсюэ. — Как тебе эта? Посмотри на лицо! На талию! На ноги!
— Только склонись предо мной, и она…
— Нет-нет-нет, — Лю Сю перебил его, нравоучительно покачивая указательным пальцем. — Не только Е Цяньсюэ!
— Мечтать так мечтать: я хочу гарем из прекраснейших женщин всего мира! Чтобы каждый день – свадьба, а каждая ночь – брачная!
С покрасневшими глазами и сжатыми кулаками Лю Сю вещал так, будто проповедовал величайшую истину.
Бог Жадности долго молчал, глядя на него. Он готов был поспорить, что Бог Похоти просто влюбился бы в этого парня.
— Я могу даровать тебе вечную жизнь! Тысячи лет без старости, вечность без смерти! — Поспешно сменил тему бог.
— Слушай, Жадик, не обижайся, но «чит» у тебя какой-то низкопробный, — Лю Сю перешел к открытому пренебрежению, поучая божество с высоты своей аморальности.
— Давай так: по поводу жизни у меня есть конкретное требование. Справишься – я твой. Нет – проваливай, откуда пришел, а я продолжу свое пробуждение.
— Говори, — процедил Бог Жадности, едва сдерживаясь.
— Я хочу стоять вне круга перерождений, не зависеть от Пяти Стихий. Чтобы мир рухнул, а я остался! Чтобы время сгинуло, а я был выше его законов!
— Потянешь? — Искренне поинтересовался Лю Сю.
«Потянешь»?! Да ты в край обнаглел!
У Бога Жадности на языке вертелась сотня проклятий.
Если бы я мог такое вытворять, на кой черт мне бы сдалось тебя уговаривать?
Этот смертный просто ненормальный.
Откуда в нем столько алчности?
Кто тут вообще Бог Жадности – он или я?!
Это же просто издевательство над здравым смыслом!
Несмотря на бурю негодования в душе, бог быстро взял себя в руки и вновь заговорил медовым голосом:
— Конечно. Будет тебе и бессмертие, и власть, и красавицы. Всё будет, только покорись!
Лю Сю тут же бухнулся на колени:
— Отныне я ваш верный слуга!
Бог Жадности облегченно выдохнул: наконец-то он запудрил мозги этому выскочке. Он протянул руку к юноше:
— Подойди и прими мою силу!
Лю Сю послушно приблизился, позволяя богу возложить ладонь ему на голову.
Но стоило им соприкоснуться, как из тела Лю Сю брызнул мягкий золотой свет. Это сияние было настолько чистым и святым, будто благодать небес сошла на землю.
Однако для Бога Жадности этот свет стал адским пламенем. Призрак начал стремительно растворяться, корчась от боли.
Бог широко раскрыл глаза, в ужасе глядя на Лю Сю:
— Ты… ты!
Меньше чем за секунду от божества не осталось и следа. Последним, что услышал Лю Сю, было искаженное «восхваление»:
— Аминос!
Комментарии