Заброшенная стройка, полночь.
Это был крупнейший проект-долгострой в Юмэносаки: голые скелеты из бетона и арматуры замерли в темноте, напоминая остовы доисторических чудовищ.
Холодный ветер завывал в пролетах, вздымая тучи пыли и песка.
Сакура Ая стояла посреди груды искореженного металла – останков мутировавшей арматуры, своей второй цели за сегодня. Она тяжело дышала, обливаясь потом.
Очередная «смена на стройке» выдалась изматывающей. Эти ожившие штыри извивались не хуже змей и норовили внезапно пронзить ее, выскочив прямо из-под земли. Чтобы собрать их, ей пришлось в буквальном смысле выдирать их из бетона, словно в состязании по перетягиванию каната, а затем оглушать ударами жезла и упаковывать.
— Устала… — прошептала Ая, прислонившись к бетонной колонне. — …Руки просто отваливаются.
Ей казалось, что собственные конечности ей больше не принадлежат.
В этот момент на территорию стройки медленно въехал черный седан и остановился неподалеку.
Дверца открылась, и из машины вышел агент Сато.
Он прибыл, чтобы принять работу.
Несмотря на то что задание было низкого ранга, его так и подмывало лично взглянуть на новичка по прозвищу Неистовая кукла. Сато испытывал к ней странную смесь любопытства и настороженности.
— Отличная работа, — произнес он.
Взглянув на аккуратно сложенную штабелями мутировавшую арматуру, Сато не смог скрыть удивления. Такая эффективность вдвое превышала показатели профессиональных зачистных групп Бюро. Более того, каждый прут был выведен из строя ровно настолько, чтобы потерять активность, но сохранить целостность ядра. Идеальный трофей.
— Все подтверждено. Остаток суммы уже переведен на твой счет, — Сато сверился с планшетом, сделал пару пометок и поднял глаза на Сакуру Аю.
Выглядела девушка… дико. Грязь из канализации, растрепанные волосы, пустой, отсутствующий взгляд – она просто одурела от усталости. Сжимая в руках магический жезл, с которого все еще капало машинное масло, она холодно и молча смотрела на агента.
— Послушай… — Сато замялся, но все же решился спросить. — …Знаю, это не по протоколу, но мне любопытно. Зачем ты берешься за столько низкоуровневых заказов? С твоими способностями ты могла бы бросить вызов куда более опасным Затмениям и заработать в разы больше.
Ему казалось невероятным, чтобы мастер такого уровня добровольно возился в этой грязи.
Ая кричала внутри себя: «Да потому что я нищая! Мне позарез нужны деньги! А на сильных монстрах я боюсь подохнуть!»
Но вслух она не произнесла ни слова.
По ту сторону экрана Хань Цюсюэ, видя уведомление о завершении квеста, пребывал в прекрасном расположении духа.
[Задание выполнено: Сбор мутировавшей арматуры]
[Награда: 50 000 иен]
[Текущий баланс: 158 000 иен]
— Готово! На лекарства хватит! — Хань Цюсюэ потянулся и отхлебнул газировки, празднуя успех. — Ну и болтливый же этот NPC, чего он там все распинается?
Он мельком глянул на Сато, но над головой агента не появилось значка нового задания.
— Ладно, закругляемся, пора спать.
В тот момент, когда он уже собирался выйти из игры, его палец случайно задел кнопку Select на геймпаде.
В его настройках на эту клавишу был назначен быстрый доступ к жестам.
А по умолчанию на этой кнопке стояло…
«Сердечко».
Этот жест обычно использовали в кооперативном режиме, чтобы поблагодарить союзников, или в сетевых битвах, чтобы поиздеваться над поверженным противником.
… В игровом мире.
Сакура Ая уже собиралась развернуться и уйти, прервав этот неловкий зрительный контакт.
Внезапно ее тело задвигалось само по себе.
Вместо того чтобы уйти, она встала прямо перед Сато, сдвинула стопы и слегка подалась вперед.
Затем она подняла руки, испачканные в грязи и масле, и над своей головой… сложила пальцами большое сердечко.
Этого системе показалось мало: голова девушки неестественно склонилась набок, словно она пыталась мило позировать, а левая нога кокетливо согнулась в колене – классическая поза из девчачьей манги.
— Тю~❤ – хотя ее губы не разомкнулись, посыл жеста был более чем очевиден.
Время словно замерло.
Холодный ветер прогнал между ними сухой лист.
Сато окончательно окаменел.
Он смотрел, как эта Неистовая кукла, буквально пропитанная жаждой убийства, только что голыми руками раскромсавшая тонны стали, внезапно… строит ему глазки и шлет сердечки.
Ощущение было такое, будто на Годзиллу нацепили розовую пачку и заставили танцевать балет.
Предельный абсурд, граничащий с тихим ужасом от такого контраста.
— Это… это что должно значить? — Мозг Сато заработал на пределе возможностей, пытаясь расшифровать глубокий смысл этого акта.
Вариант первый: она заигрывает? Исключено. Одинокий волк ее типа никогда не станет заигрывать с официальным лицом.
Вариант второй: это какой-то ритуал проклятия? Не похоже, магический фон стабилен.
Вариант третий: она надо мной издевается.
Точно! Это насмешка!
Используя этот подчеркнуто инфантильный, девчачий жест, она высмеивает бессилие Бюро Противодействия! Она словно говорит: «Смотрите, я играючи справляюсь с работой, которая вам не под силу, и у меня еще хватает наглости кривляться. Идите домой, сопляки, пейте мамино молоко!»
Лицо Сато вмиг стало мертвенно-бледным, а затем на нем отразилась глубокая безысходность вперемешку с благоговением.
— Какое высокомерие… — прошептал он про себя. — …Даже издевается по-особенному. Так вот какова она – уверенность сильнейших?
В это время душа Сакуры Аи корчилась в агонии.
«А-а-а-а-а-а! Что я творю?! Какое сердечко?! Зачем я ногу подняла?!»
Это было слишком унизительно. Куда хуже, чем крушить торговые автоматы на глазах у всех. Это была социальная смерть в чистом виде.
«Господин полицейский смотрит на меня как на умалишенную! Господин! Вы что, таблеток переели?! Немедленно прекратите!»
Однако у анимации было фиксированное время.
Ая была вынуждена удерживать позу «сердечка» целых пять секунд.
Когда действие наконец завершилось, она резко отдернула руки и вернула себе прежнее бесстрастное выражение лица (хотя на самом деле она просто оцепенела от стыда). Не смея больше смотреть на Сато, она сорвалась с места и, словно спасаясь бегством, скрылась в темноте.
— Прощайте! Надеюсь, навсегда!
… Сато смотрел вслед убегающему силуэту с очень странным чувством.
— Она высокомерна… но надо признать, у нее есть на то все основания.
Он вздохнул и сел в машину.
— Докладываю в штаб. Задание выполнено. Объект… обладает крайне скверным характером, склонна к унижению оппонентов через язык жестов. Рекомендую при дальнейших контактах сохранять максимальную психологическую устойчивость.
…— Ой, блин, не туда нажал, — Хань Цюсюэ, глядя на нелепое сердечко на экране, не выдержал и расхохотался. — А вышло-то миленько. Хоть и не вяжется с ее грязной экипировкой.
Он не придал этому значения. В играх часто путаешь кнопки жестов, а NPC все равно ничего не чувствуют.
— Все, на сегодня «стройка» окончена. Деньги есть, опыта насыпали. Спать!
Довольный собой, он выключил игру и завалился в кровать. Он и не подозревал, что его случайная ошибка нанесла тяжелую психологическую травму правительственному агенту и добавила жирный штрих к реноме Сакуры Аи как «опасной психопатки».
… Следующим утром.
Сакура Ая проснулась с таким чувством, будто по ней проехался грузовик. Первым делом она проверила банковский счет.
[Баланс: 163 000 иен]
При виде этой цифры вся усталость и стыд мгновенно улетучились.
— Ура! Маме хватит на лекарства! И даже на вкусненькое останется!
Она от радости перекувыркнулась на кровати, тут же зашипев от боли в мышцах. Кое-как приведя себя в порядок, она накинула рюкзак и побрела в школу.
Тело болело, репутация была безнадежно испорчена, на голове торчали кошачьи ушки… но мысль о том, что мама продолжит лечение, делала ее самой счастливой на свете.
Вот только стоило ей войти в класс, как она заметила: взгляды одноклассников снова изменились. Теперь в них был не просто страх, а какое-то… жуткое любопытство.
— Эй, слышали? Вчера «Розового бандита» видели на стройке, она какому-то человеку в черном сердце показывала…
— Да ну? Она – и сердечки?
— Говорят, это ее «смертельное предупреждение». Тот, кому она показала сердце, умрет через три дня…
Ая споткнулась на ровном месте и чуть не влетела лбом в учительский стол.
«Слухи… эволюционировали уже до такого маразма?»
Она молча дошла до своего места и спрятала лицо в руках.
«Пусть этот мир, полный недопонимания, просто сгорит».
Комментарии