На стадионе старшей школы «Юмэносаки» творился сущий хаос.
Ученики, у которых как раз шел урок физкультуры, с криками разбегались. Пара смельчаков попыталась отбиться футбольными мячами и швабрами, но их тут же разметало порывом яростного ветра.
Прямо посреди поля возвышался монстр ростом с трехэтажный дом.
У него не было кожи – всё тело состояло из плотно спрессованных белых бланков. На бумаге кроваво-красными чернилами пестрели надписи: «0 баллов», «неудовлетворительно», «пересдача». Его руки заменяли два гигантских сломанных карандаша, чьи грифели были остры как копья. Каждый взмах оставлял на земле глубокие борозды.
Экзаменационная кукла.
Оно возникло из страха и злобы всей школы перед экзаменами. Оно ненавидело каждого двоечника и жаждало превратить всех живых в часть своего бумажного тела.
— Не сдал… никто не сдал… — хрипел монстр. Его голос походил на многоголосый стон студентов, зубрящих по ночам.
— Отдайте мне… свои мозги…
Оно замахнулось левым «карандашом», целясь в девчонок, забившихся за футбольные ворота.
— А-а-а!
Школьницы в ужасе повалились на траву, ожидая неминуемого удара.
Но в последний миг…
Вж-жух!
Черная тень рухнула с небес.
Огромные, блестящие на солнце ножницы, словно черная молния, с лязгом перехватили опускающийся грифель.
Данг!
Звук удара металла о камень заставил всех прикрыть уши. Карандаш, способный пробить бетон, намертво застрял в тисках ножниц.
— Кто?! — Яростно взревел монстр.
На кольце рукояти стояла хрупкая фигурка в пыльной школьной форме и странной вязаной шапочке. Одной рукой она удерживала оружие, которое было больше неё самой, а взгляд её был холодным как лед.
— Са-Сакура-сан?!
Спасенные девушки округлили глаза, не веря, что их защитила та самая неприметная – и пугающая – одноклассница.
От Сакуры Аи сейчас исходила удушающая мощь. Гигантские ножницы в её руках казались невесомыми, а на черных лезвиях отражалась оскаленная морда чудовища.
Сакура Ая смотрела на куклу как на уже разделанную тушу.
Перед монитором Хань Цюсюэ лениво жевал чипсы, изучая причудливый дизайн босса.
— Экзаменационная кукла? Разработчиков в школе обижали, что ли? — Хмыкнул он. — Впрочем, дизайн забавный. Весь из бумаги, значит, уязвим ко всему. Как раз проверю новую пушку.
Он нажал кнопку атаки.
В игре Сакура Ая крутанула кистью, и ножницы широко распахнулись, словно черная пасть, вгрызаясь в карандашную руку монстра.
Резкий выдох – и она рванула рукояти на себя.
Хрусть!
Толстый карандаш лопнул как сухая ветка. Из разлома фонтаном брызнула графитовая пыль, засыпав Аю с ног до головы.
— А-а-а-аргх! — Взревев от боли, монстр замахал уцелевшей конечностью, а листы бумаги на его теле начали бешено вращаться.
Свист-свист!
Сотни экзаменационных бланков полетели в Аю подобно сюрикенам. Края каждого листа были наточены до бритвенной остроты.
— Дальняя атака? — Хань Цюсюэ прищурился.
Ножницы били больно, но медленно, такую плотную завесу ими не перехватить.
— Значит… танчим.
Он зажал кнопку блока.
Ая не стала уклоняться. Она выставила гигантские ножницы перед собой, и широкие лезвия мгновенно превратились в несокрушимый щит.
Тюк-тюк-тюк-тюк!
Бумажные снаряды бессильно бились о черный металл, не в силах оставить даже царапины на зеркальной поверхности.
— И это всё? — Ухмыльнулся Хань Цюсюэ.
Дождавшись паузы, он направил Аю в контратаку.
Рывок, прыжок.
Сакура Ая, словно черное пушечное ядро, прорвалась сквозь бумажный ливень и оказалась прямо перед лицом монстра.
— Навык: Гильотина!
Хань Цюсюэ ударил по клавише навыка.
Ая взмыла в воздух, ножницы раскрылись до предела, нацелившись в шею чудовища, собранную из бланков с двойками.
В этот миг вся школа затаила дыхание.
Они видели, как розовая девчонка в лучах солнца взмахивает черной сталью, точно жнец, пришедший за душой грешника.
Клац…
Чистый, леденящий душу звук разрезаемого металла и бумаги разнесся над стадионом.
Голова монстра аккуратно отделилась от туловища. Крови не было – лишь туча обрывков, кружащихся в воздухе, словно на белых похоронах.
Громадина рухнула, растекаясь лужей черной туши.
Бой был окончен.
Когда останки чудовища истаяли, давящее фазовое пространство тоже рассыпалось.
Солнце снова стало теплым, а удушье сменилось свежим бризом.
— Э-э… — Студенты, лежавшие на траве, начали приходить в себя, словно пробуждаясь от кошмара.
— Что это было?
— Мне показалось… тесты превратились в чудище?
— И мне… Кошмар какой-то, это был сон?
Память стремительно меркла. Ужас перед смертью вытеснялся защитными механизмами мозга, превращаясь в нелепую галлюцинацию.
И тут из школьных динамиков раздался голос завуча:
— Внимание всем учащимся! Только что была проведена внезапная учебная тревога! Повторяю: это были учения с применением новейших голографических технологий! Просим всех сохранять спокойствие и организованно вернуться в классы!
— Учения? — Студенты переглядывались.
— Так это учения были… Ну и напугали, технологии нынче – отпад.
— Я же говорил, не бывает бумажных монстров.
Несмотря на сомнения, под воздействием спрея коррекции восприятия все приняли эту версию. Ведь верить в «учения» куда проще, чем признать, что мир полон монстров.
Лишь Сакура Ая стояла посреди поля, сжимая ножницы.
Глядя на одноклассников, которые уже вовсю смеялись и болтали, она почувствовала ледяной холод.
«Учения?»
Она же видела чернила на земле, сломанные карандаши, чувствовала тот запредельный ужас.
Но все решили забыть.
— Слушай… Сакура-сан? — Девушка, которую она спасла, подошла ближе, её взгляд был слегка затуманен. — Это ты… вытащила меня? Ну, в этой голограмме?
Ая посмотрела на неё. Ей хотелось сказать, что это не игра, что было смертельно опасно. Но с губ сорвалась горькая ложь:
— Да. Учения. — Она коротко кивнула.
Школьница облегченно улыбнулась:
— Точно! Так натурально было! Сакура-сан, ты крутая актриса! А эти ножницы – тоже реквизит? Выглядят тяжелыми!
Ая не ответила. Она упаковала ножницы в брезент и, опустив голову, пошла сквозь толпу.
Она несла свой тяжелый «реквизит» к воротам. В этот момент она окончательно осознала: удел волшебницы – не только сражаться с монстрами, но и нести это бремя одиночества в мире, который забывает своих героев.
А в черном седане неподалеку Рэйна лишь печально покачала головой.
— Такова наша доля.
Она вышла из машины и направилась к Ае.
— Ладно, кончай хандрить.
Рэйна протянула ей влажную салфетку. — Вытри лицо. Учения закончились, пора в Ассоциацию.
Ая стерла пятно туши со щеки.
— Президент… вы тоже к этому привыкли?
— К чему?
— Врать всем подряд.
Рэйна помолчала, глядя в лазурное небо.
— Не привыкла, — тихо отозвалась она. — Но если мы перестанем врать… мир просто рухнет.
— Пошли. Некоторая правда предназначена только для сильных плеч.
Комментарии