1 мая 2007 года. Последняя «золотая неделя» первомайских праздников в Китае.
В киностудии Хэндянь яблоку негде было упасть. Даже тридцативосьмиградусная жара не охлаждала пыл туристов, и толпы девушек, укрывшись в тени деревьев, позировали для фотографий в костюмах древних эпох.
Торговцы, разумеется, знали своё дело: арендные костюмы были сшиты из тончайшего шёлка, который от пота лип к телам красавиц.
Некоторые наряды просвечивали настолько, что бельё было как на ладони, что лишь добавляло соблазна и приковывало к себе взгляды.
Шэнь Гунбао занял самое козырное место в тени у реки, вблизи наблюдая за грацией красавиц.
Особенно выделялась девушка в двух метрах от него: тонкие запястья, изящная фигура, лёгкое полупрозрачное платье, скрывавшее и одновременно подчёркивающее прелести её стана. Каждое её движение, каждая улыбка были подобны картине.
У неё было пухлое личико и смеющиеся глаза – стоило ей улыбнуться, как на душе становилось сладко.
По красоте, стати и темпераменту она превосходила многих актрис Хэндяня.
Девять из десяти зевак засматривались именно на неё.
Но лишь Шэнь Гунбао хватило наглости подойти вплотную и приняться за бесстыдное любование.
Его однокурсник Сяо Бинь, парень застенчивый, почувствовал себя неловко.
Украдкой поглядывая на красавицу, он прошептал:
— Даос, может, не стоит? Как-то это по-вуайеристски.
Шэнь Гунбао сделал глоток воды и с пафосным видом возразил:
— Почему же «по-вуайеристски»? Цветок расцвёл, а никто не любуется – разве это не расточительство? Красавицы в такую жару нарядились в древние костюмы и красуются здесь, и если мы не вклинимся в их круг, чтобы оценить красоту, разве не обесценим мы их тяжкий труд? Все мужчины здесь хотят смотреть, но делают это исподтишка, как ты, к примеру – уже раз десять взглянул. А я – открыто и прямо. Поистине: благородный муж держится прямо и спокойно, а низкий человек вечно тревожится!
Сяо Бинь:…??
Пойманный с поличным, Сяо Бинь поспешно закашлялся, пытаясь оборвать его тираду.
В этот момент круглолицая красавица направилась в их сторону.
— Какая красавица! Просто чудо! — Подумал Сяо Бинь, но тут же инстинктивно опустил взгляд, боясь выдать себя.
Он был круглым отличником, все четыре года учёбы провёл за книгами и не знал женской ласки, поэтому встретив такую девушку, слегка потерял самообладание.
— Извините, вы не могли бы подвинуться? Я хочу здесь сфотографироваться.
Услышав просьбу, Сяо Бинь тут же отступил, но Шэнь Гунбао остался стоять как вкопанный.
— Красавец, вы не могли бы подвинуться? Мне нужно сделать фото.
Глядя на девушку, Шэнь Гунбао поймал себя на мысли, что лицо ему знакомо.
Он отказал наотрез:
— Нет.
Вокруг зашушукались: мол, парень совсем невоспитанный.
Девушка перестала улыбаться и прищурилась:
— Почему?
Шэнь Гунбао неспешно пояснил:
— Это место я занял заранее, отсюда лучший вид. С этой точки я уже полюбовался более чем тридцатью красавицами и ощутил, как прекрасна жизнь. Если я уступлю тебе место, я лишусь возможности наслаждаться красотой – для меня это огромная потеря. А ты здесь сможешь сделать отличные снимки, значит, ты в выигрыше. С чего бы мне уступать место человеку, который просит об этом, когда я теряю, а ты приобретаешь?
Девушка:…??
Толпа пришла в недоумение: кто вообще рассуждает о потерях и выгодах, когда речь идёт о том, чтобы уступить место для фото? Это что, красавица теперь беззастенчиво пытается его «общипать»?
Девушка тоже лишилась дара речи и раздражённо спросила:
— И что же вы предлагаете?
Шэнь Гунбао усмехнулся, выудил свой телефон «Золотой феникс» и заявил:
— Я могу уступить место, но ты должна мне компенсировать потери. Сегодня я видел много красавиц, но ни одна не сравнится с тобой. Если оставишь свой номер телефона, так и быть, я уступлю. Ведь в Хэндяне воды хоть отбавляй, но даже капля пота на твоём лице мне дороже всего моря.
Вокруг поднялся шум, люди принялись перешёптываться. Сяо Бинь был в шоке: разве так знакомятся с красавицами? Это что, работает?
Все думали, что девушка откажет, но та вдруг прыснула и сладко проговорила:
— Скажу только один раз, слушай внимательно.
Шэнь Гунбао кивнул и подошёл к ней совсем близко, чтобы номер не услышал какой-нибудь другой любитель поглазеть.
Девушка слегка покраснела и тихо продиктовала цифры. Она говорила медленно и, боясь, что он забудет, повторила дважды.
Сяо Бинь был ошеломлён: почему всё так просто? Сказать по правде, он был слишком неопытен, чтобы понять «хитрый маневр» Шэнь Гунбао.
Красавицы никогда не против знакомств. Поведение Шэнь Гунбао, кажущееся грубым, на деле было приёмом «сначала подавить, потом возвысить»: сначала разозлить, а потом осыпать комплиментами, признав её самой прекрасной.
К тому же, Шэнь Гунбао заранее создал себе образ прямолинейного парня, поэтому слова похвалы прозвучали искренне.
На глазах у всех девушка испытала бурю эмоций, её тщеславие было удовлетворено, и, конечно, она была рада дать номер. А если учесть, что Шэнь Гунбао был довольно симпатичен – густые брови, крупные глаза, высокий рост (хоть и не привык следить за собой) – это было лишь вопросом времени.
Заметив, что Сяо Бинь впал в ступор, Шэнь Гунбао похлопал его по плечу и гордо изрёк:
— Мы с тобой – люди разные.
Сяо Бинь не унимался:
— Чем это разные?
— Тебе ближе: «Никто не поддержит твои мечты о высоком, лишь в канаве догниёт твой дух».
— А ты?
— А моё: «Никто не поддержит мой столп до небес, я сам с гор снежных спустился»!
Сяо Бинь окончательно поплыл: какие ещё столпы, какая «снежная» вершина, ничего не понятно.
В этот момент девушка сама подошла к ним:
— Эй, ты взял мой номер, а имени так и не спросил!
— Прости, моя ошибка. Как тебя зовут, красавица?
— Я – Ли Сюэ! А тебя?
Услышав имя «Ли Сюэ», Сяо Бинь прозрел: так вот что значит «снежная вершина»?
Какое совпадение!
Шэнь Гунбао не обратил внимания на смятение друга. Услышав имя Ли Сюэ и внимательнее присмотревшись к лицу, он всё понял.
Перед ним была будущая звезда Ли Итун, а Ли Сюэ – её настоящее имя.
Вероятно, она ещё учится в хореографическом училище в Шэньчжэне и приехала в Хэндянь на отдых. В ней ещё виден след профессиональной танцевальной выправки, а свежая красота и чистота делают её настоящим редким цветком.
… Через пару лет после окончания Пекинской академии танца она немного наберёт вес из-за нехватки тренировок и попадёт в скандал на шоу знакомств «Амур стучится в двери». Впрочем, это обычное дело: многие спортсмены после ухода из спорта быстро полнеют, и танцовщицы – не исключение.
Мысли Шэнь Гунбао неслись вперёд, но язык не отставал:
— Ли Сюэ? Имя тебе очень к лицу.
— Я – Шэнь Гунбао. В созвучии с моим именем, поэтому друзья зовут меня Даос.
Ли Сюэ покачала головой:
— Вовсе нет, моё имя такое обычное.
Шэнь Гунбао пояснил:
— Есть поговорка: «Не исчерпай своё счастье до дна». Ты родилась такой красивой, обласканной небом, поэтому имя должно быть простым, иначе – накличешь беду. Вот почему я сказал, что оно тебе к лицу.
Ли Сюэ замерла.
Она и правда считала своё имя скучным и хотела его сменить, но такие слова услышала впервые.
Если вдуматься – в этом была своя логика.
Она только хотела что-то ответить, как Шэнь Гунбао перебил:
— Мне пора, поговорим в другой раз.
Ли Сюэ проводила взглядом его удаляющуюся спину – парень и правда был интересен.
Сяо Бинь недоумевал:
— Эта красавица явно к тебе неравнодушна, почему не продолжил разговор? Будь я на твоём месте, пригласил бы её на ужин!
Шэнь Гунбао покачал головой, не став объяснять.
Будучи «попаданцем», он имел свою методологию.
В прошлой жизни он был типичным «интеллектуалом из провинции»: отучился в Чжэцзянском университете, десять лет проработал, девять лет строил бизнес, а в сорок лет скоропостижно скончался прямо в офисе в Сучжоу.
В этой жизни он хотел лишь легкости и радости.
Поэтому он не стал, как в прошлой жизни, в поте лица стажироваться перед дипломом – эту работу он не планировал брать, – а приехал с другом Сяо Бинем в Хэндянь на выпускные каникулы.
Прошла уже неделя после его возрождения, всё шло отлично, если не считать того, что иногда перед глазами проплывали неясные тени.
Только что, пока он «окучивал» Ли Итун, тени снова мелькнули.
Шэнь Гунбао забеспокоился о здоровье, к тому же нужно было поддерживать ореол загадочности, вот он и решил уйти первым.
Стоило ему отойти на пару шагов, как тени стали чётче и превратились в древнюю загадочную книгу. На обложке, паря в воздухе, был изображён даос, а на книге значились крупные иероглифы: «Даосская Книга Шэнь Гунбао».
Сознание Шэнь Гунбао заполнил поток информации.
[Наследник проявил инициативу в знакомстве с красавицей и совершил акт софистики, что соответствует требованиям Книги – Активация прошла успешно…]
[Идёт сканирование данных эпохи… Эпоха заката магии… Ранняя стадия технологической цивилизации… Настройка артефакта завершена. Для удобства восприятия Книга адаптирована под режим игровой системы.]
[Книга привязана к владельцу: для игрока она – «Кодекс наследия». Выполняя требования Книги, игрок получает навыки, таланты и сокровища.]
[Успешный софизм: соблазнение красавицы. Награда: талант начального уровня «Мастер общения».]
[Мастер общения (начальный): +10% к первому впечатлению при посещении банкетов, встреч и общественных мероприятий.]
… Усвоив информацию, Шэнь Гунбао пришёл в восторг.
Шэнь Гунбао – это созвучие имени даоса.
Он унаследовал «Даосскую Книгу» Шэнь Гунбао, и теперь каждое действие, соответствующее характеру и духу того самого даоса, приносит награды.
Адаптация под игровую систему превращала навыки в понятные инструменты.
Недавний софизм в разговоре с Ли Итун идеально вписался в типаж Шэнь Гунбао – хитрого мастера манипуляций, поэтому Книга активировалась и подарила талант «Мастер общения».
Успокоившись, он принялся анализировать образ Шэнь Гунбао.
Прежде всего, это «трагичный трудоголик»: тысячелетия культивации, но из-за плохого происхождения он остался на обочине клана, не получив справедливой оценки, – в точности как нынешние офисные работники.
После мультфильма про Нэчжу образ Шэнь Гунбао вызвал у трудяг мощный отклик.
Шэнь Гунбао чувствовал, что получил наследие именно из-за того, что был таким же – полжизни проработал, вечно под сомнением, и умер от переутомления.
К тому же, это «социальный хакер» с широкими связями и «мастер манипуляций», умеющий влиять на умы.
Больше всего он известен тем, что «подставляет соратников»: фраза «Дао-друг, прошу, остановись!» – самое жуткое проклятие мира Богов.
А ещё он – амбициозный карьерист, жаждущий славы и успеха, любящий покрасоваться – до того, что чуть голову не потерял, пытаясь выполнить технику полёта головы.
Конечно, у него есть «защитная черта» – он искренне оберегает близких и имеет свои принципы.
«Трагичный трудоголик», «социальный хакер», «мастер манипуляций», «подставщик», «карьерист», «шоумен», «защитник принципов» – таков список характеристик для работы.
Книга не говорила прямо, в чём «требования», поэтому Шэнь Гунбао придётся догадываться самому.
Впрочем, от «трагичного трудоголика» он решил отказаться – второй раз упахиваться не собирался.
Он не хотел стать рабом Книги, у него были свои интересы.
Шэнь Гунбао размышлял, а Сяо Бинь рядом продолжал:
— Ли Сюэ и правда красавица, особенно глаза. Если бы она пошла в кино, я бы первым пошёл смотреть. Слушай, а ты правда не хочешь пригласить её на ужин? Вдруг она уедет из Хэндяня, и всё – ищи-свищи.
Сяо Бинь, как истинный «деревянный» парень, переживал за друга.
Его слова подкинули Шэнь Гунбао идею.
А ведь он тоже может пойти в шоу-бизнес!
Шэнь Гунбао любит покрасоваться, умеет общаться и манипулировать – это идеальное попадание. Звёзды должны уметь красоваться, общаться и, что важнее, лгать.
А что до подстав соратников – так это даже весело. Можно вступить в одну из «правильных» компаний и «подставить» всю братию звёзд с кривой совестью.
Шэнь Гунбао решил: раз возродился – надо развлечься!
В индустрии развлечений полно материала для заданий – нельзя упускать такую возможность. К тому же там полно красавиц, грех не оценить их, раз уж выпал шанс.
— Решено. Я принесу свои таланты в мир шоу-бизнеса!
Комментарии