По реке Тайхэ, натужно гудя мотором, пробирался катер.→
Двое оперативников, пристегнутые страховочными тросами, вцепились в поручни и, щурясь от брызг, пытались разглядеть хоть что-то на поверхности воды.
Гроза и ливень свели видимость к минимуму. Обзор не превышал двадцати метров – работа была крайне опасной и малоэффективной.
Но раз найдено тело, вернее, его половина, следовало прочесать реку, чего бы это ни стоило.
Чем хуже погода, тем меньше права на расслабленность у уголовного розыска. Если ждать завтрашнего штиля, тело может окончательно разрушиться или вовсе исчезнуть в пучине.
И пока это свежее убийство не будет раскрыто, о годовых показателях или карьерных успехах сотрудникам отряда можно забыть.
Хуан Цянминь стоял на самом берегу. На шее у него болтался бинокль, от которого в такую темень было мало толку, но он всё равно до боли в глазах всматривался в мутные воды.
Он понимал, что шансы на успех сейчас ничтожны. Но раскрытие дел так и работает: ты делаешь множество вещей с низкой вероятностью успеха, они наслаиваются друг на друга и в итоге приводят к результату.
В делах об убийствах единственное, что мог сделать Хуан Цянминь, – это использовать любую возможность и вкладывать максимум ресурсов.
Вспышка!
Молния полоснула по небу, на мгновение осветив бурлящую реку, и следом за ней тьма стала еще гуще.
…
Бинъигуань.
Цзян Юань вошел в анатомичку, предварительно закрепив на лице защитную маску.
Старый эксперт У Цзюнь был не столь требователен к себе – он ограничился обычной медицинской маской и уже вовсю хлопотал у стола.
На блестящей поверхности из нержавеющей стали покоилась та самая половина тела. Кожа была серовато-белой, напоминая по цвету молоко, сильно разбавленное водой.
Ткани сморщились, а в месте разрыва на поясе мясо имело мертвенно-бледный оттенок и специфически поблескивало на свету.
Заметив Цзян Юаня, У Цзюнь поднял голову:
— Ты ведь в последнее время штудировал судебную антропологию? Вот и пришло время применить теорию на практике.
Цзян Юань, обладавший третьим уровнем этого навыка, до сих пор не имел случая его использовать, хотя книг из-за него прочитал немало.
В антропологии он чувствовал себя уже увереннее, чем в патологии, поэтому, встав напротив наставника, спросил:
— Мне проводить вскрытие?
— Давай сначала я. Сложность тут… — У Цзюнь окинул взглядом фрагмент тела и нахмурился. — Сложность высокая. — Естественно, он не решался сразу доверить процесс новичку.→
В отличие от обычного вскрытия, где патология отвечает на вопрос «от чего наступила смерть», антропология должна была прежде всего выяснить, кем был этот человек.
Сказать по правде, задачи антропологии фундаментально сложнее патологических.
Если патология – это тест с вариантами ответов, то антропология – это задача с развернутым решением.
Эксперт должен шаг за шагом вытаскивать информацию из останков, отвечая на базовые вопросы:
Человек ли это?
Мужчина или женщина?
Какова раса или этническая принадлежность?
Каков возраст?
Каковы были рост, вес и внешность?
Есть ли особые приметы?
И наконец: кто он?
Если бы перед ними был живой человек, большинство этих вопросов даже не возникло бы. Но перед трупом всё было иначе.
У Цзюнь методично очищал поверхность тела, делая записи. В конце концов он подкатил портативный рентген-аппарат и сделал снимки нижней части туловища.
— Похоже на довольно молодого мужчину. — У Цзюнь вставил снимки в негатоскоп, указал на область таза и, вздохнув, спросил у Цзян Юаня:
— Если бы у тебя был только этот снимок таза, как бы ты определил пол?
— У мужчин таз более узкий и высокий. У женщин – шире и ниже. Верхняя апертура у мужчин сердцевидная, у женщин – круглая или овальная. Кроме того, угол лобковой дуги: у мужчин он острый, около семидесяти градусов, а у женщин прямой или тупой – от девяноста до ста… — Цзян Юань отвечал быстро и уверенно.
Таз – лучший индикатор пола. Точек для сравнения там множество, и определять по нему куда проще и точнее, чем по черепу. Для профессионалов, разумеется.
У Цзюнь остался доволен ответом и продолжил:
— Теперь определим возраст по состоянию костей. Знаешь, как это сделать в нашем случае?
— Раз у нас только нижняя половина, будем ориентироваться по тазовым костям. Трубчатые кости используем как вспомогательные. — Цзян Юань обладал знаниями третьего уровня, но понимал, что для точного вердикта без рентгена или полной очистки скелета от мягких тканей не обойтись.
В данной ситуации рентген был куда менее разрушительным и более практичным методом.
Единственная загвоздка заключалась в том, что лучшие кости для определения возраста – это кости запястья и пясти, затем ключицы и грудина, следом таз и только потом кости конечностей.
У этого неопознанного трупа в наличии были только таз и ноги, так что приходилось подставлять данные о костномозговых полостях в формулы.
— От двадцати трех до двадцати пяти? — Цзян Юань быстро прикинул на калькуляторе и выдал результат.
— Хм… — У Цзюнь опешил. Он промолчал и сам уткнулся в расчеты.
Спустя приличное время наставник поднял голову. Не озвучивая свой результат, он скомандовал:
— А теперь посчитай рост.
Цзян Юань снова защелкал кнопками:
— Длина бедренной кости до вертела – сорок три. Умножаем на коэффициент тридцать шесть, получаем тысячу пятнадцать, добавляем шестьсот восемьдесят… Итого – метр шестьдесят девять. Рост ровно сто семьдесят сантиметров.
Расчет роста по длинным трубчатым костям – дело нехитрое и довольно точное.
На этом этапе, учитывая еще и примерный вес половины тела, всё, что можно было выжать из останков, было выжато: мужчина, двадцать три-двадцать пять лет, рост сто семьдесят, вес около шестидесяти пяти килограммов…
Этого всё еще не хватало для ответа на главный вопрос: кто он?
Но этого было вполне достаточно, чтобы У Цзюнь посмотрел на своего ученика совсем другими глазами.
— Да уж, молодежь нынче всё схватывает на лету, — протянул старый врач.
— Мне просто помогли… разные ресурсы, — скромно ответил Цзян Юань.
— Эх, когда я был молодым и хотел учиться, книгу днем с огнем было не сыскать. Приходилось за учителем по всем вскрытиям таскаться. Мы это называли «учеба через практику»… — Ностальгируя, У Цзюнь протянул скальпель Цзян Юаню:
— Давай, теперь ты.
От первоначальных сомнений не осталось и следа.
Комментарии