— А-а-а! Помогите! Спасите меня!
— Да мать вашу, делайте что-нибудь! Помогите! А-а-а-а!
Полтора десятка мутировавших волков в жилом комплексе – это все равно что волки в овчарне.
Прошло совсем немного времени, а на земле уже лежали люди с перекушенными руками и ногами. Кровь заливала каменную плитку двора.
— У-ар-р!
Дачжуан, завидев кровь, тоже впал в ярость. Он ухватил одного волка за хвост и с такой силой крутанул, что зашвырнул зверя метров на пятнадцать. Тот, приземлившись, посмотрел на человека уже совсем другим, полным осознания взглядом и начал медленно пятиться.
Но стая была слишком свирепой. Одному Дачжуану было не под силу удержать ситуацию.
В самый напряженный момент из тыла донесся властный выкрик:
— Дорогу!
Появился Чэнь Мин. В руках у него были два железных штыря, а за спиной – странный короб. Он выскочил перед волками и заорал:
— Слева ноль, справа фаза! Да поможет мне бог грома!
Он коснулся штырями шкуры ближайшего волка – с-с-с-з-зт!
Сноп искр, и зверь мгновенно повалился, забившись в конвульсиях. По двору поплыл запах горелого мяса.
— Это же… аккумулятор!
— Электрошокер самодельный?
— Я понял! Управляющий Чэнь снял аккумуляторы с машин и сделал из них оружие!
Цзянь Хань тоже обалдел от такой находки. Вот уж действительно – «да поможет бог грома».
Дачжуан и без того был отличным бойцом, а с поддержкой «электрика» Чэнь Мина им удалось переломить ход боя.
Через пять минут все было кончено. Чэнь Мин сбросил с плеч лямки аккумулятора.
Толпа выдохнула. Несколько человек, еще не отойдя от шока, повалились управляющему в ноги.
В соплях и слезах они благодарили его – если бы не он, их бы сожрали заживо.
— Дачжуан, ты… ты настоящий герой! Земной поклон тебе!
Дачжуан лишь глуповато улыбался, не проронив ни слова.
Зато Чэнь Мин демонстративно кашлянул, и толпа тут же сообразила.
— Чэнь Мин – красавчик!
— Управляющий, вы просто титан! Наше почтение…
Чэнь Мин расплылся в улыбке:
— Да пустяки, не стоит. Я же говорил: если будем держаться вместе и слушаться, мы со всем справимся…
— Значит так: с завтрашнего дня официально формируется «отряд управдомов». Мы будем регулярно выходить в лес на разведку и за припасами. Кто готов вступить? — Чэнь Мин умело воспользовался моментом.
— Я!
— И я пойду!
— Шеф, я с вами, во всем на вас полагаюсь!
Около сотни человек тут же изъявили желание пойти за Чэнь Мином.
Управляющий приказал составить список добровольцев, а сам направился к Цзянь Ханю, который наблюдал за всем со стороны.
— Товарищ Цзянь… не хочешь присоединиться к нашему отряду? — Чэнь Мин вежливо улыбнулся. Его явно зацепила «ветреная скорость» парня.
— Нам нужны такие таланты.
Цзянь Хань отступил на шаг:
— Простите, но пока я не планирую вылазки в дикую природу…
С этими словами он вежливо кивнул и направился к своей машине.
Пусть она была разбита в хлам, но это была его собственность, и он собирался ее забрать.
— Угонщик уже принял на себя удар судьбы вместо меня, так что теперь со мной ничего не должно случиться…
Цзянь Хань невольно взглянул на труп у ворот. Среди растерзанных тел был и тот вор – его буквально разорвали на части. Зрелище было не из приятных.
Подавляя тошноту, Цзянь Хань залез в салон, завел мотор и тронулся в сторону паркинга.
Не успел он проехать и двух метров, как пассажирское сиденье внезапно вспыхнуло.
— Твою ж налево!
Цзянь Хань ногой выбил дверь и кубарем выкатился на асфальт.
Фью-ю-ух!
Столб пламени. Его «Мерс» – всё.
Огонь мигом охватил кузов, превращая машину из подержанной в груду обгорелого лома.
Но Цзянь Хань даже не расстроился. Ему было лишь немного досадно.
А причина его спокойствия была проста: в тот самый миг, когда машина тронулась, в голове прозвучал голос Календаря:
【Дзинь! «Табу» выполнено. Желаете получить награду?】
— Нет, позже!
Хоть он и проехал всего пару метров, условие было соблюдено.
Его догадка подтвердилась: награду дают и за следование «Благоприятным» знакам, и за столкновение с «Табу».
— Дома посмотрю.
Цзянь Хань, не обращая внимания на странные взгляды окружающих, двинулся к своему подъезду, но дорогу ему преградила женщина с заплаканными глазами.
Ей было лет двадцать с небольшим, тушь потекла по щекам, а во взгляде смешались ужас и лютая ненависть.
— Ты! — Она ткнула в него пальцем, срываясь на хриплый крик. — У тебя же есть сила! Почему ты не спас моего брата? Почему?!
Цзянь Хань нахмурился:
— Чего?
Он бросил взгляд на тела погибших и все понял. Значит, тот угонщик был ее братом.
Женщина зашлась в истерике:
— Это всё из-за тебя! Если бы не твоя дурацкая машина, он был бы жив! Это ты его убил! Верни мне брата!
… У бесстыдства тоже должен быть предел. Вообще-то, это его обокрали.
Не давая ему вставить ни слова, она продолжала орать:
— Ты богатей, братишка просто хотел немного прокатиться, тебе жалко, что ли было? С какой стати ты его избил?!
— Ты же мог его спасти, мог забрать с собой, когда убегал! Почему ты его там бросил? Как можно быть таким эгоистом! — Она начала подначивать толпу:
— Люди, вы же видели? У него была возможность спасти человека, а он сверкал пятками быстрее всех! Таким, как он, не место среди нас!
В толпе наступило неловкое молчание. Кто-то зашептал:
— Ну, парень хоть и угнал тачку, но смерть принял страшную.
— Согласен, перебор вышло… Будь у меня такая сила, я бы не остался в стороне.
— … — Цзянь Хань потерял дар речи от такой наглости. Он обвел взглядом тех, кто шушукался, и те моментально прикусили языки.
Все видели его возможности, и ссориться с тем, кто двигается как молния, никому не хотелось.
— Вы что, совсем головой поехали? Мозги дома забыли?
Цзянь Хань не собирался больше тратить время. Он холодно посмотрел на сестру вора:
— Еще хоть звук пискнешь – язык вырву.
— Ты… — женщина только успела открыть рот, как Цзянь Хань отвесил ей звонкую пощечину.
Хлысть!
Щека тут же вспухла и покраснела. Цзянь Хань пристально посмотрел ей в глаза:
— Ну, давай еще.
— … — она смотрела на него с ядовитой злобой, готовая живьем сожрать, но не проронила больше ни слова.
— В следующий раз выходи на улицу с включенным мозгом.
Бросив эту фразу, он ушел. Он не был маньяком, иначе бы прибил ее на месте.
По дороге домой он прокручивал в голове события дня.
«Неужели это все Календарь?»
«„Табу“ в Календаре явно несет в себе угрозу. Потеря машины, волки, эта сумасшедшая баба… Все это части одной „потенциальной опасности“» – рассуждал он.
«Но бафф – это круто. „Ускорение“ будет со мной еще сутки. Вот бы каждый день так».
Вернувшись, Цзянь Хань заперся на все замки и поспешил к «алтарю» во второй спальне. Распахнув дверцу шкафа, он обратился к Календарю:
— Выдать награду.
Едва он договорил, как под Календарем вспыхнул белый свет, и там появилось нечто новое.
— Неужели это и есть приз за «Табу»?
Комментарии