Точно, этот парень действительно был в группе D7 Департамента.
И надо же, на своём первом же задании в сотрудничестве с D7 он встретил именно его.
Сначала Хань Су почувствовал облегчение, а затем —无奈ное разочарование:
'Как же эти ребята докатились до такой жизни?'
Неожиданно Хань Су почувствовал себя эдаким отцом. И Вэй Лань, и Мальчик-гриб — он их с таким трудом вытащил из Старого замка. Не то чтобы он ждал от них великих свершений, но хотя бы стать полезными членами общества они могли бы?
А в итоге одна, будучи успешной звездой, подалась в наёмники и ради нескольких древних золотых монет лезет в самое пекло.
Другой не только убивал людей в прямом эфире, но и умудрился стать членом группы D7 Департамента…
— Надо же, именно этих прислали…
Стоявший рядом командир исполнителей тоже слегка помрачнел, словно почувствовав напряжение, но всё же подошёл для инструктажа.
Хань Су заметил перемену в его лице и тихо спросил у стоявшего рядом пухлого паренька:
— В чём-то проблема?
Пухлый паренёк, находясь рядом со своим командиром, тоже был серьёзен и немногословен. Увидев, что Хань Су спрашивает его с глазу на глаз, он, по старой дружбе, тихо объяснил:
— В D7 много людей. Некоторые из них настолько сильны, что могут участвовать в заданиях уровня A. Это задание всего лишь B+, хоть и рискованное, но не настолько, чтобы быть невыполнимым. Неожиданно, что прислали именно их.
— Шакал, Пила, Крюк и Потрошитель.
— …Это же самые отмороженные в Департаменте…
— …
— О? — Хань Су поднял голову и окинул взглядом членов D7. — Они же тоже исполнители, насколько они могут быть отмороженными?
— Шакал до тюрьмы был подпольным бойцом, „красным шестом“ (прим.: ранг в триаде). На его счету немало кровавых расправ. Дело о „летающих трупах“ на Второй улице — его рук дело.
Пухлый паренёк понизил голос, глядя на татуированного:
— Этот парень даже детей не щадил.
— Крюк и Пила — братья, самые отъявленные преступники в Цингане за последние годы. Их жертвами были только молодые девушки. Один любил сначала насиловать, потом убивать, а другой — сначала убивать, потом насиловать. Две твари, которых и десяти раз расстрелять мало.
— А последний…
Он запнулся и произнёс лишь одно слово:
— Псих!
— Это как? — Хань Су не интересовали остальные, но о Мальчике-грибе, который теперь носил позывной „Потрошитель“, ему было очень любопытно.
— О том, что он натворил, и говорить нечего, ты, наверное, и так его узнал? — Пухлый паренёк покачал головой. — Этот парень убил человека перед камерами, вытащил ему кишки и улыбался в объектив. Тогда все СМИ и общественность Цингана требовали его смерти.
— Потом ему повезло, его тайно перевели в Департамент. Но кто бы мог подумать, что, сохранив жизнь, он не успокоится.
— С членами D7 и так трудно иметь дело, а он — самый трудный из них.
— …
Хань Су стало ещё интереснее.
— Ты же знаешь, что члены D7 не получают денег за выполнение заданий? — спросил пухлый паренёк. — У них есть только два выбора: либо насладиться жизнью — еда, алкоголь, сигареты, кино, книги, всё, кроме женщин, либо сократить срок.
— Многие в D7 уже не надеются выйти на свободу и выбирают еду или другие удовольствия. Только этот парень каждый раз выбирает сокращение срока.
— Однажды ему даже в виде исключения дали возможность встретиться с женщиной-смертницей. В D7 от такого предложения у многих слюнки текут, но этот парень даже не заинтересовался, ему нужно было только сокращение срока!
— …
Услышав это, Хань Су, слегка удивившись, улыбнулся:
— Хотеть поскорее выйти — это же нормально?
Пухлый паренёк нахмурился:
— Ты знаешь, какой у него был срок, когда его перевели в Департамент?
Хань Су приподнял бровь.
— Семьдесят лет! — ответил пухлый паренёк.
— Смертников официально объявляют казнёнными, но тайно переводят в Департамент в группу D7. Но их преступления так просто не списываются. Их сроки пересчитываются по определённым правилам.
— Например, если в обычном мире за преступление полагается смертная казнь, то в Департаменте её, конечно, отменяют, но автоматически назначают тридцать лет.
— Но и смертная казнь бывает разной. Одного расстреляешь — и долг погашен. А другого и три раза расстреляешь — всё равно не искупит.
— Поэтому большинство в D7 начинают с тридцати лет, а верхнего предела нет.
— А у этого парня, когда он попал в Департамент, было семьдесят лет.
— …
— А сейчас? — задумчиво спросил Хань Су.
С момента преступления Мальчика-гриба прошло уже несколько лет. Раз он выжил, значит, прошёл уже много заданий. Если каждый раз он выбирал сокращение срока, то теоретически его уже могли бы и освободить.
— Триста пятьдесят лет! — ответил пухлый паренёк.
— ?
— Как это, ещё больше?
— Потому что, хотя он каждый раз выбирает сокращение срока, он постоянно дерётся с другими заключёнными, особенно с самыми отъявленными.
— Особенно с теми, кто сидит за изнасилования, педофилию и тому подобное.
— С тех пор как его посадили, он уже как минимум семерым особо опасным преступникам в D7 выпотрошил кишки. Последних четверых он достал уже после того, как его перевели в одиночную камеру.
— Так он и получил свой позывной „Потрошитель“.
— И из-за этого его сокращённые сроки снова и снова увеличивают, причём добавляют больше, чем сокращают.
Говоря это, пухлый паренёк с опаской посмотрел на него:
— Таких людей не понять.
Хань Су мог лишь кивнуть. Даже если этот парень был из его первой группы спасения, он всё равно считал его очень странным.
Он выбрал его в первую группу только потому, что тот действительно всё делал очень хорошо.
— Когда начнётся задание, все приказы передавай мне, а я уже буду отдавать их им, — вернувшись после инструктажа членов D7, сказал командир Горный крокодил.
Пухлый паренёк тут же замолчал, делая вид, что ничего не говорил. Командир с серьёзным лицом тихо сказал Хань Су:
— Старайся как можно меньше контактировать с ними во время задания.
Этот вопрос удивил Хань Су. Он улыбнулся:
— Они могут представлять угрозу и для следователей?
Командир замялся. Пухлый паренёк рядом подсказал:
— Командир, этот следователь — новичок.
Хань Су тоже виновато улыбнулся:
— Да, я слишком быстро получил повышение, и мне ещё многому нужно научиться.
Командир был ошарашен: 'Это вообще по-человечески?'
Лишь стоявший рядом Доктор с глубоким одобрением посмотрел на Хань Су. Вот оно, это чувство, когда у тебя есть связи и поддержка! Это была одна из главных причин, почему он стал помощником Хань Су. Так было гораздо безопаснее.
А командир, вздохнув о нынешней системе повышений в Департаменте, всё же тихо объяснил Хань Су:
— Эти ребята из D7 все немного не в себе, и у них у всех очень высокая духовная активность.
— Особенно те, кто выжил после многочисленных заданий. Все они — психи, и никто не знает, что у них на уме. Так что будь очень осторожен.
'Высокая духовная активность?' — запомнил Хань Су.
— Давайте начнём задание!
Предупреждение командира неожиданно совпало с последним предупреждением госпожи Ай, и это вызвало у Хань Су сильное любопытство к этому заданию.
Он взял свой кейс и вошёл в оцепленную зону. Чёрный Тигр следовал за ним.
Доктор с чистой совестью остался снаружи, чтобы оказывать информационную поддержку.
С членов D7 сняли наручники и выдали им ножи, специальные перчатки и другое снаряжение. Лишь Потрошитель, в наручниках и кандалах, словно шёл на смерть, лениво поплёлся внутрь.
Хань Су шёл впереди, и все члены D7 смотрели на него.
Шакал, Пила и Крюк, кажется, переглянулись. Поигрывая ножами, они смотрели на него с насмешкой.
Лишь шедший последним Мальчик-гриб лениво зевнул, словно ему всё это было неинтересно.
…
…
Когда они углубились в оцепленную зону, они увидели, что здесь уже никого не было. Сильный запах тоже быстро рассеивался.
Остался лишь слабый, но заметный запах, который не позволял людям вернуться, но не мешал работать сотрудникам. Похоже, Департамент уже набрался опыта в подрыве канализации.
Хань Су и остальные шли молча. Постепенно они добрались до глубины оцепленной зоны, где уже давно не было людей.
Впереди показалась мастерская «Хайфан». Вокруг валялись ракушки и рыбьи кости, издававшие гнилостный запах. Это была небольшая мастерская по производству сувениров из морепродуктов.
Сейчас вокруг было тихо, но перед фабрикой сидели и стояли около десяти фигур. Они застыли в различных позах, словно статуи, окружив мастерскую.
Это были заражённые «люди с двумя телами». Когда вокруг были посторонние, они вели себя как обычные люди.
Но сейчас, когда все обычные люди были эвакуированы и здесь остались только они, их социальная маска спала.
Они не общались друг с другом, а просто застыли, словно выключенные.
— Кабинет директора внутри! — сказал Чёрный Тигр Хань Су. — Мы дошли до сюда и поняли, что источник проникновения внутри.
— Эту линию нарисовал тот, в очках.
Посмотрев, куда указывал Чёрный Тигр, Хань Су действительно увидел на земле линию, нарисованную краской из баллончика.
— Тот, в очках, попросил меня проверить, — продолжил Чёрный Тигр. — Как только пересекаешь эту линию, они нападают.
Хань Су кивнул и остановился перед линией. Затем он сказал в микрофон:
— Пора.
— Принято! — тут же ответил командир исполнителей.
В следующее мгновение, неизвестно какой приказ он отдал, но четверо членов D7, следовавших за ними, тут же начали разминаться.
На их несколько отстранённых лицах появилось возбуждение.
Не обращая внимания на линию безопасности на земле и на застывших вокруг мастерской людей, они медленно пошли вперёд. И затем, включая Мальчика-гриба, все одновременно медленно подняли руки:
— Яви себя свету
Комментарии