Андерсон сидел на стуле в заднем переулке и курил. Он любил эти короткие мгновения затишья после обеденной суеты.
В последние два года вести дела в Голден-Порте стало непросто. Вся Федерация и даже весь мир знали, что город создает экономическое чудо, и сюда со всех концов света стекались бесчисленные «авантюристы» и «золотоискатели».
Чаще всего это были нелегальные мигранты.
В Федерации тогда было тридцать шесть штатов и сотни городов, но почему-то большинство нелегалов оказывалось именно в Голден-Порте, что само по себе говорило о многом.
Если бы их не манил запах свежеотпечатанных купюр, стали бы они пересекать океан?
Неужели все они приехали просто чтобы внести свой вклад в строительство Федерации?
Нет, каждый искал свое личное чудо.
Наплыв людей обострил конкуренцию в бизнесе, прибыли падали, и на горизонте маячили новые проблемы.
В прошлом году у ресторана начались трудности. Сначала возник разлад с партнером. Андерсону пришлось отдать все оставшиеся деньги, чтобы выкупить долю и стать единоличным владельцем.
Затем случилась беда с женой – она упала и сильно расшиблась.
Страховая компания отказалась выплачивать компенсацию, мотивируя это тем, что при покупке полиса она не сообщила о своем слегка повышенном давлении.
При этом они не могли доказать, что гипертония развилась уже после заключения договора.
Страховщики заявили, что падение напрямую связано с давлением, а поскольку она скрыла историю болезни, выплаты не будет. Дело дошло до суда.
Разумеется, они проиграли.
И это злило больше всего!
Согласно контракту, страховой полис должен был покрыть около восьми тысяч ну, но компания предпочла потратить больше десяти тысяч на адвокатов, лишь бы не платить клиенту ни цента по договору.
В итоге Андерсон остался без компенсации, сам оплачивал лечение и еще погасил судебные издержки.
В тот момент у него не осталось ни гроша.
Он пошел в банк за кредитом, но из-за недавнего суда с крупной компанией банк счел его заявку рискованной. Ему назначили строгую проверку, которая должна была занять не меньше месяца.
Денег не было совсем. Нужно было срочно спасать ресторан и кормить семью, поэтому от банковской идеи пришлось отказаться.
По совету знакомых он обратился в несколько финансовых компаний. Эти жадные гиены хотели сожрать его активы, пытаясь за пару тысяч прибрать к рукам долю в бизнесе.
В конце концов он нашел компанию «Лечжу». Проценты там были высоковаты, зато от него не потребовали залога и не покушались на владение рестораном.
Спустя год дела наконец пошли на лад. Особенно помог новый менеджер, чьи маркетинговые идеи обеспечили постоянный поток клиентов.
Сегодня утром он выложил четыреста ну за рекламное место в газете «Сегодняшний Голден-Порт» и планировал арендовать соседнее помещение для расширения.
Ему постоянно звонили, требуя вернуть основной долг и набежавшие проценты компании «Лечжу», но он не сдавался.
Расширение требовало вложений, реклама стоила денег, а он планировал до конца жизни почивать на лаврах этого заведения. С какой стати он должен ублажать этого Альберто, чертова выскочку, помешанного на деньгах?
Он занял всего две тысячи, а с него требуют пять. Таких грабительских процентов он в жизни не видел, поэтому платить отказывался и готов был судиться.
С одной стороны – добропорядочный владелец ресторана, пробивающий себе путь трудом, с другой – социальные отбросы, делающие деньги на серых схемах. Его юрист уверял: можно смело игнорировать Финансовую компанию «Лечжу».
Если они подадут в суд, расходы на процесс превысят сумму долга, и не факт, что они выиграют.
А если судиться не станут, но попробуют прижать силой – можно будет подать встречный иск и содрать с них компенсацию.
Так что стратегия была проста: тянуть время.
Заручившись поддержкой юриста, господин Андерсон не собирался отдавать Альберто пять тысяч ну, заработанных кровью и потом.
Я занял деньги своим умом, с чего мне их возвращать?
Так думает большинство должников, не желающих платить.
Пока он размышлял о том, как за пару дней договориться об аренде соседнего здания, прибежал менеджер:
— Господин Андерсон, в зале неприятность.
Андерсон обернулся:
— У кого-то ботинки загорелись?
Он намекал на излишнюю суету подчиненного, но менеджеру было не до шуток.
— Клиент нашел в супе таракана. Хуже того, он его раскусил пополам и теперь его рвет прямо в зале…
Господин Андерсон опешил, вскочил, бросил сигарету и поспешил в ресторан.
Едва он вошел, давление у него подскочило. В воздухе стоял кислый запах рвоты, из-за которого большинство гостей перестали есть.
Люди обступили стол и возбужденно переговаривались. На столе лежала белоснежная салфетка, а на ней – две половинки таракана.
Судя по всему, их вполне можно было сложить в одно целое.
Андерсон всю жизнь проработал в общепите: начинал учеником, потом поваром, дорос до шеф-повара в известном заведении.
Лишь пару лет назад, накопив денег, он решил стать одновременно и шефом, и хозяином. Так появился этот ресторан.
Это место было для него дороже жизни!
За годы работы он навидался всякого и знал, как разруливать такие ситуации.
Приказав персоналу немедленно убрать зловонные лужи с пола, он направился к Лансу. Когда он уже потянулся, чтобы сгрести салфетку с останками насекомого, Ланс преградил ему путь:
— Хотите уничтожить улики?
Под пристальными взглядами окружающих у Андерсона мурашки пошли по коже. — Я просто хочу уладить вопрос. Если вы не против, пройдемте в мой кабинет, уверен, мы договоримся.
Его намек на денежную компенсацию поняли все присутствующие, и Ланс в том числе.
Поэтому голос Ланса внезапно зазвучал гораздо громче:
— Вы думаете, я пришел вас обобрать?
— Мы с другом пришли пообедать, нашли в тарелке таракана, а вы обвиняете нас в вымогательстве?
— Если хотите говорить об этом, говорите здесь, при всех. Ведь пострадали не только мы – возможно, здесь есть и другие жертвы, которые просто еще не знают об этом.
От этих слов лицо Андерсона перекосило, а гости зашушукались уже совсем недружелюбно.
Раз таракан попал в чужой суп, значит ли это, что по их тарелкам и еде тоже кто-то ползал?
Тут же раздались требования вызвать полицию и санспенкцию.
Для ресторана слухи о проблемах с гигиеной – это смертный приговор!
А он ведь только что оплатил рекламу!
Хотя огласки уже было не избежать, Андерсон надеялся хотя бы не доводить дело до протокола.
Он бросил взгляд на располовиненного таракана, в душе проклиная двух молодых бездельников, отвечавших за чистоту на кухне.
Шепнув пару слов менеджеру, тот сразу начал оттеснять толпу:
— Приносим извинения за этот досадный случай. Господин Андерсон распорядился: сегодняшний обед для всех за счет заведения…
В это время сам Андерсон присмотрелся к одежде Элвина.
Тот совсем не походил на человека, который может позволить себе обед в столь элитном месте. Подозрения Андерсона укрепились: эти двое пришли за наживой.
С этой мыслью он засомневался, из его ли кухни вообще взялся этот таракан.
Впрочем, он понимал, что сейчас не время выводить их на чистую воду. Нужно было срочно гасить кризис доверия.
Понизив голос и больше не пытаясь трогать салфетку, он произнес:
— Сто ну. Я извиняюсь, и на этом закончим.
— Я знаю, кто вы и чего добиваетесь. Сто ну – это немало, не доводите до греха…
Элвин, которого все еще мутило, выдавил:
— За сто ну мою честь не купишь!
Ланс просто смотрел на хозяина, не выказывая ни тени готовности к уступкам. Андерсон глубоко вздохнул:
— Двести. Это мое последнее слово…
— Пятьсот.
— Это грабеж, вымогательство! Не боитесь, что я позову копов?
Ланс ободряюще похлопал Элвина по спине:
— Вы меня пугаете. Теперь я вообще не хочу от вас ни цента…
Элвин снова громко и натурально позывным к рвоте отозвался на эти слова.
Андерсон поджал губы, проклиная Ланса про себя, но в итоге сдался:
— Четыреста ну.
— По рукам!
Ланс отошел, и Андерсон тут же схватил салфетку, скомкал ее вместе с трупиком таракана и сунул в карман.
Менеджер к тому времени почти все уладил. Пока босс торговался, он убеждал гостей:
— Эти двое – обычные вымогатели, их наглость переходит все границы. Ресторан приносит извинения, обед за наш счет.
— Более того, при следующем визите по этой карточке вы получите бутылку вина за десять ну в подарок. — Он раздал всем карточки со своей подписью и пояснением.
Вино в меню значилось по девять ну девяносто девять центов, хотя себестоимость его не дотягивала и до пяти ну.
На первый взгляд, дарить бутылку за десять ну – убыток, но люди, пришедшие за бесплатным вином, явно закажут еды еще на тридцать ну.
Если сумма заказа перевалит за двадцать, с учетом вина заведение все равно останется в плюсе, пусть и небольшом.
Менеджер сработал профессионально, большинство гостей поверили его версии, хотя скептики остались.
Увидев, что пострадавший клиент уходит вместе с хозяином, люди поняли: инцидент исчерпан.
Но на самом деле все только начиналось…
Комментарии