— Тебе повезло. Твоя депрессия пока не вышла за рамки психологического расстройства. В таких случаях главное – развязать узел в душе. Конечно, разные методы дают разный результат, но у меня мало времени, поэтому я выбрал самый быстрый путь.
Цянь Цанъи отхлебнул соевого молока.
— М-м? — Чэнь Сыминь замерла. Ее начало подташнивать, хотя она съела всего пару баоцзы.
— Знаешь, многие иллюзии рассыпаются при ближайшем рассмотрении. Когда человек, живущий в грезах, лишается опоры, возможны три реакции. Первая: признать реальность и стараться жить дальше. Вторая: найти новое прибежище в иных мечтах. Третья: окончательно отчаяться в реальности. — Он говорил медленно. На первом варианте он сделал акцент, а третий проговорил очень быстро.
К этому моменту Цянь Цанъи уже фактически выложил свои карты, но из-за долгой депрессии сообразительность девочки притупилась, и она не сразу уловила суть.
Впрочем, была и другая вероятность: подсознание Чэнь Сыминь сопротивлялось. Многие люди, стоя на пороге перемен, пасуют перед страхом неудачи и выбирают привычное болото.
— Говорите прямо, я не понимаю, — она опустила голову, ее спутанные волосы свисали на спину, а под глазами залегли глубокие тени.
— Я отвезу тебя к нему, — Цянь Цанъи в упор посмотрел на нее.
Услышав это, Чэнь Сыминь впала в ступор. Ее рука машинально потянулась к баоцзы, но как только она собралась отправить его в рот, лицо ее окаменело, и пирожок выпал из пальцев на землю.
— Я… я… — она выглядела растерянной и напуганной.
— Неужели ты никогда не думала, что было бы здорово увидеться с ним хотя бы еще раз? — Наседал он.
— Разве в твоем сердце нет этой искренней жажды? — Видя ее молчание, добавил Цянь Цанъи.
— Всегда ли жизнь так трудна, или только в детстве? — Он повернулся к дороге. Время шло, машин и людей становилось всё больше.
Чэнь Сыминь молчала, низко склонив голову. Цянь Цанъи заметил, как на стол упала слеза.
— Всегда, — сам же ответил он на свой вопрос. — Ладно, на самом деле разница в возрасте у вас не такая уж большая. Впрочем, даже если бы и была – сейчас браки с большой разницей в возрасте не редкость. Конечно, при условии, что семьи примут такую… кхм… специфическую… любовь?
Чем прямолинейнее становился его тон, тем ниже опускалась голова девочки.
— Попробуем? Время идет, твое молчание я расценю как согласие. — Цянь Цанъи поднялся. — Хозяин, расчет!
— Ее депрессия вызвана психологическим барьером. Надеюсь, она еще не дошла до той стадии, когда отрицается вообще всё. Возможно, встреча поможет подорвать корень ее неприятия реальности, — в глубине души Цянь Цанъи не был так спокоен, как казалось снаружи.
Он судил о ее состоянии, исходя из имеющихся знаний, и все его выводы строились на предположении, что изменения в ее организме еще не стали биологическими.
К счастью, он не ошибся: суицидальные мысли были следствием неразрешенного внутреннего конфликта, а не патологии нервной системы.
— Я согласна, но что нужно вам? — Чэнь Сыминь начала рассуждать трезво, вспомнив его слова при первой встрече.
— Мое желание простое: мне нужно, чтобы ты вернулась в то состояние, которое твои родители считают «нормальным», — он усмехнулся.
— И что это за состояние? — Она подняла на него полный растерянности взгляд.
— Об этом не беспокойся, я всё устрою. — Расплатившись, Цянь Цанъи достал телефон и на этот раз набрал номер А-Бяо.
— Алло, что еще?
— Я забираю Чэнь Сыминь в одно место, вернемся завтра. Предупреди ее предков, а то боюсь, они будут против.
Цянь Цанъи мельком глянул на девочку – та всё еще пребывала в состоянии некоторого шока.
— Ладно, сделаю. Куда едете?
— Секрет. — Сбросив вызов, он подтолкнул Чэнь Сыминь к обочине.
…
— Выходим, приехали, — позвал он спутницу.
Они стояли на платформе в небольшом городке соседней области. Перед отъездом Цянь Цанъи помог девочке сменить одежду и даже немного привел ее в порядок. Разумеется, все эти расходы, включая билеты, он собирался выставить ее родителям.
В конце концов, он не занимался благотворительностью.
— Всё, хватит сомневаться. Я уже под предлогом связался с тем, кого ты хочешь видеть. Нехорошо заставлять людей ждать.
Они ехали в такси. Оба молча смотрели в свои окна: Чэнь Сыминь гадала о предстоящей встрече, а Цянь Цанъи размышлял об обновлении системы Кино Преисподней и о своем следующем фильме.
— В любом случае, мне нужно начать тренировки. Возможно, в будущем ситуация станет еще опаснее. Пусть времени мало и эффект будет не сразу, но нужно что-то менять. Иначе, откладывая раз за разом, я так и не начну, пока не сдохну в каком-нибудь фильме.
Всю дорогу таксист пытался завязать разговор, но Цянь Цанъи отвечал лишь изредка и невпопад, а Чэнь Сыминь не проронила ни слова.
— Он как демон: сорвал с меня всю защиту и ткнул лицом в реальность. Кажется, ему всё равно, приму я это или нет. Наверное, он просто наслаждается самим процессом, — думала девочка.
Ее впечатление о Цянь Цанъи было предельно четким. Еще вчера она сидела взаперти и боялась даже солнечного света, а сегодня уже покинула родной город и приехала в незнакомый край, чтобы встретиться с тем, кто занимал все ее мысли.
Цянь Цанъи зевнул. Устраивать всё это было утомительно. Он помнил, как в начале своей карьеры часто спал сутками напролет после заказов, потому что порой приходилось следить за объектом круглосуточно.
Наконец машина затормозила перед рестораном. Цянь Цанъи расплатился, и такси уехало.
Глядя на вывеску заведения, он тихо выдохнул и попытался подтолкнуть Чэнь Сыминь вперед, но та словно вросла в землю.
— Что, страшно? — Он предвидел это. Он не раз видел людей, которые сутками зубрили материал перед экзаменом, но пасовали в последний момент и отказывались входить в аудиторию.
Комментарии