На самом деле до Агентства можно было и не идти – за полпути деятельная Цинь Чаогэ уже выведала почти всё, что им было нужно. Но новости эти нанесли серьезный удар по их неокрепшей психике.
Городок Юаньму и впрямь не славился красотами природы. Толпы туристов стекались сюда не ради видов, а ради удовольствий. Абсолютного расслабления. В этом городке на несколько десятков тысяч жителей можно было почувствовать себя императором, получая любые услуги. Пока ты соблюдаешь законы и не вредишь местным, любая прихоть может стать реальностью. Причем за сущие копейки – если не считать той огромной суммы, что забирает черный гид.
Юаньму радушно принимает каждого и строит всевозможные увеселительные заведения, даже приставляет к каждому гостю красавицу или красавца-помощника, чтобы отдых был безупречным. Но у этого рая была цена. Плата за всё это великолепие была такова: в день отъезда ты обязан оставить городку, подарившему тебе счастье, ребенка. Да, им нужен ребенок. И матерью этого ребенка станет твой туристический помощник.
Тебе не нужно беспокоиться о бремени родительства – никто не заставит тебя вынашивать плод девять месяцев или растить его. Нужно лишь провести простой ритуал Дарования, и помощник зачнет от тебя дитя, независимо от пола. Да-да, «независимо от пола» означало, что забеременеет любой помощник – хоть женщина, хоть мужчина. Можешь не спорить, просто осознай это.
Судьба ребенка после зачатия гостя больше не касалась. Он родится здесь, станет жителем городка, вырастет и, возможно, однажды станет помощником для нового туриста. Услышав о такой «программе тура», Чэн впал в ступор. Цинь Чаогэ же, вспомнив про свое «дитя», почернела от ярости.
— Почему так? — Выдавила она.
Почему? Потому что в любом мире, где есть свет, тень следует по пятам. Юаньму не исключение. 【Вечное Солнце】 даровало жителям силу, красоту и способность к деторождению вне зависимости от пола. Но 【Кровавая Луна】 лишила их возможности зачинать детей друг с другом. Эта багровая луна, каждую ночь взирающая с небес, источала заразу, желая извести всех верных 【Вечному Солнцу】. Чтобы выжить, жители придумали этот способ – пополнять население за счет туристов. Приезд путешественников для них жизненно важен: это новые люди, а значит, вера никогда не иссякнет!
— Теперь понятно, почему нас закинуло к этой Ху Сюань! — Цинь Чаогэ скрежетала зубами. Чэн, не зная, как ее утешить, ляпнул:
— Да ладно тебе, считай это репетицией. Рано или поздно тебе всё равно пришлось бы оставить тут ребенка.
— Так почему бы тебе не «порепетировать»?
— Я бы с радостью, да на меня не позарились.
Стоило ему договорить, как в конце улицы показалась Ху Сюань.
«…»
Настроение Цинь Чаогэ мгновенно улучшилось. Она ухватила Чэна под локоть и потащила навстречу магу. Чэн вяло сопротивлялся, подбирая слова для отказа. Но Ху Сюань шла с остекленевшим взглядом, что-то бормоча под нос и не замечая их. Когда они поравнялись, никто не рискнул поздороваться, и лишь до ушей донесся ее монолог:
— 【Он】 украл власть 【Рождения】… Как 【Он】 смог это сделать? Могу ли я украсть власть 【…】?
— Сумасшедшая баба, — процедила Цинь Чаогэ.
Чэн нахмурился. Она не была сумасшедшей. Эта женщина почти осознала то, что он сам понял недавно: суть богов – это кража власти. Проводив ее взглядом, он вырвался из хватки Цинь Чаогэ и сердито бросил:
— Предупреждаю, Цинь Чаогэ: не думай, что раз ты сильная, то можешь распускать руки. Если это повторится…
Внезапно боевой настрой адепта 【Войны】 испарился. Из «железной леди» она превратилась в нежное создание: мягко приблизилась к Чэну и принялась бережно расправлять складки на его одежде. Заглядывая ему в глаза, она проворковала:
— А так – можно?
У Чэна задергался глаз. «Твою мать, сплошные психопатки вокруг».
— Ты можешь вести себя нормально?
— У меня «справка» есть, ты сам сказал.
«…»
Чэн чертыхнулся и зашагал прочь. Цинь Чаогэ, хмыкнув, засеменила следом, вцепившись в край его куртки. Агентство было близко – всего одна длинная улица и подъем в гору. По пути им попадалось множество писаных красавцев и красавиц, даже старики выглядели благородно. Но Чэну было не до эстетики: его не покидало чувство, что в городе что-то не так, но что именно – он не мог сформулировать.
С этой тревогой он вошел в здание Агентства. Огромное строение было забито туристами всех мастей – оно больше напоминало достопримечательность, чем офис. Чэн тащил за собой Цинь Чаогэ, как вдруг во дворе они столкнулись с Шамань. Девушка была в слезах и, похоже, только что закончила какие-то дела.
Певчая, обожающая драму, сразу оживилась. Она подскочила к Шамань и схватила ее за руку:
— Ой-ой, какая бедняжка! Не плачь, иди к сестренке, я тебя пожалею.
Цинь Чаогэ по-хозяйски обняла Шамань, поглаживая ее по спине. Чэн понял ее маневр: лучше иметь дело со знакомым и «слабым» помощником, чем получить кота в мешке. Но он интуитивно чувствовал в этой девушке подвох. Не зная, в чем именно дело, он просто не хотел больше с ней пересекаться и двинулся к входу. Но Шамань вдруг вырвалась из объятий Цинь Чаогэ и преградила ему путь, глядя на него глазами, полными слез и… покорности. Она явно не хотела, чтобы он менял помощника, и ради этого была готова на всё. Непонятно, чем этот «джентльмен с поверхности» так ей приглянулся, но факт оставался фактом.
Чэн же просто закатил глаза, обошел ее и зашел в холл. Шамань разрыдалась в голос и убежала, а Цинь Чаогэ едва ли не сокрушалась от жалости:
— Эй, такая куколка, и ты ее вот так бросил?
Чэн промолчал. Помедлив, он обернулся и тихо спросил:
— Что ты заметила?
Игривость Цинь Чаогэ как рукой сняло. Она серьезно ответила:
— У нее огромная сила. Немного женщин способны вот так вырваться из моих объятий.
— Благословение этого их Солнца?
— Может быть. Слишком мало времени прошло, не прочувствовала.
…?
Заметив его недоумение, Цинь Чаогэ рассмеялась и легонько хлопнула его по щеке:
— Ты думал, я всех лапаю просто от скуки? Талант певчего: «Мелодия портрета».
Чэна осенило. «Кто сказал, что у фанатиков 【Войны】 нет мозгов? У них там целые шахматные партии в головах».
Этот талант позволял считывать физиологические ритмы тела и составлять «портрет» цели. Чем больше данных – ритм сердца, скорость кровотока, частота дыхания – тем точнее образ. Можно было даже предугадать характер и действия человека. Этот талант ранга S идеально подходил для разоблачения, и Чэн когда-то сам о нем мечтал. Жаль, он доступен только певчим. Получается, всю дорогу она «видела» его насквозь?
Чэн в упор посмотрел на нее:
— И как мой портрет?
— Больной ты на всю голову. Зачем мне твой портрет, если я и так всё вижу?
Фыркнув, Цинь Чаогэ вошла в зал. Чэн остался стоять на месте, а затем рассмеялся. На этот раз это не было ложью. Кажется, напарник ему попался что надо.
…
Комментарии