Вскоре примчался возбуждённый А-Хэ.
— Брат! — Выпалил он. — Это и вправду твой дядя разнюхал, где в соседней деревне пруды чистят и крабов ловят, и Лайбао навел! Договорились три к семи делиться, и Лайбао даже отдал долю. Но Лайбао клянется, что украл только пятьдесят кило, а хозяин заявил о пропаже ста тридцати! Теперь их двоих заставляют ущерб возмещать. Дядя твой, ясное дело, в крик – теперь трясет с Лайбао долю за те «недостающие» восемьдесят кило!
Чжао Цинь расхохотался. Ну и путаница! Лайбао, может, и не врал, а хозяин просто приписал лишнего, но Чжао Хайдуну-то что с того? Он свою выгоду блюдёт.
— Ладно, хватит тебе туда бегать. Не наше дело.
А-Хэ кивнул. Он понял намек: историю с камнями той ночью нужно похоронить глубоко внутри.
— Скоро уже должны быть. А-Цинь, который час? — Ся Жун уже вовсю орудовала у плиты, и аппетитные запахи из кухни поплыли в зал.
Чжао Цинь взглянул на напольные часы в старинном шкафу:
— Половина одиннадцатого. Еще полчаса, думаю.
Только он договорил, как послышался автомобильный гудок. Чжао Пин первым выскочил за порог:
— Приехали! Это машина Ту Миня!
Чжао Цинь тоже вышел. Когда грузовичок остановился, братья поспешили навстречу. Пин помог зятю, Ся Инъу, спрыгнуть на землю, а Цинь принялся выгружать из кузова багаж и подарки.
— Езжай, — сказал Цинь, прислонившись к стеклу кабины, когда вещи были на земле, а сестра с племянником спустились вниз. — Сочтемся как-нибудь при случае. Сегодня гости, так что в дом звать не буду.
Деньги у него в кармане были, но он побоялся, что зять кинется платить сам. Лишняя суета. Проще потом отдать.
Ту Минь не возражал, бросил: «Не горит», – и уехал.
Увидев родных, старшая сестра Чжао Мэй буквально расцвела. Но стоило Чжао Пину увлечь зятя разговором, как она подошла к младшему брату и без лишних слов чувствительно крутанула его за ухо.
— Ты уже не маленький! Хватит обременять брата с невесткой, пора бы за ум взяться!
— Сестренка, на обед и так еды полно, моё ухо в меню не входит.
— Больно, значит? Вот и помни об этом.
Она отпустила его и легонько шлепнула по плечу.
Ухо она крутила не больно, но вот шлепок пришелся как раз по правой руке. Чжао Цинь аж воздух сквозь зубы втянул.
— Что такое? Рука поранена? — Всполошилась Чжао Мэй, увидев, как он скривился.
— Вчера А-Цинь водил нас на море, наткнулись на гнездо тулунов. Он перестарался, руку перенапряг, — вмешался Чжао Пин. Он понимал, что сестра снова отчитывает младшего, и решил замолвить слово, рассказав о переменах в брате.
— Он? Тебя водил?
— А-Мэй приехала! Да не ругай ты его, А-Цинь в последнее время такой работящий стал – я его просто не узнаю, — Ся Жун подошла и взяла золовку за руки, оглядывая её с ног до головы. — И чего ты такая худенькая? Совсем ничего не ешь там?
— Невестка, давай я помогу. — Женщины, зашептавшись о своём, ушли на задний двор.
Чжао Цинь посмотрел на племянника. Мальчика звали Ся Хунцзэ. Имя выбирали по гаданию – сказали, воды в судьбе не хватает. Он был на полгода младше А-Юаня, но на полголовы ниже. Глаза у пацана так и бегали – сразу видно, тот еще сорванец.
— Младший дядя, я хочу ловить крабов!
— А на свой «краник» ловить будешь?
— Ого, правда? На «краник» можно поймать краба?
— Можно. Клюёт отлично, только щиплется больно.
— Я не боюсь! Хочу краба!
Слушая этот диалог, Чжао Пин только мрачнел, а Ся Инъу лишь хохотал, не принимая всерьёз.
Зять был человеком хорошим. Когда Чжао Цинь бросил учебу, Инъу жалел об этом больше всех – даже приезжал специально, уговаривал. Всё-таки Цзинский университет… Мечта, в которую мало кому удается пробиться.
— Оставим пока крабов. Сколько за экзамен получил?
— Младший дядя, учиться – это скучно. Давай лучше про крабов.
Ну ясно, еще один двоечник растёт.
Тут из дома вышла Чжао Мэй и, завидев А-Юаня, сразу спросила:
— Ну, как закончил полугодие?
А-Юань поник и тихо выдавил:
— Плохо сдал.
— Да ладно тебе, братишка, я тоже плохо сдал. В тесте столько букв незнакомых было – эти учителя специально над людьми издеваются, — авторитетно заявил Ся Хунцзэ.
Чжао Мэй сверкнула на сына глазами и ласково погладила А-Юаня по голове:
— Скажи тёте, сколько баллов?
Чжао Цинь сочувственно посмотрел на Хунцзэ. Мелкий явно не понимал, что над его головой сгущаются тучи.
И действительно: когда А-Юань признался, что по математике у него максимум, а по языку 99, лицо Чжао Мэй мгновенно преобразилось. Она схватила сына и дважды крепко шлепнула по заднице.
— Посмотри на брата! А теперь на себя! Если по возвращении не возьмешься за ум… домой не пущу! Буду считать, что не рожала тебя!
Она была в отчаянии. Сама школу окончила неплохо, муж – учитель, ну почему этот ребенок необучаем?
Отвесив пару шлепков, сестра снова ушла на задний двор. Хунцзэ потер пятую точку и тут же расплылся в ухмылке:
— У мамки сил нет, совсем не больно.
Глядя на него, Чжао Цинь невольно проникся симпатией. Кожа толстая, дух бодрый, оптимизма хоть отбавляй. Еще вопрос, кто в этой жизни добьется большего – он или А-Юань.
Цинь выудил из кармана две пятирублевые бумажки и раздал мальчишкам. Проводив их взглядом за дверь, он направился к кухне, но услышал, как женщины обсуждают деньги и покупку жилья. Подумав, он вернулся в зал к зятю.
— А-Цинь, не думал в город податься? — Спросил Ся Инъу. К прежним выходкам Циня он относился сдержанно, а новости о том, что тот взялся за ум, его искренне радовали.
— Если бы учился, то в городе бы и осел. А сейчас, с одним школьным аттестатом… Свое дело – ни навыков, ни капитала. На завод идти – так там за год заработаешь меньше, чем здесь у моря.
С зятем он старался говорить серьезно.
— И то верно. Брат говорит, ты лодку надумал брать. Дело хорошее.
Общих тем у них было немного, а у А-Хэ – и того меньше; тот сидел молча на краю стула, пока не начали накрывать на стол.
— Вот вино, А-Цинь с утра купил. Пейте, — Ся Жун поставила бутылки на стол.
— А-Хэ, а бабушка где? — Спросил Цинь.
— Она сказала, что не придет. Дома что-нибудь перекусит.
Чжао Цинь сходил на кухню, взял чистую миску, положил туда несколько кусков тулуна, свиную ножку и подал А-Хэ:
— Не хочет – не надо, ей тут, наверно, неловко будет. Отнеси ей это.
После обеда Чжао Пин уговорил зятя прилечь отдохнуть, а Чжао Цинь повернулся к сестре:
— Вечером в старом доме ляжете. Я с А-Юанем потеснюсь. Пойдем, поможешь мне там прибраться.
— Только и умеешь, что понукать. Сами руки не работают? — Проворчала она, но всё же пошла за ним.
— Помочь? — Высунулась Ся Жун.
— Невестка, ты и так всё утро возилась, отдохни. Мы с сестрой сами справимся.
Чжао Мэй невольно улыбнулась. Похоже, младший брат действительно вырос.
Комментарии