— Гаечный ключ!
— Ставь заклёпку!
— Батя, динамометрический ключ, затяжка 36 Н·м…
Первая суббота нового семестра.
Линь Вэйлян не пошёл на сверхурочную работу, а приехал в Лабораторию №78 помогать Линь Дуню с окончательной сборкой «Остряка-002».
По сравнению с летом на втором курсе, когда Линь Дун мог справляться только с лёгкой работой и большую часть дел перекладывал на Чжан Юэ, сейчас, на пятом курсе, он – парень ростом метр шестьдесят, достигший предела в контроле над физической силой благодаря духовному зрению – уже мог выполнить весь процесс сборки самостоятельно.
Линь Вэйляну оставалось лишь подавать ключи и ставить заклёпки – роль подручного.
— Пап, готово.
— Возьми мой ноутбук, открой первый файл на рабочем столе и прошей в него авионику.
После целого дня работы, когда забили последнюю заклёпку, первый авиамодельный прототип был окончательно собран.
Линь Дун знаком показал Линь Вэйляну, чтобы тот прошивал прототип, а сам направился к деталям второго прототипа.
Глядя на файл на рабочем столе ноутбука с надписью «Авионика – борт ЛА», Линь Вэйлян подключил высокоскоростной последовательный кабель к прототипу и начал прошивку, но не удержался и покосился на всё ещё занятого Линь Дуня.
— Сяо Дун, зачем ты решил сделать два прототипа на этот раз? В чём разница? — Задал вопрос Линь Вэйлян.
Этот вопрос появился у него в голове ещё когда он получил план Линь Дуня.
В конце концов, это экспериментальные летательные аппараты, личные игрушки, а не серийное производство.
Если бы у Линь Дуня было два прототипа БПЛА, один обычный, а другой – дозаправщик, с ними можно было бы попрактиковаться в дозаправке в воздухе, увеличив дальность полёта.
Но два одинаковых прототипа БПЛА одной спецификации – в нормальной ситуации это совершенно ни к чему.
Даже если при изготовлении обычно делают несколько запасных комплектов деталей, это для удобства ремонта и замены, а не для того, чтобы собирать оба комплекта сразу.
— На этот раз в «Остряке-002» используются новые конструктивные решения и новые технологии, поэтому для завершения эксперимента нужны два прототипа БПЛА одновременно, — кратко объяснил Линь Дун.
Новые конструктивные решения и новые технологии?
Линь Вэйлян посмотрел на прототип, в который прошивалась система, затем подошёл к другому, который собирали, и начал мысленно сверять его с чертежами, присланными Линь Дунем.
Хотя за эти годы он из эксперта по летательным аппаратам первого поколения превратился в эксперта по беспроводной связи первого поколения и даже получил повышение до заместителя главного инженера, чертежи летательных аппаратов он всё ещё понимал.
По крайней мере, из более чем 5000 деталей «Остряка-002» он понимал функцию и назначение каждого узла – не было технологии, которая требовала бы испытания сразу двух прототипов и которую он не мог бы понять.
Единственное, что вызывало сомнения, – это то, что группы камер на этих двух БПЛА было многовато: спереди, сзади, слева, справа, сверху и снизу – установлено больше десятка, и все сверхскоростные.
— Но для чего нужно столько камер?
В голове Линь Вэйляна пронеслись одна за другой мысли, и наконец он уставился на авионику прототипа, куда заливалась программа.
Если анализировать только аппаратные модули, то все эти сверхскоростные камеры, кроме того что позволяют БПЛА видеть чётче, не имеют другого применения.
Но если аппаратные модули работают в связке с системным программным обеспечением, особенно если добавить систему с распределённой апертурной РЛС, то здесь можно сделать многое.
Только этот анализ не обрадовал Линь Вэйляна, а вызвал в душе волну паники.
— Надеюсь, что стратегическая ценность новой технологии этого отродья будет поменьше, иначе я действительно не выдержу! — Погладил он седые волосы на голове и начал молча молиться.
Вскоре.
Отец с сыном провозились до воскресного вечера и собрали оба прототипа.
— Пап, залей полный бак авиационного керосина, а я пойду разворачивать антенну для управления. — Крикнул Линь Дун отцу и вышел на улицу с наземной антенной и симулятором управления.
— А не нужно ли сначала залить немного топлива и опробовать двигатели? — Крикнул ему вслед Линь Вэйлян.
— Нет, у малого летательного аппарата всё не так сложно, проблем не будет.
Линь Дун отозвался, поднял антенну на крышу, подключил высокоскоростной фидер и соединил симулятор управления с экраном и клавиатурой.
Сейчас в лаборатории есть небольшой суперкомпьютер, и Линь Дун больше не использовал ноутбук в качестве наземной управляющей станции, а подключил всё напрямую к суперкомпьютеру, используя специальные высокоскоростные серверные кабели.
Преимущество этого – большая вычислительная мощность, более высокая скорость работы, а связь между ними может использовать специальные алгоритмы кодирования.
БПЛА кодирует и сжимает снятое изображение, передаёт его обратно, а управляющая станция в реальном времени декодирует и восстанавливает – и всё это позволяет вести прямую трансляцию высокого разрешения.
Таким образом, для съёмки качественных материалов больше не нужно надолго занимать канал связи, как раньше.
— Готово!
Проверив всё и убедившись, что проблем нет, Линь Дун запустил наземное оборудование, а затем дистанционно запустил двигатели прототипов.
У-у-у!
Воздухозаборные вентиляторы завертелись, и в рабочей зоне лаборатории поднялся ветер.
Линь Дун взглянул на расположение двух прототипов и ввёл несколько команд управления на клавиатуре.
У-у-у-у-у!
Двигатели двух прототипов ускорились, они развернулись на месте, как циркулем, и один за другим медленно выкатились из ворот лаборатории.
У новейшей модели «Остряка-002» фюзеляж стал длиннее, но размах крыльев короче, поэтому проходить через лабораторные ворота стало даже легче.
— Так точно и стабильно? Электронное управление? — У Линь Вэйляна расширились глаза.
Он заметил, что выхлоп от четырёх двигателей на двух прототипах не пахнет керосином, а издаваемый звук – это чистый визг воздушной струи, без гула камеры сгорания.
Очевидно, двигатели ещё не вышли на полную мощность, а чисто за счёт электромоторов вращали воздухозаборные вентиляторы, создавая тягу.
— А разве сейчас есть такие мощные и компактные электромоторы? — Повернул голову Линь Вэйлян к сыну.
За эти два дня, участвуя в сборке, он видел, что размер пускового электромотора этого прототипа не превышает размеров небольшой кастрюли.
А ведь оба прототипа, заправленные полным баком керосина, весят уже более двух тонн – и такой маленький мотор способен их сдвинуть с места? Это означает, что его удельная мощность достигла поразительных величин.
— Да так, сконструировал от скуки один мотор за эти годы.
Линь Дун коротко ответил, но потом, словно о чём-то вспомнив, остановился и добавил:
— За этот мотор мама подала заявку и вместе с дядей зарегистрировала компанию и патент. В прошлом году один новый энергетический автопроизводитель из Шэньчжэня заинтересовался этим патентом и выкупил его за 2,3 миллиарда + ежегодные отчисления в 500 тысяч на весь срок действия патента. В последнее время семья не бедствует.
— 2,3 миллиарда? И ещё по 500 тысяч в год?
Линь Вэйлян вытаращил глаза:
— А я почему не знал?
— Мама сказала, что это мои деньги и отчитываться перед тобой не нужно, а если ты узнаешь, то, боюсь, нарушишь дисциплину, — равнодушно ответил Линь Дун.
Ничего особенного в этом моторе не было – он просто взял за основу двигатели будущего и сварганил за два с половиной дня.
В конце концов, в будущем, когда на рынке появлялись новые батареи и новые моторы, по всему интернету толпы блогеров начинали технический разбор: рассказывали, как эта технология работает и насколько она крута.
Одним словом, стоять на плечах гигантов.
Лет через десять-пятнадцать у новых энергетических электромобилей мотор размером с кастрюлю запросто выдаёт несколько сотен лошадиных сил, и разогнать трёхтонный электромобиль до 120 км/ч ему – как нечего делать.
А ему сейчас нужно катать по земле двухтонный летательный аппарат – это всё равно что Чжан Фэю есть бобовые ростки, раз плюнуть.
— Ладно, не зацикливайся на этом.
— Пап, ты же знаешь, что наука – это первая производительная сила. Просто знай, что у нашей семьи больше нет проблем с деньгами.
Дождавшись, пока прототипы выкатятся, Линь Дун отправил заявку на испытательный полёт, убедился, что её одобрили, и дал команду на зажигание двигателей.
Р-р-р-р-р!
Двигатели взревели, из сопел вырвался лёгкий чёрный дымок, который в следующую секунду рассеялся, и звук стал плавным.
— «Бип – прототипы стабильны, интеллектуальная система запускает самодиагностику!»
— «Управление по беспроводной связи стабильно, модули измерения высоты в норме, датчики температуры внутри и снаружи корпуса в норме, расчёт остатка топлива по дальности в норме, измерители скорости в норме, спутниковая навигация в норме, датчики пространственного положения в норме, радиолокационная и видеосистемы в норме, интеллектуальная система управления в норме… Самодиагностика завершена. „Остряк-2“ / „Остряк-3“ к взлёту готовы!»
С непрерывно поступающей от двигателей мощностью все модули прототипов запустились, и система автоматически провела полную самодиагностику.
Услышав этот звук, Линь Вэйлян вздрогнул, а потом, словно что-то поняв, резко сузил глаза, глядя на оба аппарата.
Но не успел он спросить, как Линь Дун, убедившись, что с обоими прототипами всё в порядке, просто выставил параметр взаимного отслеживания, открыл дроссельную заслонку и толкнул вперёд рычаг газа…
Р-р-р!
Из сопел прототипов вырвались два бледно-голубых факела.
Мощная тяга двигателей толкнула оба прототипа вперёд один за другим.
— Взлёт!
На этот раз Линь Дун не стал ждать долгого разбега. Правой рукой он резко дёрнул ручку управления на себя, одновременно выкрутив газ до упора.
Р-р-р-р-р!!
Факелы из бледно-голубых превратились в ярко-синие, и оба прототипа прямо на испытательной площадке подпрыгнули, а затем, задраив носы вверх, по-сухопутному, как морковку из грядки, свечой ушли в небо.
Комментарии