Практические учения были пройдены. Линь Дун открыл подробные интерфейсы двух моделей беспилотников, проверил остаток топлива – оказалось, еще две трети. Прикинув в уме, он решил, что дозаправка не потребуется.
Чем выше скорость и высота полета авиамодельного беспилотника, тем больше расход топлива.
Топливные баки новых беспилотников были больше. При крейсерской скорости 1,5М полного бака хватало более чем на пять тысяч километров.
Но после одного рывка через тепловой барьер и критическую воздушную зону, когда туда и обратно пролетели едва ли пятьсот километров, топлива сгорело уже на треть.
Проверка топлива показала, что все в порядке, все системы работали без нареканий.
Линь Дун открыл метеокарту района Чэнду и наконец определил безлюдную зону в ста пятидесяти километрах от базы «Чэнфэй», где не было ни облачка.
— Дядюшка Ван, пусть полигоном учений будет точка с этим центром, радиусом восемьдесят километров. Передайте им координаты и скажите, что мы будем использовать беспилотник для прямой видеотрансляции и записи.
С этими словами Линь Дун открыл панель управления и вбил несколько строк кода.
У-у-у…
Из ангара Лаборатории №78 выкатился «Остряк-001», созданный три года назад; под ним болталась высокоскоростная камера высокого разрешения. В следующую секунду из двигателя вырвалось синее пламя, и, прокатившись сотню метров, аппарат взмыл в небо.
— Прямая трансляция с записью?
Ван Синго не удержался и присвистнул:
— Да вы что, решили разойтись не на шутку? Да военные летчики взвоют и с ума посходят.
— И этот беспилотник ты тоже модернизировал? — Ван Синго указал на камеру, подвешенную под удаляющимся «Остряком-001».
С кастрюлю диаметром, метра три длиной – выглядело так, будто беспилотник нес под собой супер-авиабомбу.
— Это могут быть переломные учения. Есть смысл вести запись.
— А этот беспилотник теперь будет «Оператором-001».
— Камера использует технологию высокоточной динамической фокусировки. Ее объектив способен снять Большое Красное Пятно Юпитера, частота съемки – десять тысяч кадров в секунду. Стоимость – девять миллионов.
Линь Дун пояснил:
— Проблема только в лишнем весе. Сама камера весит сто пятьдесят килограммов, и перегрузка больше двух G ей противопоказана. Так что она только для съемок.
— Девять миллионов…
Ван Синго открыл рот, а потом резко повернулся к Линь Вэйляну:
— Инженер Линь, а в вашем телефоне такое разрешение есть?
— …
Линь Вэйлян дернул уголком рта, но промолчал.
С тех пор как он узнал, что Линь Дун за здорово живешь сляпал какой-то двигатель, а патент на него продал за несколько сотен миллионов, он оцепенел к деньгам.
С нынешним характером этого парня – если ему что-то нравится, если он чего-то хочет – то не то что девять миллионов на заказную камеру выложит, а и девяносто – и бровью не поведет.
— А как с этим съемочным беспилотником будет связь? Что, если связь заглушат? — Ван Синго, которому стало интересно, отправил координаты военному округу и подошел поближе.
Будучи главным конструктором, человеком, уже в двенадцать лет бравшим интегралы, он был далеко не глуп и уже догадывался, что у боевых моделей Линь Дуна наверняка есть способ справиться с потерей радиосвязи.
Но если у боевых моделей такое есть, то как этот съемочный беспилотник, который должен вести прямую трансляцию, будет решать проблему прерывания связи?
— Лазерная связь.
Линь Дун не стал скрывать. Он указал на прецизионное оборудование под антенной на крыше лаборатории:
— Дальность – триста километров, скорость двусторонней передачи – восемьсот мегабит в секунду. Этого хватит для прямой трансляции.
Технология лазерной связи – ничего сверхъестественного.
В прошлой жизни, до его перерождения, китайская научная группа уже осуществила лазерную связь «космос-земля» на расстояние сорок тысяч километров со скоростью один гигабит в секунду, и стабильно держала ее три часа.
Хотя он вернулся на десять с лишним лет назад, и нынешние лазерные приборы по характеристикам и точности уступали тем, что будут через десять лет, с поддержкой его духовного зрения спроектировать и собрать лазерный коммуникатор на триста километров со скоростью восемьсот мегабит было проще простого.
А главное преимущество лазерной связи – стабильность: пока луч доходит, связь есть. Помехи ей не страшны.
— Триста километров… Восемьсот мегабит…
Глаза Ван Синго расширились, а в следующее мгновение, словно осененный догадкой, зрачки его резко сузились, и на лице появилась радость.
— Идут!
Линь Дун не обратил внимания на реакцию Ван Синго. Внезапно он словно что-то почувствовал и открыл радарный интерфейс беспилотников.
Две светящиеся точки на радаре быстро приближались. Высокоскоростные камеры, расположенные по всему корпусу беспилотников, тоже зафиксировали соответствующие изображения.
— Два «Цзянь-10». — Линь Дун всмотрелся в данные радара и быстро определил тип приближающихся машин.
Определить это было несложно. На данный момент в стране только «Цзянь-20» был самолетом-невидимкой. «Цзянь-10» такими свойствами не обладал. Разницу можно было понять, просто взглянув на данные радара и картинку с камер.
Дзынь…
В этот момент беспилотник вдруг принял открытый вызов по внутриведомственной военной частоте. Из динамика раздался спокойный голос:
— Товарищи с «Чэнфэй», это «Сокол». Спрашиваю: как будем проводить учения?
— Отец, скажи им: по правилам учений. Если радар непрерывно подсвечивает цель в радиусе пятидесяти километров пять секунд, или в радиусе ста пятидесяти километров восемь секунд, и при этом нет непрерывного маневра уклонения, система ACMI фиксирует поражение.
У меня здесь только лазерное оружие. Если попадание держится пять секунд, это наносит повреждение корпусу. Я снижу мощность: если попадание держится больше пяти секунд, по месту попадания фиксируется повреждение или поражение.
Линь Дун быстро ответил, а потом включил микрофон и жестом показал Линь Вэйляну, чтобы тот говорил.
Ничего не поделаешь – у него еще не сломался голос, звучал он слишком по-детски, внушительности не хватало.
Линь Вэйлян кивнул и повторил слова Линь Дуна.
— Хай, правила честные! — Чэнь Бин, выполнявший роль ведомого на той стороне поля боя, услышав условия, удивился:
— Они даже не ограничили нам применение электронного подавления.
— Пусть не ограничили, не спеши. Слушай командира. Сначала сделаем пару кругов с товарищами с «Чэнфэй», — Чжан Хай ответил серьезно и включил открытый канал: — «Сокол» принял. Правила установлены. Товарищи с «Чэнфэй», удачи вам.
— И вам также удачи.
Не прошло и двух секунд, как с «Чэнфэй» ответили:
— И да, на этих учениях в небе будет камера, ведущая прямую трансляцию.
Что?!
Еще и трансляция?
Чжан Хай опешил на мгновение, окинул взглядом небо и быстро заметил беспилотник, круживший на периферии полигона.
Летчик с его зрением разглядел даже бликующий объектив под брюхом аппарата.
— Наглецы! Еще и трансляцию устроили!
— Бин, давай их! — Чжан Хай рванул ручку управления; самолет накренился, и в тот же миг, как он вошел в зону полигона, включилась прицельная РЛС, взяв на прицел два черных беспилотника впереди.
【Дзынь-дзынь-дзынь – Захват! Захват!】
В Лаборатории №78 на огромном экране вспыхнуло красное предупреждение. Линь Дун, не меняясь в лице, рванул ручку вправо, уходя из-под захвата, а затем быстро ввел строку кода и сорокавосьмизначный проверочный пароль.
【Дзынь – Интеллектуальная система управления полетом разблокирована. Супер-режим воздушного боя активирован!】
【«Жгучий-2»/«Жгучий-3» обнаружили цели противника. Немедленно начать скоординированную контратаку!】
Комментарии