Неизвестно, какие опасности поджидали впереди, и соваться туда без подготовки было безрассудством. Дедушка взглянул на серебряные часы на левом запястье. — Полночь. В такое время всякая нечисть выбирается наружу. Су Е, держись рядом и не отходи от меня ни на шаг. Надень это, — сказав это, он снял с шеи старинное ожерелье.
Дед пристально посмотрел мне в глаза, взгляд его был взволнованным – казалось, он хочет что-то в них разглядеть.
Я принял ожерелье и стал рассматривать. Обычный на вид шнурок, довольно толстый, угольно-черного цвета, на ощупь шершавый. На нем висела иссиня-черная железная пластина, увесистая и холодная как лед.
Присмотревшись к пластине, я увидел вырезанную на ней свирепую физиономию. Она выглядела жутко: издалека напоминала скелет, а вблизи – человеческое сердце. Удивительно – словно старые переливные картинки: под разными углами изображение менялось. Ожерелье, которое дал мне дедушка, обладало тем же свойством.
Не знаю, померещилось мне или нет, но когда я собрался надеть его на шею, мне показалось, что лик демона на пластине исказился в зловещей, торжествующей усмешке.
Я на мгновение замер, протер глаза и снова посмотрел на железку – обычный узор в виде черепа, ничего странного.
Видно, я и впрямь до смерти перепугался тех пауков, раз галлюцинации пошли. Раз дедушка дает, значит, вещь ценная. Я с радостью надел ожерелье Судьи Призраков. Стоило металлу коснуться груди, как мое сердце гулко ухнуло – я почти физически услышал этот звук. Следом волна ледяного холода ударила в голову. Усталость и напряжение как рукой сняло, разум мгновенно прояснился.
Я почувствовал, как сердце забилось мощно, словно дикий зверь. От пластины ритмичными толчками, в такт сердцебиению, расходилась прохлада, проникая во все жилы и меридианы тела. Ушиб на спине, который до этого ныл после падения, перестал болеть – по ране разлилось приятное покалывание.
— Дедушка, это… — от изумления я едва подбирал слова.
Лицо деда выразило крайнее удивление. Он вытаращил глаза:
— Су Е, быстро! Рассказывай деду, что ты чувствуешь!
Я немного растерялся, не понимая, что это за чертовщина. Стоило надеть ожерелье, и я словно принял успокоительное – на душе стало тихо.
— Холодно… и очень спокойно, — медленно произнес я.
На лице дедушки расцвела радостная улыбка, но в следующий миг он резко схватил меня за плечи. Его тон стал предельно серьезным:
— Су Е, запомни мои слова. Никогда, ни при каких обстоятельствах не снимай это ожерелье. Только если окажешься в полной безнадеге, когда иного выхода не будет – только тогда можешь его снять!
Я впервые видел дедушку таким суровым. Это меня не на шутку напугало. Сколько я его помнил, как бы я ни проказничал, он никогда даже голоса на меня не повышал. А сейчас он словно стал другим человеком – исчезла вся доброта и мягкость. Его взгляд наполнился яростью, и я, не зная что делать, невольно попятился.
— Дедушка, мне больно… — пролепетал я от страха. Он сжал мои плечи с такой силой, что я не мог вырваться.
Дед не смягчился. В его глазах читалась непреклонная воля. Он прижал меня к себе и возбужденно заговорил:
— Су Е, это ожерелье зовется Судья Призраков. Оно досталось мне от основателя нашей школы. Говорят, оно дарует владельцу немыслимую мощь, но я просидел над ним полвека и так и не смог постичь его тайну. Для меня Судья Призраков был лишь безделушкой. А ты… ты с первого же раза ощутил его энергию! Ха-ха-ха, это сама судьба! — Он залился диким, почти безумным смехом.
В этом смехе мне послышались горечь и бессилие. Дедушка действительно меня напугал – я стоял ни жив ни мертв.
Отсмеявшись, дед вдруг замолк, его лицо смягчилось. Похоже, он смирился с каким-то фактом.
Нахмурившись, он произнес торжественно:
— Дедушка думал, что наш род на мне и прервется. Но сегодняшний день все изменил. Мой внук – прирожденное духовное тело! До этого туннеля я и не догадывался. Су Е! Тебе предначертано отличаться от обычных людей, твой жизненный путь не будет заурядным! Дедушка в порядке, просто я разволновался… И в то же время мне горько. Радуюсь я тому, что у нашего дела наконец есть преемник. А горюю – оттого, что не знаю, не оборвутся ли наши жизни в этой проклятой пещере.
— Род? Преемник? Духовное тело? — Тихо переспросил я.
— Пойдем, — дедушка отпустил мои плечи и уставился в глубь туннеля, где мерцал зловещий красный свет. Бог знает, какие ужасы ждали нас впереди.
— Дедушка, а папа? — Я вдруг вспомнил, что мы провели здесь уже несколько часов. Должно быть, уже глубокая ночь, и отец сходит с ума от беспокойства.
— Сначала нужно выбраться отсюда, — сказал дедушка.
— Да! — Я коснулся прохладной пластины на груди и решительно кивнул.
Увидев мою решимость, дед наконец улыбнулся:
— Идем. Будь то хоть Девять Преисподних или Желтый источник – мы с внуком прорвемся!
С ожерельем Судьи Призраков на шее мне стало гораздо спокойнее. Постоянный поток холода разливался по телу; я чувствовал его даже при ходьбе – словно внутри работал кондиционер. Стало намного свежее.
Комментарии