— Экшн!
Чэнь Сюнь откусил большой кусок гамбургера и принялся жевать.
Пришло время проверить только что прокачанное эмоциональное управление!
Он не стал намеренно гримасничать, а мгновенно задействовал способность [Эмоции], вышедшую на новый уровень.
Он вспомнил дикий восторг от своего первого в жизни мороженого в детстве, смешал его с поглощенной ранее стихией [Радость], а затем начисто отсёк любую фальшь и наигранность.
Всю свою концентрацию он направил на вкусовые ощущения во рту и сопутствующее физическое наслаждение.
Его глаза чуть сузились – не нарочно, а от естественной волны удовольствия.
Уголки рта невольно поползли вверх, увлекая за собой все лицевые мышцы и складываясь в невероятно искреннюю, заразительную улыбку.
Он даже издал еле слышный, но абсолютно подлинный вздох с ароматом еды.
Это выражение лица вовсе не выглядело игрой!
На площадке на мгновение воцарилась тишина.
— Кат!
Режиссер резко вскочил на ноги, а на его лице сияло возбуждение человека, открывшего новый материк:
— Боже! Вот оно! Именно это выражение лица! Идеально! Как тебя зовут? Парень, ты чертовски гениален! Снято!
Чэнь Сюнь отложил гамбургер, оставшись совершенно равнодушным – разве что чуть-чуть забавно.
Гениален?
Нет, просто я читер!
Он заметил упавший у ног зеленый световой шар: [Эмоция удовлетворения +2].
Хотя произошел прорыв, судя по всему, накапливать опыт можно и дальше!
После смены, с двумястами долларами за рекламные съемки в кармане, Чэнь Сюнь почувствовал, что идти стало намного легче.
Прорыв в эмоциональных атрибутах будто отворил перед ним дверь в новый мир.
Проходя мимо настоящей бургерной, он поддался какому-то необъяснимому порыву, зашел внутрь, взял фирменный бургер и сел у окна, медленно пережевывая пищу.
На вкус все было довольно банально.
Но сейчас он жевал не просто еду – он пережевывал накопившиеся за этот месяц усталость и упорство.
Он достал телефон и увидел новое сообщение от Роба:
— Завтра пробы в независимое кино. Бюджет скромный, но роль заметная – азиатский студент по обмену с богатым внутренним миром. По-моему, твое амплуа. Интересно?
Чэнь Сюнь перечитал сообщение и откусил еще кусочек гамбургера.
Пробы?
Богатый внутренний мир?
Он слизал соус с уголка губ и ответил: «Скинь адрес!»
С двумястами долларами от съемок в кармане и сообщением от Роба в телефоне.
Чэнь Сюнь шел так легко, будто за спиной выросли крылья.
Тонкое чувство контроля, подаренное прорывом эмоционального атрибута, заставляло серый Лос-Анджелес выглядеть так, словно на него наложили красивый фильтр.
Вернувшись к своему жилому комплексу.
Он впервые в жизни прошел мимо полок с уценкой в круглосуточном супермаркете, источающих атмосферу «экстремальной экономии».
Вместо этого он свернул в соседний, чуть более приличный мини-рынок с мексиканскими товарами.
Здесь было ярче освещено, а овощи не выглядели такими вялыми.
А главное.
У них нашлись относительно свежая свинина и зеленый перец.
Самое время побаловать себя нормальной едой!
И заодно отблагодарить соседушку за все те дни, что она подкармливала его полуфабрикатами.
Хотя кулинарное искусство Ли Соён сводилось к тому, чтобы запихивать всевозможные полуфабрикаты в духовку или бросать в кастрюлю с кипятком.
Но благодаря ей у него хотя бы была горячая еда по возвращении домой, и не приходилось изо дня в день смотреть на ледяную пасту и багеты тверже орудия убийства.
Он тщательно выбрал кусок свиной шейки с прожилками жира, парочку ярко-зеленых перцев и, скрипя сердцем, потратился на маленькую бутылочку светлого соевого соуса и рисового уксуса.
Эта дрянь в китайских супермаркетах Лос-Анджелеса стоила безумных денег!
Чеснок и имбирь – вещи обязательные, а заодно захватил пару яиц и пучок зеленого лука.
Рассчитываясь на кассе и глядя на бегущие цифры на мониторе, Чэнь Сюнь чувствовал, как кровь отливает от сердца.
Но стоило представить, что сегодня вечером не придется есть замороженную пиццу со вкусом пластика, как он решил: эти траты того стоили.
Поднимаясь наверх с пакетами, он только вставил ключ в замочную скважину, как дверь распахнулась изнутри.
Ли Соён предстала перед ним с растрепанной копной волос на голове, облаченная в забавную толстовку с надписью «Я поставила игру на паузу ради этого»!
Ее носик забавно задергался, втягивая воздух, а взгляд мгновенно приковался к пакетам в его руках.
— Мо? Ты продукты купил?
Ее глаза округлились, словно она узрела восьмое чудо света:
— Мы что, будем готовить? И это не из духовки?
Чэнь Сюнь закатил глаза и протиснулся в прихожую:
— А ты как думала? Серьезно веришь, что мы живем в «ВАЛЛ-И» и питаемся исключительно питательной жижей?
Он занес пожитки на тесную, но относительно чистую кухню открытой планировки.
Ли Соён, словно любопытный зверек, хвостом увязалась за ним.
Она наблюдала, как он достает мясо, промывает его, очищает перцы от семян и режет соломкой. Движения трудно было назвать виртуозными, но по крайней мере они напоминали действия прямоходящего примата, знакомого с кухней.
— Оппа, ты умеет готовить?
В ее голосе звучало такое изумление, будто Чэнь Сюнь только что голыми руками собрал ядерный реактор.
— А ты думала, я первые двадцать лет в Китае воздухом питался? — Чэнь Сюнь споро кромсал имбирь с чесноком и тут же ворчал в ответ:
— У нас не модно делать из неумения готовить милую особенность, детка, это базовый навык выживания, между прочим.
Он решил приготовить классическое и самое безотказное быстрое блюдо.
Жареную свинину с острым перцем!
И вдобавок яичницу-болтунью с зеленым луком!
Рис в рисоварке уже вовсю источал аппетитный аромат.
Это была самая дорогая вещь в квартире после телевизора, оставшаяся от прежних жильцов.
Разогреть сковороду, плеснуть масла!
Шкварр!
Аромат обжаренного имбиря и чеснока мгновенно брызнул во все стороны, заполняя крошечную гостиную.
— Вау! — Ли Соён преувеличенно отшатнулась на полшага назад и тут же снова подалась вперед:
— Какой агрессивный запах! Но безумно вкусно!
Чэнь Сюнь не стал тратить время на ее вопли, сбросил нарезанные ломтики мяса в раскаленное масло и принялся энергично помешивать.
Он смотрел, как розовые кусочки свинины бледнеют, приобретая аппетитный оттенок, а их краешки слегка подворачиваются и покрываются корочкой.
Бессознательно он снова пустил в ход свежеобретенный контроль над эмоциями.
Не для того, чтобы сыграть роль, а чтобы прочувствовать.
Понять изменения продуктов под воздействием жара, прочувствовать ту самую домашнюю, наполненную живым дымком надежду и удовлетворение.
Это была едва уловимая волна эмоций, но лопаточка в его руке вдруг стала куда послушнее.
[Эмоция предвкушения +1]
[Контроль эмоций +1]
Я и сам по себе умею качать характеристики?!
Чэнь Сюнь на секунду замер, а затем расслабленно улыбнулся.
Похоже, эмоции повсюду, и сама жизнь – это одно большое импровизированное представление.
Мясо почти прожарилось.
Он плеснул соевого соуса, перемешал, добиваясь равномерного цвета, и высыпал в сковороду гору ярко-зеленой соломки перца.
Раздался еще более яростный треск.
Облако пара, смешавшееся со специфическим ароматом перца и жареного мяса, взорвалось на кухне настоящей бомбой для вкусовых рецепторов.
Ли Соён умолкла окончательно.
Она прислонилась плечом к косяку кухни, не отрывая глаз от сковороды, и ее кадык судорожно дергaлся при каждом глотке слюны.
Это выражение лица казалось в сто раз искреннее тех, с какими она изображала туристок на Аллее славы.
[Эмоция жажды +1]
Сдерживая улыбку, Чэнь Сюнь быстро орудовал лопаткой, обволакивая каждую полоску перца густым соусом.
В самый последний момент, перед тем как снять блюдо с огня, он плеснул по краю раскаленной сковороды капельку рисового уксуса.
Резкое «шшш» вызвало к жизни финальный аккорд аромата, и душа этого блюда мгновенно вознеслась на новый уровень.
— Готово, неси рис!
Когда дымящаяся свинина с перцем и золотистая, пушистая яичница с луком заняли свое место на старом журнальном столике, служившем им обеденным столом.
Выражение лица Ли Соён уже нельзя было назвать просто шоком – это был трепет, близкий к религиозному.
Комментарии