Глава 312: «Заносчивость.»
— Прошу! — Жэнь Чжунъян хотел было предостеречь, что место это не из приятных, но, глядя на энтузиазм Чэнь Фэя и вспомнив, как тот лихо спровадил девицу, решил, что друг справится.
Лекарь уступил кресло. Чэнь Фэй поставил корзины под руку и по-хозяйски устроился за столом.
Стоило ему сесть, как у порога, где секунду назад никого не было, выросла толпа. Люди толкались, пока один здоровяк не вырвался вперед и не плюхнулся напротив Чэнь Фэя.
Верзила мазнул взглядом по Жэнь Чжунъяну, а затем впился в Чэнь Фэя глазами, полными неприкрытой жадности.
— На что жалуетесь? — Приветливо спросил новоиспеченный доктор.
— По ночам в пот бросает. Посмотри, лекарь, что со мной, — пробасил детина, вываливая руку на стол для проверки пульса.
— Потливость, хм… По лицу вижу – недостаток Ци.
Чэнь Фэй даже не коснулся его запястья. Интуиция подсказывала: стоит прикоснуться, и жди беды. Да и в медицине он был силен только в теории – читал когда-то трактаты, но на практике ни разу не применял.
— Слышь, лекарь, а пульс пощупать не хочешь? — Голос здоровяка мгновенно стал низким и угрожающим, а глаза недобро сузились.
— В книгах сказано: осмотр, выслушивание, опрос и ощупывание. Последнее – не всегда обязательно, — невозмутимо парировал Чэнь Фэй. Он достал из корзины белый батат. Одна монета в рукаве тут же испарилась, и овощ превратился в Пилюлю Ци и Крови.
— Недостаток сил лечится укреплением. Вот, прими эту пилюлю, сразу полегчает, — радушно предложил он.
Здоровяк придирчиво осмотрел лекарство. Его ледяной оскал чуть смягчился. Он закинул пилюлю в рот и проглотил.
Чэнь Фэй, не теряя времени, принялся усердно «жарить» в воздухе свиную печень. В корзине тут же возникла новая пилюля.
— Одной мало будет, — заявил он ошарашенному детине, протягивая дубликат. — Давай, ешь еще, закрепляй результат.
Здоровяк моргнул, приходя в себя, и его лицо начало стремительно багроветь. В голове вместо прилива сил пульсировал… опыт жарки печени! Что за чертовщина?!
Он жил в этом городе давно, но с таким издевательством столкнулся впервые!
— Не работает твое лекарство! — Взревел он.
— Это потому что мало съел. Слушай специалиста: проглоти еще парочку, и эффект проявится во всей красе.
Детина смотрел на пилюлю, которой Чэнь Фэй размахивал у него перед носом, и на его лбу вздулись вены. Одна штука – и полные мозги жареной печенки. Что же будет после пяти?
Он швырнул на стол пять вэней и, кипя от ярости, выскочил вон. Чэнь Фэй довольно сгреб медяки.
— Следующий!
Глядя на плотную толпу за дверью, он вошел в азарт. Пять монет с носа – это же золотое дно!
— Доктор, я отравился! Спасайте! — В кабинет ввалился человек с землисто-серым лицом. Чэнь Фэй уже держал наготове Пилюлю Детоксикации. Отравился? Отлично, даже деньги на превращение тратить не надо.
Через четверть часа он принял еще пятерых. Чистая прибыль – двадцать два вэня (три ушло на алхимическую трансформацию фруктов). С каждой новой монетой он чувствовал, как туман в голове редеет.
Где-то в глубине моря сознания что-то подавленное пыталось вырваться на волю.
Жаль только, что после пятого пациента толпа у входа испарилась, будто её и не было. Чэнь Фэй даже вышел на крыльцо проверить – ни души. Попросил Жэнь Чжунъяна сесть на место лекаря, но новые больные так и не появились.
Тишина и запустение.
Чэнь Фэй разочарованно вздохнул. Только нащупал золотую жилу, как клиенты кончились. Видимо, дурная слава в этой части города распространялась мгновенно.
Он подождал еще немного, но, поняв, что ловить здесь больше нечего, решил двигаться дальше. Деньги были важны, а сиднем сидеть – прибыли не видать.
— Я ухожу, — объявил он.
— Можно мне с вами? — Жэнь Чжунъян, стоявший всё это время рядом, то впадал в прострацию, то приходил в себя, забывая половину увиденного.
Он чувствовал: с ним творится что-то неладное. И раз уж его больше не приковывали к креслу лекаря, оставаться в этом жутком месте не было смысла.
Разум его путался, но инстинкт самосохранения твердил: держись Чэнь Фэя, только так есть шанс во всем разобраться.
— Ладно, пойдем, — кивнул Чэнь Фэй. Где-то внутри он тоже не хотел оставлять Жэнь Чжунъяна одного в этой лечебнице.
Они зашагали по главной улице. Чэнь Фэй заметил: благодаря деньгам в рукаве он стал яснее воспринимать реальность. Окружающий мир перестал быть набором автоматических действий, возвращалась способность анализировать.
А вот Жэнь Чжунъян, бредущий следом, явно сдавал. Он то и дело замирал, забывая, куда и зачем идет. От этого его лицо искажалось от ужаса.
Чэнь Фэй пытался предлагать фрукты каждому встречному, но тщетно. Больше никто не хотел покупать его товар.
Прохожие косились на корзины с неприкрытой жадностью, но стоило Чэнь Фэю сделать шаг навстречу, как они шарахались прочь.
В конце концов он бросил это занятие и принялся изучать город.
Городишко был невелик: судя по всему, главной была лишь эта улица. Большинство лавок и лотков теснились именно здесь.
Но кроме освещенного центра были и переулки – темные, бездонные провалы. Стоило вглядеться в них, как разум начинал соскальзывать в пустоту. Жэнь Чжунъян чуть было не ушел в один такой тупик, вовремя успев отвести взгляд.
Чэнь Фэй не рискнул заходить в тень. Он методично осматривал фасады, пока не замер перед школой боевых искусств.
При виде вывески муштры в груди разлилось странное тепло. Он не помнил почему, но это место казалось ему родным.
Тяжелые двери распахнулись, обдав улицу волной могильного холода. В глубине двора виднелись многочисленные тени, застывшие в причудливых позах совершенствования.
— Может, пойдем отсюда? — Жэнь Чжунъян задрожал всем телом.
— Закаляете тело и дух? Не желаете ли зайти, почтенные господа?
Перед ними будто из-под земли вырос человек. Жэнь Чжунъян в ужасе отпрянул.
Незнакомец был неестественно высок и худ – буквально обтянут кожей скелет. Высокие скулы и выпученные глаза придавали ему сходство с мертвецом. О каком «укреплении здоровья» могла идти речь при таком виде?
Но Чэнь Фэй почувствовал другое: от этого существа исходила мощь – тяжелая, давящая, неоспоримая. Этот «скелет» был невероятно силен.
От этого осознания образы в голове Чэнь Фэя замелькали с бешеной скоростью, почти сливаясь в единую картину, но финал ускользал.
— Благодарю, у нас дела. Мы пойдем, — Чэнь Фэй решил не рисковать и попятился.
— Ты ведь хочешь денег, верно? Твои фрукты больше никто не купит, и лечить тебе больше некого, — глава лечебницы осклабился в жуткой ухмылке.
Чэнь Фэй замер и медленно повернулся.
— В твоей школе можно заработать? — Тихо спросил он.
— Можно. Если кишка не тонка, — кивнул тот.
— Каким образом?
— Вступай к нам, изучай наши техники. Овладеешь мастерством – верну плату за обучение в двойном размере!
Глава хрипло рассмеялся и ткнул пальцем в самый крупный плод в корзине Чэнь Фэя. — В качестве платы приму только это. Остальное не интересует!
Чэнь Фэй посмотрел на плод. Внезапное озарение прошило разум: это была его Истинная жизнь, его Ян. Прямо здесь, в корзине, лежало всё, чем он был: навыки, сила, сама жизнь.
Глава требовал в залог его существование. Если он заберет этот плод – Чэнь Фэй исчезнет навсегда.
— Слишком дорогая плата, — покачал он головой.
— Дорогая? Качество стоит денег. Впрочем, если боишься – можешь заложить вот эти, поменьше.
Глава лечебницы с алчностью указал на другие фрукты. В одном из них бушевало пламя меча, другой источал черное сияние, в третьем исполинская фигура сотрясала небеса своим ревом.
— Нет, вы меня не поняли, — ответил Чэнь Фэй, глядя прямо в пустые глазницы собеседника. — Я имел в виду, что плата слишком высока для вас. Боюсь, вы не сможете вернуть мне её в двойном размере.
Разум очищался. Несмотря на провалы в памяти, Чэнь Фэй ощущал непоколебимую, почти фанатичную уверенность в своей способности учиться. Он не знал, откуда она, но верил ей беспрекословно.
Глава школы на секунду опешил, а затем разразился диким, издевательским смехом.
Надо же, заработал пару медяков и возомнил о себе невесть что! Впрочем, заносчивость – это прекрасно. Только заносчивый дурак рискнет поставить на кон свою жизнь и всё, что имеет.
— Не беспокойся, — отсмеявшись, глава смерил его презрительным взглядом. — Раз я сказал «вдвойне», значит, расплачусь. Если, конечно, у тебя хватит смелости переступить мой порог!
(Конец главы)
Комментарии