— Какое блаженство – принять горячую ванну после тренировки!
Вечером, закончив с закалкой тела, Фэн Сюэ закрутил кран, вытерся и накинул шелковый халат местного пошива. Лишь после этого он небрежно бросил:
— Порядок. Вижу, ты похожа на человека!
Едва слова сорвались с его губ, как водонагреватель с душем, присоединенный к крану, с гулким хлопком превратился обратно в Лю Юньси.
Едва коснувшись пола, она выпучила глаза и принялась отплевываться от воды, не забывая гневно сверкать глазами на Фэн Сюэ. Избавившись от лишней влаги, она наконец выпалила:
— Кхе-кхе! Это уже чересчур! Чтобы я… тьфу! Чтобы я превращалась в такую штуковину! Если тебе приспичило помыться, я могла бы согреть воды в котле! В доме же есть нормальная кадка!
— Не привык я к кадкам. Кстати, в это время водонагреватели уже должны были изобрести, странно, что в этом особняке его нет. — Фэн Сюэ отмахнулся и поспешил отвернуться, опасаясь, как бы не сорваться и не прижать девицу прямо здесь, в прачечной (единственном месте со стоком в полу).
В манускриптах не было прямых запретов на этот счет, но багаж знаний из романов о боевых искусствах нашептывал: на ранних этапах практики лучше воздержаться. В крайнем случае, можно всегда наведаться в сны к Мо Ин для разрядки.
К слову, эта способность Лю Юньси к трансформации после Принятия Запечатления оказалась крайне любопытной. Она не могла создавать вещи, выходящие за рамки понимания Фэн Сюэ (вроде лазерных пушек), и имела ряд других ограничений.
Например, любая техника – будь то мотоцикл или паровой каток – не была механизмом в полном смысле слова. Это была форма жизни: прочная как металл, функциональная, но ее нельзя было разобрать на винтики или гайки. Энергию она черпала напрямую из магической силы, так что ни бака для топлива, ни гнезда для зарядки у нее не имелось.
Что касается размеров: верхний предел составлял 27 кубометров, нижний – один кубический миллиметр. Она могла принимать и бесплотные формы, вроде призрака. С весом было сложнее, Фэн Сюэ не проводил точных замеров, но самым тяжелым из созданного был паровой каток. Целый дом она вытянуть не могла – малый самолет, пожалуй, получился бы, но летать Фэн Сюэ не умел.
Кроме того, она не могла превращаться в объекты из нескольких несвязанных частей, вроде меча в ножнах или обоймы отдельно от пистолета – либо всё было единым монолитом, либо трансформация вовсе не удавалась.
И самое важное: высокотехнологичные штуки вроде компьютеров или телефонов ей были не по зубам. Вернее, форму-то она принимала, но все вычисления ложились на ее собственный, не самый выдающийся ум. Калькулятор в ее исполнении зависал на попытке вычислить число Пи, радиостанция не могла поймать нужную волну, а часы шли исключительно по ее внутренним биологическим ритмам.
Но даже при всех этих «но», Лю Юньси была невероятно удобной. Не прошло и десяти дней их знакомства, а Фэн Сюэ уже с трудом представлял, как он раньше обходился без нее.
«И впрямь, удобные инструменты делают человека ленивым».
Мысленно пожурив себя, он не забыл о распорядке. Бросив полотенце на раковину, он сказал, не оборачиваясь:
— Я ухожу медитировать. Будь начеку.
— Поняла! Позже принесу тебе чего-нибудь перекусить! — Отозвалась Лю Юньси. Фэн Сюэ это не удивило, он даже слегка расчувствовался от такой заботы. Все-таки духи умеют быть благодарными!
С этой невольно высокомерной мыслью он улегся на кровать и приступил к практике. Хотя он провел лишь две тренировки по закалке тела, благодаря Медду вскармливания основы эффективность сбора Юаньци заметно выросла. При тех же усилиях, что и раньше, он умудрился в мгновение ока заполнить энергией весь дом.
— Да ты издеваешься! Куда столько?! Как мне теперь тренироваться?!
Визг Лю Юньси донесся из кухни. Фэн Сюэ, почувствовав укол совести, немедленно применил искусство управления призраками и выдернул Мо Ин из свитка.
— Что еще? — Вяло спросила она, высунув голову.
— Приберись за порогом спальни, впитай излишки Юаньци. И впредь всё, что я не смогу усвоить сам – твое. — Фэн Сюэ махнул рукой в сторону коридора.
— Что ж, премного благодарна за угощение. — Мо Ин кивнула своим обычным холодным тоном, в котором не чувствовалось ни капли искренности.
Фэн Сюэ было всё равно. Он медленно поглощал энергию душой, а когда та заканчивалась, не утруждал себя сбором остатков по комнатам, а просто выжимал новую порцию. Если подступал голод, он протягивал руку за холодными закусками, припасенными Лю Юньси, и Метод Поглощения мигом возвращал ему бодрость.
Вскоре божественная душа была сыта под завязку. Фэн Сюэ в последний раз наполнил комнату Юаньци, достал нефритовую плашку с иероглифом «Очищение», прополоскал рот магической силой и, убедившись, что его срок жизни надежно заперт, уснул, купаясь в потоках энергии…
…— …
…? — Фэн Сюэ прищурился, обнаружив себя посреди знакомых гор и рек. Его брови сошлись на переносице.
«Это еще что? Не успокоилась? Выучила пару букв и возомнила о себе невесть что? Решила поиграть в прятки?»
Стоило этой мысли промелькнуть, как мир перед глазами дрогнул, и перед ним возникла Мо Ин с крайне серьезным лицом.
— Кто это с тобой в прятки играет? Спишь как сурок! А ну живо подъем! К нам гости с оружием пожаловали!
— Что? — Мо Ин тараторила на своем диалекте так быстро, что Фэн Сюэ не сразу сообразил, о чем речь. Но та, понимая, что времени на объяснения нет, просто толкнула его в грудь.
— Не сопротивляйся, быстро наружу!
— О! — Фэн Сюэ хоть и не до конца пришел в себя, но дураком не был. Раз Мо Ин так суетится, дело дрянь. Даже если она разыгрывает его – он просто выйдет из транса. Он расслабился и поддался толчку, покидая мир грез.
Едва сознание вернулось в тело, до ушей донесся оглушительный грохот. Сонливость как рукой сняло. Фэн Сюэ пружиной соскочил с кровати, накинул усыпанную артефактами куртку, в одну руку вцепился в плашку с иероглифом «Молния», в другую – в нефритовую печать управления призраками, и бросился к выходу.
Выбежав из спальни, он увидел Лю Юньси: она изо всех сил упиралась спиной в массивную металлическую дверь особняка. Тот самый грохот – «Бам! Бам! Бам!» – доносился именно снаружи.
— Что происходит?!
Фэн Сюэ замер в нескольких шагах от двери. Лю Юньси, не оборачиваясь, выпалила:
— Те самые цзянши и призраки, о которых старик днем плел! На нас напали! Скажи спасибо, что ты меня в человека превратил, а то бы хана тебе настала!
— Цзянши? Призраки?
Остатки тумана в голове Фэн Сюэ окончательно развеялись. Призраков он не боялся совершенно, а вот с цзянши всё было не так однозначно…
Кто знает, как его чит расценит укус покойника: как сокращение жизни или как способ обрести вечное, хоть и сомнительное, существование?
Комментарии