На лице не осталось ни капли крови, но брызги, попавшие на одежду, оттереть не удалось.
Это было похоже на саму жизнь Гао Фэя: сегодня он убил двоих, и к тому же потерял все документы. Если бы они попали в руки бандитам, было бы еще полбеды – те, скорее всего, избавились бы от тел и замяли дело, так что Гао Фэй мог бы выйти сухим из воды.
Хуже всего, если документы окажутся у полиции. Тогда его объявят в розыск, и путь домой, в Китай, будет отрезан окончательно.
Многое из сделанного уже не воротишь. Осокаев показался парню вполне порядочным, и хоть тот и велел не нервничать, Гао Фэй не мог просто взять и сделать вид, будто ничего не произошло.
Впрочем, от нервов толку мало. Будь что будет.
Гао Фэй вышел из уборной. У двери стоял солдат в камуфляже с автоматом на плече; он кивнул, указывая Гао, чтобы тот шел впереди.
Меры предосторожности никто не отменял: за Гао Фэем явно присматривали, чтобы он не вздумал сбежать.
— Вы говорите по-английски? — Спросил Гао Фэй.
Солдат лишь качнул головой. То ли не знал языка, то ли просто не желал вступать в разговоры.
— Могу я сделать звонок? — Осторожно поинтересовался Гао Фэй.
На этот раз солдат не стал ограничиваться жестом и с нескрываемым раздражением ответил:
— Даже не мечтай. Здесь тебе звонить никто не даст. Попадешь на передовую – там и ищи возможность.
Солдат владел английским. И хотя вежливостью он не отличался, по крайней мере, указал Гао Фэю дальнейший путь.
Вскоре они дошли до комнаты отдыха. На деле это был просто просторный зал, где в два ряда стояли складные стулья. У входа дежурили двое вооруженных до зубов бойцов.
Сопровождающий вполголоса переговорил с одним из караульных. Тот с явным удивлением покосился на Гао Фэя. Гао хоть и не понимал ни слова, но по выражениям их лиц догадался, что речь идет о нем.
Когда приведший его солдат ушел, тот, что сидел у двери, бросил Гао Фэю:
— Садись. Не дергаться, не разговаривать.
В комнате уже находились трое новобранцев, все они кучно сидели в первом ряду. Гао Фэй, не желая ни с кем заговаривать, прошел в самый конец и сел с краю.
На душе было скверно, на месте не сиделось. К тревоге примешивалась полная неопределенность, и единственное, о чем он не жалел, – о содеянном.
Уж если помирать, то сначала надо было прикончить Хоу Яньго. Эта цель была достигнута, так что терзаться Гао Фэю было не о чем. К тому же сказались десять часов перелета и недавняя отчаянная погоня – усталость навалилась свинцовым грузом.
В итоге Гао Фэй просто закрыл глаза. Не прошло и двух минут, как его голова склонилась набок, и по залу поплыл негромкий храп.
Он был первым, кто ворвался в этот призывной пункт, и первым, кто умудрился уснуть в комнате ожидания.
Храп в тишине комнаты отдыха звучал довольно резко. Двое часовых у двери переглянулись, и один из них вполголоса шепнул напарнику:
— Этот парень только что завалил двоих.
— Да ну?
— Ага. Причем одного из подручных Касовского. Полицейские гнались за ним прямо до нашего порога. Требовали, чтобы Осокаев не лез не в свое дело, но тот его оставил, а копов послал куда подальше.
— О как!
— Осокаев велел присмотреть за ним, чтобы все было по-человечески.
— Э-э… ну… кхм… Тогда не трогай его, пусть спит.
В самом сне не было ничего странного, но то, как быстро парень провалился в него в такой обстановке и после подобных событий, вызывало невольное уважение.
Поза была неудобной, но Гао Фэй проспал долго. Он несколько раз просыпался, но, не открывая глаз, лишь менял положение и тут же отключался снова.
Сон у молодых крепкий, однако выспаться до победного Гао Фэю не дали – его бесцеремонно похлопали по плечу.
Гао Фэй открыл глаза, машинально вытер слюну в уголке рта и мутным спросонья взглядом уставился на солдата.
— Хватит дрыхнуть, — вполне миролюбиво сказал тот. — Машина пришла. Пошли.
В комнате незаметно для него стало многолюдно. Теперь все смотрели на него, и взгляды эти были довольно странными.
Объяснять было нечего – оставалось только следовать за остальными.
На улице было еще светло, судя по всему, полдень. Новобранцев, которых набралось чуть больше десятка, погрузили в автобус под охраной двух вооруженных конвоиров. Гао Фэй не стал их пересчитывать: голова была тяжелой, и шевелить мозгами не хотелось.
Сиденья в автобусе оказались куда удобнее складных стульев. Гао Фэй не чувствовал себя отдохнувшим, поэтому через пару минут после отправления снова погрузился в сон.
На этот раз он не просыпался до самой остановки, пока его не растолкал конвоир.
Что ни говори, а ветераны Вагнера казались Гао Фэю вполне адекватными и даже вежливыми людьми. Профессионалы, совсем не похожие на тех свирепых монстров, о которых писали в интернете. Это радовало.
Место, куда они прибыли, походило не на казармы, а скорее на завод. Огромный двор, здания, напоминающие цеха. Всех новобранцев отвели в просторный зал, похожий на актовый.
Там уже собралось человек несколько десятков, разбитых на четыре очереди для регистрации.
У одного из столов было пусто. Сидящий за ним человек выкрикнул по-английски:
— Иностранцы, регистрация здесь! Иностранцы, ко мне!
Гао Фэй подошел и встал перед столом. Не дожидаясь вопроса, сотрудник спросил:
— По-русски говоришь?
— Нет.
— На английском общаться можешь?
— Могу.
— Давай карту регистрации.
Гао Фэй выудил карточку из кармана и положил на стол. Регистратор, уткнувшись в монитор компьютера, мельком глянул на документ и уточнил:
— Имя – Рекс. Только это вносить?
Рекс – это имя, под которым Гао Фэй зарегистрировался изначально. Оно ничего не значило – просто случайная кличка, которую ему когда-то дал учитель на курсах английского.
— Да, пишите так.
— Возраст.
— Двадцать шесть.
— Рост.
— Сто восемьдесят три сантиметра.
— Вес.
— Восемьдесят два килограмма.
— Группа крови.
— Вторая, положительная.
Гао Фэй отвечал без тени сомнения. Регистратор так же уверенно кивнул:
— Хорошо. Если возражений нет, на эти данные подготовим твой личный жетон.
Клацнула клавиша ввода, и сотрудник продолжил:
— Судимости есть?
— Нет.
— В карте указано, что проходил службу. Есть какая-нибудь специализация?
— Никакой специализации.
— На выбор два варианта контракта: шесть месяцев или двенадцать. Полгода – базовая ставка в тысячу евро, год – тысяча четыреста. Что выбираешь?
— Шесть месяцев, — не раздумывая, отчеканил Гао Фэй.
— Ладно, шесть месяцев.
Закончив вводить данные, регистратор еще раз щелкнул по клавишам и обратился к Гао Фэю:
— Можешь указать банковский счет. В случае твоей гибели положена выплата в миллион рублей, мы переведем деньги на этот счет.
Гао Фэй на мгновение замешкался:
— Подойдет счет в китайском банке?
— Нет, на данный момент только российский.
— Я могу оформить карту сейчас?
— Здесь – нет. Можешь внести данные позже, когда появится возможность открыть счет, чтобы получить выплату. Либо можешь указать счет товарища, чтобы он получил за тебя.
— Тогда пока ничего не буду записывать, — отрезал Гао Фэй.
Во-первых, у него здесь не было никаких товарищей. А если бы и были, он бы ни за что не доверил им свой счет.
Отправлять посмертные деньги на чужое имя – это ли не проверка человеческой натуры на прочность? Так недолго и пулю в спину получить от «друга».
— Понял. Забирай карту солдата, на ней твой уникальный идентификационный номер. Запомни: и зарплата, и выплаты идут строго по этому номеру. Иди туда, получишь обмундирование и снаряжение. Следующий!
Процедура оказалась до абсурда простой. Никаких проверок личности, ничего.
Регистратор протянул Гао Фэю пластиковую карточку, очень похожую на обычную дисконтную карту. На ней было имя и цифровой код в нижнем углу.
«106953» – число как число, по крайней мере, без четверок, которые в Китае сулят беду.
Стоило ему взять карточку, как стоящий рядом человек бросил ему два личных жетона на цепочке.
Пока компьютер вносил данные, лазерный гравер тут же выбивал информацию на металле.
Две небольшие железки с именем и группой крови – обычные «собачьи бирки».
Гао Фэй сжал в руке карточку и жетоны и прошел по коридору, на который указал регистратор.
После регистрации следовала выдача формы. Гао Фэй остановился перед длинным столом, на который двое солдат с глухим стуком начали швырять его вещи.
Рюкзак, софтшелл в камуфляже, брюки, зеленая футболка, три пары армейских трусов, три пары носков, берцы, кепка, ремень и нарукавный патч с узнаваемым черепом Группы Вагнера. Все это богатство выложили на стол. Один из бойцов, что-то быстро бормоча под нос, пересчитал имущество и одним махом сгреб всё в большой пластиковый ящик, стоящий рядом.
Такой комплект одежды в розницу стоил бы несколько тысяч юаней. Раньше Гао Фэй ни за что бы не позволил себе подобную покупку.
— Иди вперед, переодевайся. Старую одежду в корзину, сдавать обязательно. Телефоны и любые средства связи сдать, прочие ценные вещи можешь оставить себе. Следующий!
Гао Фэй подхватил ящик и прошел чуть дальше. Он только начал оглядываться в поисках раздевалки, как заметил, что другие новобранцы переодеваются прямо на месте.
Здесь пути новобранцев без опыта и ветеранов расходились. Тех, кто пришел «с нуля», не переодевали – их просто собрали в группу после регистрации и куда-то уводили.
Опытные же бойцы переодевались прямо тут. Никаких кабинок – раздевались догола на виду у всех и натягивали форму.
У Гао Фэя и так не осталось ничего ценного, его обчистили до нитки, даже документов не было, так что и жалеть было не о чем.
Он одну за другой надел вещи из незнакомой формы, повесил на шею жетоны. Ботинки оказались слегка великоваты, но для берцев это было скорее плюсом.
Облачившись в новое, он бросил старое шмотье в корзину и с пустым рюкзаком в руках встал в группу уже переодевшихся людей.
Строя не было, но Гао Фэй, почувствовав на себе военную форму, инстинктивно расправил плечи и принял подтянутый вид.
Пусть на нем была российская форма, но выдавал-то он себя за китайского ветерана. Нельзя было ударить в грязь лицом, так что военная выправка проявилась сама собой.
В армии он не служил, но проходил военные сборы в учебных заведениях. Встать по стойке «смирно» или чеканить шаг он умел, да и одеяло мог сложить «кирпичом». Так что, когда он выпрямился, вид у него стал вполне боевой.
Там же, где выдавали форму, Гао Фэю бросили на стол полиэтиленовый пакет.
В прозрачном пакете было немало добра: две пачки сигарет, галеты, снизу проглядывала зубная щетка и еще какие-то мелочи. Разбираться в подробностях он не стал.
Снарядили на совесть. Не вскрывая пакет, Гао Фэй запихнул его в рюкзак и двинулся дальше за колонной.
За следующим имуществом нужно было заходить в отдельную комнату. Вход и выход находились в разных концах: люди заходили внутрь и больше не появлялись. Гао Фэй не знал наверняка, что там выдают, но догадывался – оружие.
В комнату пускали по десять человек. На десяти столах лежало вооружение, у всех одинаковое: автомат АК-74 с примкнутым магазином, три запасных магазина, четыре гранаты – две оборонительные РГО и две наступательные РГН, а также штык-нож.
Помимо оружия на столах лежали нагрудники, фляги и шлемы.
Мужчина средних лет в форме что-то громко выкрикивал, а когда он закончил, стоящий рядом перевел на английский:
— Проверить комплектность, осмотреть и получить свое оружие и снаряжение.
Гао Фэй понял: это была простейшая проверка при получении оружия.
По тому, как человек обращается со снаряжением, можно понять многое. Неужели кто-то настолько глуп, чтобы выдавать себя за ветерана, не умея ничего? — Подумал Гао и тут же заметил, как один немолодой с виду мужчина первым делом схватил винтовку.
«Это еще зачем?»
Гао Фэй не знал всех тонкостей устава российской армии, но он твердо помнил: когда приступаешь к экипировке, хвататься за ствол в первую очередь – дело последнее.
Не чувствуя уверенности, Гао Фэй действовал медленно, но решительно – первым делом он взял нагрудник.
По крайней мере, он видел в интернете, как солдат превращается из безоружного в полностью экипированного бойца.
Он начал надевать нагрудник. Впервые держа эту штуку в руках, он копошился, но делал всё последовательно. А вот тот мужчина, что первым схватил автомат, явно занервничал.
Неужели и правда кто-то рискнул прикинуться ветераном? — Гао Фэй не верил своим глазам.
Заметив действия других, мужчина поспешно вернул автомат на стол, но, взяв нагрудник, замер, не зная, что с ним делать, пока не подсмотрел за соседом.
Дальше можно было не смотреть – липа чистой воды. Окружающие, похоже, к такому привыкли. Не дожидаясь команды офицера, стоящий рядом солдат без лишних слов заехал бедолаге прикладом в спину.
За ударом последовала гневная брань. Гао Фэй не понял смысла слов, кроме одного отчетливого «сука блять».
Внутри у Гао Фэя всё похолодело. Он ведь тоже был из тех «умников», что выдавали себя за профи.
Богатая теория и нулевая практика. На словах – лев толстой, а на деле – руки не слушаются. Типичный милитарист-теоретик.
Снаряжение лежало прямо перед ним. Он знал, как всё называется и куда крепится, но пальцы действовали предательски медленно.
Настоящие ветераны собирались на автомате, не включая голову. Пусть не дотягивая до фантастической мышечной памяти, они всё равно были на порядок быстрее Гао Фэя.
Инструктор, выполнявший роль экзаменатора, теперь не сводил с Гао Фэя пристального взгляда, словно почуял неладное.
Гао, не торопясь, натянул нагрудник, разложил гранаты по подсумкам, вставил пустые магазины. Штык-нож он прицепил не на пояс, а на грудь – потом можно будет перевесить под рабочую руку, но сейчас следовало придерживаться стандарта.
Он был медлителен, и движения его казались неуклюжими, но это не было беспомощностью новичка. Скорее это выглядело так, будто человек долго не брал в руки снаряжение и теперь мучительно вспоминает привычные жесты.
Экзаменатор колебался. Другие его уже не интересовали, и он подошел вплотную к Гао Фэю, буравя его взглядом и пытаясь задавить психологически.
Сердце Гао бешено колотилось, но он изо всех сил старался сохранять невозмутимый вид.
Последний этап – осмотр оружия. И вот тут Гао Фэй впервые в жизни по-настоящему коснулся автомата.
К счастью, он в деталях знал процедуру проверки. Когда он взял автомат, руки мелко задрожали от возбуждения, но он не допустил суеты. Этот ритуал он видел тысячи раз. Пальцы не слушались, но мозг знал каждый шаг.
Первым делом – отсоединить магазин. Проверил – пустой. Затем передернул затвор. В патроннике оказался холостой патрон. В этот момент Гао Фэй окончательно понял, что это проверка, и осознал – он проходит.
Из десятки осталось девять человек. Остальные восемь давно закончили. Гао Фэй был последним, но он выполнил осмотр оружия безукоризненно, до последней мелочи, так что его медлительность вполне можно было принять за тщательность и солидность.
Если бы инструктор спросил, Гао Фэй ответил бы, что он китаец и раньше не имел дела именно с АК-74. Такая отговорка вполне могла сработать.
Но инструктор спрашивать ничего не стал. Когда Гао Фэй закончил проверку, он просто скомандовал:
— Забирайте снаряжение. Можете идти обедать.
Всё. Первый и самый трудный рубеж был пройден.
Дальше придется учиться на ходу. Впрочем, бояться уже поздно – надо просто делать дело.
Комментарии