'Тут есть и те, кого я часто видела на кабельных каналах'.
Слегка приоткрыв глаза, Чжиён осмотрела тех, кто первым бросился ей в глаза.
Актёры, которые, как и она, снимались в дорамах для кабельного телевидения.
Они, казалось, тоже узнали её и едва заметно кивнули.
Такое чувство, будто они уже пересекались пару раз.
'Хотя для них я, наверное, просто ребёнок'.
В конце концов, если подумать о возрасте, так оно и было.
Персонажам «Девушки из Кёнсона» было от семнадцати до двадцати с небольшим лет.
Поэтому в произведении не было ни жестоких, ни откровенных сцен.
Важно было плотно проработать эмоциональную линию, а для этого требовалось соответствующее актёрское мастерство.
Поэтому предпочтение, естественно, отдавалось актёрам за двадцать.
Актёрская игра подростков нестабильна, и хотя у двадцатилетних она тоже бывала неоднозначной, всё же это было лучше, чем у тинейджеров.
'В конце концов, если действие происходит не в школе, зрители обычно воспринимают персонажей как тех, кому за двадцать'.
Если у актёра не было чего-то выдающегося, как у Чо Сохи или Чу Соён, то подросткам доставалось мало ролей.
Вероятно, на этом прослушивании будет так же.
Возраст, совпадающий с возрастом персонажа.
Это было скорее недостатком, чем преимуществом.
— Следующие, до десятого номера, проходите.
Номер Чжиён был почти тридцатым.
Почти в самом конце очереди.
В детстве это время казалось ей просто скучным.
Когда она стала чуть больше задумываться, то начала нервничать, но сейчас… она не знала.
'Просто сделаю так, как репетировала'.
Репетиции с Чо Сохи и Соён.
Смогу ли я сыграть так же, как тогда? Этот вопрос не давал покоя.
И в тот момент, когда тревожное волнение начало грызть сердце Чжиён…
'А?'
В поле её зрения попал один человек.
Некто, странно и неловко двигавшийся среди персонала.
Кепка, солнцезащитные очки, да ещё и маска.
Вид был донельзя подозрительный, но никто его не останавливал.
Наоборот, некоторые из сотрудников на месте прослушивания даже приветливо здоровались с ним.
'…Неужели?'
Она огляделась по сторонам.
Окинув взглядом ожидающих в зале, человек на мгновение замер, посмотрев на Чжиён.
А затем незаметно исчез, что напомнило ей кое-кого.
'…'
Нет, ничего странного в том, что она здесь, нет.
В конце концов, разве она не имеет к этому отношение?
Это почему-то засело в голове, но Чжиён решила больше не думать об этом.
И всё же.
'Кажется, я немного успокоилась'.
Она чувствовала, что кто-то наблюдает за ней из укрытия.
По крайней мере, ей так казалось.
Как ни смешно, но Чжиён почувствовала, что благодаря этому её бешено колотившееся сердце успокоилось.
Сегодня было прослушивание Ли Чжиён.
На самом деле, Соён не собиралась сюда приходить.
Но сегодня утром…
[Придёшь?]
Такое сообщение она получила от Чо Сохи.
Похоже, та хотела воспользоваться случаем, чтобы хоть немного встретиться с Соён.
Это было так очевидно, что Соён просто уставилась на сообщение.
[Ты же должна посмотреть, как твоя подруга играет со мной.]
Хотя это и звучало так, будто Сохи просила посмотреть и на неё тоже, но факт оставался фактом: сегодня партнёршей Чжиён по прослушиванию была именно она.
Пусть у Чо Сохи и была такая же странная манера поведения, как у неё самой, но её актёрскую игру Соён не могла не признать.
С самого детства они соперничали, поэтому Соён подсознательно следила за ней.
И действительно, игра Чо Сохи была превосходной.
Нет, правильнее было бы сказать — выдающейся.
Даже будучи ребёнком-актрисой, Чо Сохи демонстрировала очень стабильную игру, а с возрастом научилась вкладывать в неё более глубокие эмоции.
В некотором смысле это было похоже на эмоциональное моделирование Соён.
Чо Сохи была скорее из тех, кто добросовестно воспроизводит выученное, а не из тех, кто пользуется методом Станиславского.
[Сцена для прослушивания — любовная, так что будет интересно посмотреть. И ты ведь тоже имеешь к этому отношение.]
От этих слов Чо Сохи Соён прищурилась.
Любовная сцена.
Ну да, так и есть. Ведь именно Соён помогала Чжиён с репетицией.
До сих пор она об этом не задумывалась, но когда представила, что Чо Сохи и Ли Чжиён будут играть любовную сцену, её охватило трудноописуемое чувство. Как-никак, это любовная сцена её подруги и той, что набивается в подруги.
Наверное, именно поэтому так трудно смотреть фильмы, где снимаются знакомые. Возникало такое чувство, но в то же время и явное любопытство.
И беспокойство тоже.
Сможет ли Чжиён хорошо сыграть против Чо Сохи?
Поразмыслив немного, Соён отправила ответ.
[Приду.]
И вот сейчас.
Соён, спрятавшись в углу зала для прослушиваний, наблюдала за происходящим.
По дороге она столкнулась взглядом с Чжиён, но, наверное, та её не заметила.
'К тому же'.
Соён изучала игру актёров, которые сейчас проходили прослушивание.
Те, кто был снаружи, вероятно, не знали, что происходит внутри, но…
'Немного… напряжённо'.
В переписке Чо Сохи вела себя с Соён мило и приветливо, но на самом деле производила впечатление злодейки-аристократки.
Более того, сегодня на прослушивание она пришла с веером.
Вероятно, это было сделано для того, чтобы подчеркнуть образ, ведь роль, которую играла Чо Сохи, была ролью девушки из знатной семьи.
И этот образ злодейки-аристократки идеально ей подходил.
'Режиссёр Пэк Мин с самого начала хотел взять на эту роль Чо Сохи'.
Теперь я понимаю почему.
Так же, как ей самой идеально подошла роль Чха Соа.
Роль девушки из знатной семьи, «Аманаби Мичико».
Как видно из имени, она японка, и этот персонаж мог появиться потому, что действие происходит в эпоху японской оккупации.
Судя по сценарию, после финала она вместе с главной героиней уезжает в Японию.
А сейчас прослушивание шло на роль той самой главной героини, «Ён Сонъе».
«…»
Додумав до этого момента, Соён вдруг осознала один факт.
'Я же играю японку?'
К слову, роль, которую должна была играть Соён, звали Касугаяма Юина.
Осознав это с некоторым опозданием, Соён подумала:
'Японский язык… реплики… будут ведь'.
Она внезапно столкнулась с препятствием.
Нет, она могла понимать японский на слух.
В конце концов, сколько же витуберов Соён пересмотрела… то есть, не в этом дело, но было много возможностей соприкоснуться с аниме и играми.
Однако говорить — это совсем другое.
Например, произношение.
'…Что же делать'.
К тому же, в связи с «Дримфьючер» в Японии, кажется, тоже ждали встречи с ней.
Похоже, придётся всерьёз учить язык.
'Хм'.
Соён быстро вернула себе самообладание.
Всё равно время ещё есть.
К тому же, у неё на примете был один человек, которого можно было попросить о помощи.
А сейчас важнее было прослушивание Чжиён.
— Следующий.
После слов Чо Сохи, сказанных застывшим тоном, актриса, только что закончившая прослушивание, отошла с измученным видом.
Было много актрис, которые казались довольно сильными духом, но стоило Чо Сохи взмахнуть веером, как они осыпались, словно осенние листья.
'Сцена, используемая для прослушивания, — это момент после того, как у Мичико возник глубокий интерес к Ён Сонъе'.
Иначе говоря, она уже испытывала к ней любовные чувства, но ещё не осознавала этого.
А Ён Сонъе, в свою очередь, таких чувств пока не питала.
Она была всего лишь девушкой из знатной семьи.
К тому же, Ён Сонъе стала служанкой Мичико, чтобы убить её.
Но, вопреки её намерениям, сердце понемногу склонялось к Мичико.
Она должна была отвернуться от той, кого ей предстояло убить, но её влекло к прекрасной Мичико.
Сочувствие к её положению.
Эмпатия к её одиночеству.
Такими должны были быть чувства Ён Сонъе к Мичико.
Сцена, которую они сейчас играли, не была сложной по репликам, но зато требовала тонкой передачи эмоций.
Именно поэтому она идеально подходила для прослушивания.
Щёлк!
— Следующая.
Ещё одна актриса пала жертвой веера Чо Сохи.
Актриса, понуро удалявшаяся, по лицу знала, насколько жалкой была её игра.
Она и запиналась в репликах, и движения её были во многом неуклюжи.
И это была не только её проблема.
Большинство начинающих актрис, пришедших сегодня на прослушивание, были примерно такими же.
Даже опытные актрисы дрожали, так что уж говорить о новичках.
'Хотя, если разобраться, я тоже новичок'.
Хоть она и снялась подряд в нескольких проектах, по сути, Соён тоже была новичком.
Просто её дебют состоялся ещё в детстве, поэтому стаж казался огромным.
— Что ж, мы почти закончили. Проходите до тридцатого номера.
В отличие от суровой Чо Сохи, режиссёр Пэк Мин сказал это с добродушным смехом.
Слова-то были приветливыми, но лист бумаги перед ним был испещрён множеством записей.
'Теперь…'
И на этот раз вызвали номера до тридцатого.
Настала очередь Ли Чжиён.
Чо Сохи наблюдала за входящими актрисами, окинув их спокойным взглядом.
Четверо из них были с опытом.
Одна — совсем новичок.
'Ли Чжиён'.
Хоть она и не подавала виду, но заметила среди них Ли Чжиён.
С одной стороны, Ли Чжиён подходила на роль, а с другой — нет.
Из-за своей довольно яркой внешности она несколько выбивалась из образа «Ён Сонъе», которая по задумке должна была быть относительно кроткой.
И тон её игры был сильным.
Честно говоря, в таком виде ей было опасно.
'Если не постарается как следует, её срежут'.
Во время репетиций Чо Сохи немало помогла Ли Чжиён.
Она давала советы по игре, но насчёт самого прослушивания ничего конкретного не говорила.
Если бы она что-то подсказала, это было бы очень невежливо по отношению к другим актрисам.
Чо Сохи давала советы не столько по роли «Ён Сонъе», сколько по актёрской игре Ли Чжиён в целом.
Как-никак, она близкая подруга Чу Соён, так что не хотелось производить на неё плохое впечатление.
Но если сыграет плохо, придётся её срезать.
'Поэтому, пожалуйста, пусть у неё всё получится'.
Чо Сохи чувствовала на себе взгляд Соён, прятавшейся где-то в темноте.
Далеко ходить не надо — та, что выглядывала из укрытия, прикрыв лицо, наверняка была Соён.
Зачем она так замаскировалась, было непонятно, но это было мило, так что ладно.
— Тогда начнём прямо сейчас. Сценарий?
— Я всё выучила, — уверенно ответила претендентка под номером двадцать шесть, и Чо Сохи кивнула.
И всего пять минут спустя.
— Думаю, вам стоило бы играть с текстом в руках.
— …Да.
Претендентка удалилась в унынии.
Она запнулась на реплике, за что ей снизили балл.
Обычно на съёмках редко что-то получается с первого дубля, так что ошибка в реплике была простительна, но и другие аспекты её игры были слишком слабы.
Иными словами, её игра была бы сносной, «если бы хотя бы» реплики были без ошибок.
Таков был вердикт Чо Сохи.
— Номер тридцать.
Наконец, настала очередь Ли Чжиён.
Она спокойно встала перед ней, и это уже было лучше, чем у других претенденток.
Ну, она всегда была из тех, кто не чувствовал от неё особого давления.
— Начнём сразу. Сценарий?
— Я всё выучила.
Ну ещё бы.
Чо Сохи кивнула.
Она и так знала, что Чжиён выучила все реплики наизусть.
К тому же, сценарий был выдан заранее, так что большинство его выучили.
— Тогда начинаем.
Чо Сохи бросила взгляд на режиссёра Пэк Мина, а затем снова посмотрела на Чжиён.
И, раскрыв веер в руке, прикрыла им губы.
Глаза сузились.
Хоть у неё и не было красных глаз, как у Соён, но во взгляде определённо была сила.
Мёртвая тишина.
Давление, исходившее от Чо Сохи, было настолько сильным, что было трудно произнести даже первое слово.
Это была совсем не та Чо Сохи, что на репетициях.
И вот.
— Госпожа, в последнее время у вас плохой цвет лица. Может, вам стоит немного отдохнуть?
Спокойный голос Чжиён — Сонъе — положил начало сцене.
Тикали часы. Девушка, тихо раскрывшая веер, смотрела на Сонъе.
Мичико молча наблюдала за ней.
Её взгляд, казалось, готов был поглотить собеседницу, он проникал внутрь, изучая Сонъе.
Чувствовалось волнение.
Сонъе немного уловила это чувство.
Но безразлично отвернулась.
— Нет.
Веер медленно опустился, открывая губы.
Кривая усмешка была обращена к Сонъе.
— Сонъе, принеси шаль. Сегодня снова будет аукцион.
Она смотрела на неё как на очень ценное сокровище.
Так же вязко, как другие на аукционе смотрели на неё саму.
Мичико смотрела на свою служанку именно таким взглядом.
Хотя и сама этого толком не осознавала.
— Значит, я должна быть в самом прекрасном виде, не так ли?
Слегка надавив веером на плечо Сонъе, сказала Мичико.
В этом был какой-то каприз.
«Сделай меня красивой».
«Так, как ты этого хочешь».
Такой подтекст сквозил в словах Мичико.
Услышав их, Сонъе смущённо отвела взгляд и на мгновение прикусила нижнюю губу.
'Эмоция'.
Чо Сохи почувствовала слабую эмоциональную нить, исходящую от Чжиён.
Раньше она казалась более насыщенной, а теперь будто немного выцвела.
Это не значит, что стало хуже.
Наоборот, для Сонъе этот цвет подходил.
Немного бледный, с ощущением, что в него легко может вмешаться другой, более сильный цвет.
Может, это Чу Соён подсказала?
— Сначала нужно нанести макияж, госпожа. Негоже начинать с поисков шали.
Склонив голову, сказала Сонъе.
Она будто отвергала приближение Мичико.
Её голос был спокоен и по-детски наивен, словно она ничего не понимала.
Ощущение изменилось.
Нет, скорее изменился тон игры.
'Материнская любовь'.
Ах, да.
Именно такое было чувство.
Как уже говорилось, внешность Ли Чжиён была довольно яркой.
Поэтому она не очень подходила на роль Ён Сонъе.
Но, когда эта яркость поблекла, изменилось и направление её игры.
Взгляд, которым она смотрела на Мичико, её жесты.
Естественная улыбка была полна нежности, словно мать смотрела на дочь.
Однако за этой материнской любовью скрывалось глубинное чувство — сострадание.
Материнская любовь, рождённая из сострадания, останавливала Мичико.
Поэтому её действия были предельно естественны.
'Как она смогла так измениться за такое короткое время?'
И вообще, та ли это Сонъе?
Чо Сохи продолжала наблюдать за игрой Чжиён.
Она легко парировала резкие слова Мичико.
И затем принялась спокойно поправлять волосы Мичико.
Её лицо, что-то приговаривая.
Голос был очень изящным и совсем не соответствовал обычному образу Чжиён.
Было ощущение, что перед ней опытный человек, который имел дело со множеством капризных клиентов.
И тон голоса.
И тон игры.
Этот цвет принадлежал не Ли Чжиён и не Сонъе, а кому-то другому.
Эта игра определённо на чём-то основывалась.
'Может быть'.
Чо Сохи посмотрела на лицо Ли Чжиён.
На лицо Сонъе.
И только тогда она поняла, откуда Ли Чжиён позаимствовала эту игру.
Осознав это, Чо Сохи…
Мичико смогла весело рассмеяться.
— Ты считаешь меня красивой?
— Госпожа, вы прекраснее любого драгоценного камня.
— Я знаю.
— Сегодня на приёме вы будете сиять ярче всех.
От этих слов губы Мичико скривились ещё сильнее.
Сострадание, скрытое за материнской любовью.
Она не знала всей правды, но понимала, что эта служанка её жалеет.
Для Мичико это было так желанно, как и болезненно для её гордости.
— Надеюсь, эти слова искренни.
Веер Мичико медленно скользнул по плечу Сонъе.
Прошёлся по ключице.
И коснулся её подбородка.
Лица сблизились так, что можно было почувствовать дыхание, и она прижала свой веер к её губам.
Тот самый кончик веера, которым она только что касалась своих губ, теперь был у губ Сонъе.
— Я больше всего на свете ненавижу ложь.
На этой реплике сцена завершилась.
Невероятно естественно.
Судьи, наблюдавшие за этим, были явно удивлены.
У режиссёра Пэк Мина было и вовсе непередаваемое выражение лица.
А Соён, наблюдавшая за игрой из своего угла…
'…'
'Что-о-о-о?' — читалось на её лице, и она, прикрыв рот обеими руками, не могла сдержать изумления.
Постойте, разве не говорили, что любовная сцена будет не слишком откровенной?
'И ещё'.
Одновременно она почувствовала, как внутри всё закипает.
Ещё бы, ведь основа игры, которую сейчас демонстрировала Чжиён, была тем, что Соён так нежно любила.
Соён в буквальном смысле трясло.
Почувствовав взгляд Соён, Чо Сохи…
'Почему… почему она так себя ведёт?'
…не могла не растеряться.
Ведь, по её мнению, прослушивание Чжиён прошло очень успешно.
Комментарии