После смерти короля Утера.
У народа сарматы на Британских островах остался лишь один лорд, которому можно присягнуть.
Те рыцари, что были преданы Утеру до конца, получили желаемое – около десятка бойцов, каждый из которых был рыцарь Лагера, были казнены Дунканом. Оставшиеся же выразили готовность сдаться.
Поспешно подошел Клиган и почтительно произнес:
— Господин.
— Пленные размещены.
— Часть рыцарей Лагера готова присягнуть. Зачислить их в подразделение имперская катафракта или сформировать отдельный отряд?
Дункан, по сути, попутно объединил под своей властью всех сарматских переселенцев на острове. В будущем из них можно будет набирать отличных всадников, а если казна позволит – даже расширить рыцарский корпус.
Сейчас перед ним стоял огромный круглый стол.
Дункан с интересом разглядывал этот гигантский предмет мебели, за которым могли разместиться десятки людей, и веско произнес:
— Сформируй из них отдельный отряд – тяжелая конница Раггела.
— Пусть сохранят свое Красное Знамя Дракона.
Кампания прошла гладко, почти без потерь. К концу года Дункан, вероятно, сможет выйти к границам, где пролегает Вал Адриана.
Клиган почтительно кивнул:
— Да, господин.
Уничтожив Королевство Камелот, Дункан взял под контроль большинство фракций коренных жителей острова. С его нынешней силой он едва мог бы потягаться с королевством Франкия, но у Британии есть врожденный географический недостаток – нехватка населения, так что разрыв с Францией все еще велик.
Большая стратегия не заканчивалась на разгроме франков. Победив их, придется столкнуться с Вестготским королевством, да еще и защищаться от набегов варваров.
Если только Дункан не планирует действовать как Александр Македонский – идти, пока идется, зная, что империя распадется сразу после его смерти, – ему придется заняться укреплением внутренних ресурсов.
К тому же, недавно из Италии пришли важные вести.
Империя гуннов может исчезнуть!
Стоило умереть вождю, которого звали Бич Божий Аттила, как завоеванные им огромные территории тут же начали трещать по швам. Сыновья грызутся за власть, в тылу зреют бунты покоренных племен. В такой ситуации им жизненно необходимо переключить внимание на внешнюю войну и сплотить Империю гуннов новой победой.
У них остался последний шанс.
Если они не одержат крупную победу и не появится выдающийся лидер, способный заново объединить империю, даже простое затягивание войны приведет к окончательному расколу и гибели государства.
— Это их предсмертная агония, — Дункан отложил секретное донесение с Апеннинского полуострова, закинул ноги на огромный стол и равнодушно бросил:
— Сожгите этот стол.
— Империи не нужны Рыцари Круглого Стола.
Сыновьям Аттилы не хватает талантов. В следующем году вторжение гуннов будет куда скромнее по масштабу. Если Аэций продержится три месяца, они развалятся изнутри сами собой.
История уже изменилась, и куда она свернет дальше, Дункан не знал. Оставалось только двигаться вперед и смотреть по сторонам.
Стемнело.
Дункан преобразовал земли Камелота в административный округ, лишил Северуса звания генерала Британского легиона и назначил его на должность трибун в провинция Уэльс. Позже должность можно будет сменить. У Северуса все-таки легкая инвалидность пальцев, так что в будущем он, вероятно, перейдет на гражданскую службу.
На Британских островах острый дефицит кадров, образование здесь крайне отсталое, так что Дункану пока приходится использовать имперскую систему управления провинциями.
Запах крови в замке еще не выветрился окончательно.
Дункан стоял на высокой башне, глядя на темное море вдалеке. Неслышно появившаяся за его спиной Королева-Ворон Трис тихо спросила:
— О чем ты думаешь?
Подул легкий бриз.
Дункан, глядя на развевающиеся черные волосы королевы, медленно произнес:
— О легендарном месте – Страна Теней.
Среди римлян и греков тоже немало темноволосых.
А вот германцы, напротив, часто светловолосые и голубоглазые, как и многие современные европейцы.
Королева-Ворон Трис на мгновение задумалась и произнесла:
— Ты опасаешься Скатах?
Легендарная Королева Страны Теней.
Она была наставницей мифического героя по имени Кухулин и славилась непревзойденным боевым мастерством. Именно она передала ему знаменитое оружие – пронзающее смертоносное копьё. В верованиях, которые проповедует кельтская вера, Страна Теней – самое опасное место испытаний, и лишь воин, прошедший все круги ада, может заслужить ее признание.
Дункан слегка покачал головой:
— Скатах сильна, но и я не слаб.
— Меня беспокоят легендарные артефакты и некоторые боги, которые, возможно, еще не окончательно исчезли.
— К тому же.
— Мы не знаем, где находится Страна Теней.
Королева-Ворон Трис нахмурилась:
— Мы не знаем, но Мерлин наверняка знает.
— Страна Теней – это один из Иных миров.
— Но раз она связана с реальностью, значит, должен быть вход.
Пещера-небо, райские земли.
По крайней мере, в понимании Дункана, Страна Теней была похожа на скрытую благословенную землю, находящуюся на границе жизни и смерти. Большинство ее обитателей – мертвецы, но живые тоже могут войти туда для тренировок и испытаний.
Дункан повернулся и пристально посмотрел на Трис:
— Кухулин мертв окончательно?
Копейщик.
Хоть удача у него и ранга E, боевая мощь неоспорима. Это предел возможностей смертного, он близок к полубогам.
Королева-Ворон Трис подумала и покачала головой:
— Скорее всего, нет.
— Кухулин и Святой Георгий-Драконоборец – фигуры одной эпохи, прошло всего-то около трехсот лет.
— Легенды о нем все еще воспеваются бардами.
— Даже если тело умерло, душа, вероятно, вернулась в Страну Теней.
Дункан, казалось, ожидал этого, но с легким сомнением спросил:
— Почему Святой Георгий-Драконоборец прожил так долго?
Этот парень действительно древний.
Ему больше трехсот лет.
Королева-Ворон Трис серьезно ответила:
— Кровь дракона. Его еще называют Драконьей Крови Георгий.
— Он совершил особый ритуал, омывшись в крови дракона.
— На самом деле, он спал более двухсот лет, пока сила Святого Грааля не пробудила его окончательно.
Опять Святой Грааль?
Дункан медленно спросил:
— Что тебе известно о Граале?
Королева-Ворон Трис покачала головой:
— Мало кто видел настоящий Святой Грааль.
— Некоторые даже сомневаются в его существовании.
— Но ходят легенды, что он обладает силой воскрешать мертвых и способен творить чудеса, возвращая мифы в реальность.
Чудо?
Дункан вопросительно поднял бровь.
Королева-Ворон Трис тихо пояснила:
— Чудо – это божественное вмешательство, то, что неподвластно смертным.
— Моисей разделил Красное море.
— Воскресение Иисуса.
— Десять казней египетских.
Греческая мифология немного отличается от других: их Священная Территория вполне реальна, ее легче всего найти и подтвердить, ведь это символ эпохи, когда люди и боги жили вместе.
Дункан еще не видел нисхождения божеств и проявления их мощи, но, судя по множеству легенд, Бог сейчас – самый активный из них.
Королева-Ворон Трис пристально посмотрела на Дункана. Она долго молчала, словно колеблясь, но в конце концов произнесла:
— На самом деле, у греческих богов остался еще один артефакт в реальном мире.
— Это тоже их чудо.
Хм?
Артефакт? Почему ты раньше его не достала?
Дункан удивился. Вдруг ему пришло в голову, что в греческой мифологии не так уж много вещей, которые можно считать «чудом», и большинство из них не сулят ничего хорошего.
Раз Ворона не отдала это ему, может, штука не такая уж полезная?
Учитывая их близкие отношения, она бы не стала скрывать что-то просто так.
Подумав, Дункан осторожно предположил:
— Вряд ли это золотые яблоки или Золотое Руно.
— Ящик Пандоры?
Королева-Ворон Трис, казалось, удивилась проницательности Дункана и кивнула:
— Он утратил сверхъестественную силу и запечатан в городе Афины, под святилищем, где почиталась богиня мудрости Афина.
— После того как церковь запретила культ Афины, Великий Парфенон был опечатан.
И зачем мне открывать Ящик Пандоры?
Дункан-то думал, там что-то стоящее, а об этой штуке трудно сказать что-то определенное.
Королева-Ворон Трис подошла к Дункану и тихо сказала:
— Есть кое-что, о чем я тебе не говорила, пока мы с Анией не убедились окончательно.
Дункан с легким удивлением спросил:
— Что именно?
Лицо Трис стало крайне серьезным:
— Твое существование пробуждает силы мифической эпохи!
Хм?
Они тоже это поняли?
Наблюдая за реакцией Дункана, Трис продолжила:
— Находясь рядом с тобой, и я, и Ания чувствовали легкий магический вихрь.
— Чем слабее заклинатель, тем отчетливее это ощущение.
Дункан вдруг понял:
— Так вот почему ты приставила ко мне двух ведьм в качестве советниц?
Королева-Ворон Трис слегка кивнула. На самом деле у этих двух участниц ковена было и другое предназначение, но Дункан был так занят делами, что даже не подумал об этом. Сказать, что Дункан сластолюбив? Рядом с ним две молодые ведьмы и семь-восемь красивых служанок, а он никого не тронул. Сказать, что не сластолюбив? Он любит сваливать всех в кучу, а ночь, проведенную на острове Авалон, даже Цезарь не смог бы превзойти по безумству.
При мысли об этом щеки Трис слегка покраснели.
Дело не в том, что Дункан не любит женщин, просто дел слишком много, и ему лень отвлекаться. Если бы он целыми днями крутился среди женщин, откуда бы взял силы на всё остальное?
Он задумался и спросил:
— Каковы последствия?
В этом вопросе Дункан хотел услышать мнение профессионала.
Королева-Ворон Трис покачала головой:
— Я тоже не знаю. Но существа, связанные с тобой, вероятно, получат определенную подпитку от мифических сил.
— Когда ты станешь достаточно силен и достигнешь критической точки, это может привести к локальному возрождению мифов.
— Мир изменится из-за тебя!
Великий Отлив Мифов произошел всего двести-триста лет назад. Кухулин, герой кельтских мифов, по силе намного превосходил смертных этой эпохи, с легкостью сражаясь с сотней противников. Как описать это изменение? Если использовать аналогию с романами уся: мир перешел от уровня «Полубоги и полудьяволы» к «Меч Небес и Сабля Дракона». За исключением уникумов вроде Чжан Саньфэна, сила всех остальных упала.
Дункан сейчас – именно такой уникум. Словно в толпу мастеров кунг-фу затесался бессмертный культиватор.
Если у него все получится…
Остальные начнут сомневаться в реальности, а главное изменение, которое он принесет, – все бросят боевые искусства и начнут изучать даосизм.
Не говоря уже о том, что Дункан стремится объединить веру, которую исповедуют кельты, а в мифическую эпоху это событие огромного масштаба.
Исторически.
Следующий всплеск мифической активности произошел бы много лет спустя, примерно в эпоху появления вампиров.
Это когда монстров уже не осталось, и пришлось вытаскивать вампира, чтобы хоть кем-то заполнить пустоту.
Нельзя же в XIV веке вытащить настоящего дракона, это было бы слишком.
Пока они разговаривали.
Внезапно выражение лица Дункана изменилось. Трис тут же напряглась и серьезно спросила:
— Что случилось?
Дункан спрыгнул вниз, бросив:
— Кто-то есть!
Неведомо когда.
В его зрачках появился слабый ледяной голубой оттенок, хотя они и не превратились в вертикальные драконьи зрачки. Дункан подозревал, что магический вихрь, который чувствовали другие, был связан с тем, что в нем пробудилась Драконья кровь.
«Теневые Стражи Скатах (Страна Теней) (Призрак) (Две звезды, Серебро)!»
Пространство Измерений.
На проекции интерфейса, который даровал Взгляд Господа, в священной роще мелькала гибкая женская фигура. У нее не было истинной плоти, она двигалась по ветвям подобно призраку, иногда спускаясь на землю, и скорость ее намного превосходила человеческую.
Дзынь!
Дункан соскользнул с утеса высотой более десяти метров, приземлился, перекатом погасил инерцию, и меч Хранителя Клятвы покинул ножны. Неведомо когда клинок окутало слабое свечение.
Словно ведьмак, он рванул с места, прыгнул, преодолев по воздуху более десяти метров, и ворвался в священную рощу.
Королева-Ворон Трис последовала за ним, опускаясь легко, словно перышко.
Но в беге она почти ничем не отличалась от обычного человека и совершенно не поспевала за Дунканом.
Комментарии