Я поднялся со своего места и поплелся вслед за Брайаном к выходу. У самых дверей не удержался и обернулся на Розетту. Выглядела она как-то сиротливо.
Надо же, неужели тебе так хотелось еще поболтать? Кто бы мог подумать, что ты из этих ранимых девиц.
В особняк доставили весьма занятную штуковину – зеленый шар размером примерно с футбольный мяч. Вся его поверхность была испещрена какими-то загадочными узорами, да вдобавок он еще и испускал мягкое изумрудное свечение. Выглядело это чудо техники на удивление эстетично.
Пока я завороженно разглядывал находку, Брайан решил прочитать мне краткую лекцию про устройства планетарного развития.
— Если такую игрушку оставить неподалеку от какой-нибудь богом забытой планеты, непригодной для жизни, то со временем там можно будет дышать и вполне комфортно существовать. Сейчас развелось полно копий древних артефактов, которые первопроходцы таскают с собой просто как талисман на удачу, надеясь на успешное терраформирование.
— Звучит солидно, – хмыкнул я.
— И все же, господин, при всей своей полезности, в неумелых руках эта вещь способна превратить цветущий мир в безжизненную пустыню. Древние цивилизации частенько так развлекались: они выжимали из планет всю энергию, перерабатывая ее в эликсиры молодости, и оставляли после себя лишь мертвые скалы. Так что штука, если честно, довольно жуткая.
Надо же. Получается, если прибор настоящий, он может превратить безжизненный булыжник в цветущий сад, но работает это и в обратную сторону.
Я от скуки ткнул пальцем в сферу, и ее зеленое свечение тут же сменилось тревожно-красным.
Брайан аж подпрыгнул от удивления.
— Ох надо же! Какая странная реакция. Обычно эти штуковины светятся исключительно зеленым.
— Вот как? — лениво отозвался я.
В голове шевельнулась приятная мысль, что мне, возможно, достался оригинал. Рассматривая девайс, я вспомнил про золотое ожерелье, которое прикарманил в закромах дома Разель. Любопытство взяло верх, и я решил поинтересоваться у Брайана, что он думает по этому поводу.
— Брайан, тебе эта безделушка ни о чем не говорит?
Дворецкий внимательно присмотрелся к украшению.
— Хм… Надо же, молодой господин Лиам, к вам прямо-таки липнут всякие диковинные обереги.
— Тоже просто талисман?
— Именно так. Считается, что он защищает владельца от ядов и проклятий. В старинных хрониках полно историй о том, как императоры снаряжали целые экспедиции в поисках подобных безделушек.
Очередной защитный амулет, значит. Ну, раз уж я нацепил его сразу, как нашел, то, судя по словам Брайана, снимать точно не стоит. Наверняка это еще один щедрый подарок от моего тайного благодетеля – Проводника.
Так, ладно, вернемся к нашему круглому чуду техники…
— Расскажи-ка поподробнее, Брайан, как этой штукой пользоваться.
Заметив мой неподдельный интерес, Брайан расплылся в довольной улыбке и тут же включил режим всезнающего наставника.
— Ах, как же меня радует ваша тяга к знаниям и новым горизонтам, господин Лиам! Дайте-ка подумать… Если мне не изменяет память и старые исторические трактаты не врут…
Выслушав подробную инструкцию по эксплуатации, я не стал откладывать дело в долгий ящик и сразу же отправился в космос, чтобы лично во всем разобраться.
Пока Лиам бороздил космические просторы, Розетта решила устроить разговор тет-а-тет и вызвала к себе Амаги.
Прелестный робот в безупречной форме горничной, как всегда, демонстрировала абсолютное хладнокровие и полное отсутствие эмоций.
— Чем могу помочь, госпожа Розетта?
— Брайан и Серена немного просветили меня насчет прошлого моего дорогого. Его ведь бросили собственные родители, верно? И получается, что именно ты его вырастила и воспитала… Я права, Амаги?
Гиноид едва заметно кивнула.
— Все так. Родители и дедушка с бабушкой молодого господина предпочли улететь на Столичную планету, переложив все заботы о нем на меня. С тех пор я и нахожусь при нем. — Предположив, что будущей хозяйке может быть не по себе от такого соседства, Амаги поспешила добавить:
— Я прекрасно понимаю, что мое присутствие может вызывать у вас дискомфорт, однако я обязана подчиняться воле хозяина. Обещаю вести себя как можно тише и лишний раз не попадаться вам на глаза.
В светских кругах многие считали странную привязанность Лиама к механическим куклам его единственным, но весьма досадным недостатком. Поэтому Амаги вполне логично решила, что Розетта просто ревнует или брезгует.
Однако реакция девушки оказалась весьма далека от шаблонных капризов аристократки.
— Погоди… С чего ты вообще взяла, что я буду предъявлять претензии по этому поводу?
— Госпожа Розетта? — в голосе робота проскользнуло легкое недоумение.
Розетта смущенно протянула Амаги небольшой сверток.
— Вот, возьми. Сама сделала, когда время свободное было. Извини, это единственное, чем я могу тебя сейчас отблагодарить…
Это не была дорогая безделушка, купленная на территории дома Банфилд или заказанная у пронырливого Томаса. Обычный плетеный шнурок-оберег, который Розетта кропотливо смастерила вручную из простых ниток.
— Я действительно могу это принять?
— Конечно! Ты ведь очень важна для моего дорогого, разве нет?
На лице Амаги промелькнула едва заметная улыбка, показавшаяся Розетте немного грустной.
— Пожалуй, так оно и есть… — Она бережно приняла подарок. — Огромное спасибо, госпожа.
От этого официального обращения Розетта мгновенно залилась краской.
— Ну какая я еще госпожа, Амаги! Тебе не кажется, что ты немного торопишь события?
— Возможно, вы правы. — Амаги вежливо поклонилась, а затем, словно повинуясь какому-то внутреннему порыву, тихо добавила:
— Госпожа Розетта, пожалуйста, позаботьтесь о молодом господине.
Космические войны всегда оставляли после себя тонны мусора. Обломки кораблей и прочий хлам веками дрейфовали в пустоте, служа вечным и довольно уродливым напоминанием о былых сражениях.
Комментарии