Едва они покинули территорию факультета электронной коммерции, Большой Гао и Второй Гао не смогли сдержать возбуждения.
— Ни хрена себе! Староста, это твоя школьная одноклассница? — Спросил Большой Гао.
— Ага, — коротко ответил Су Хуай.
— Господи Исусе! Красивая до невозможности… Она же может претендовать на звание цветочка всего нашего факультета, да? — Не унимался Большой Гао.
— Ну, вроде того… — пожал плечами Су Хуай. — Только что с того?
— Так она же твоя одноклассница! И вы так мило общались. Не хочешь развить отношения? — Настаивал Большой Гао.
— Нет, — твёрдо сказал Су Хуай, окинул обоих наивных юнцов взглядом, полным снисходительности, и наставительно произнёс:
— Поверьте, не любая красивая девушка годится в подруги. Вот она, например, – пусть хоть бегает за мной, я всё равно не соглашусь…
Ну и понтовщик!
Второй Гао, парень простодушный, уже загорелся восхищением.
— Брат Хуай, ты крут!
А Большой Гао, наоборот, занервничал:
— Да какая разница, годится – не годится?! Сначала зааркань – потом вкусишь! Упускать шанс – грех. Есть же поговорка: «Что дают небеса – не бери, сам себя накажешь».
Настоящий верный слуга, который за царя переживает больше самого царя!
Увы, Су Хуай лишь фыркнул на его наивность.
Вкусишь?
Ты слишком плохо знаешь Чэнь Нуаньхань.
В прошлой жизни она два с половиной года водила Чу Чанко за нос, и этот молодой господин даже запаха её не почуял!
И кто, думаешь, составлял ей компанию, когда она в одиночку глушила горе в баре? Су Хуай.
А когда она напивалась, кого звала отвести её домой? Су Хуая, а не Чу Чанко.
У Чу Чанко были все причины ненавидеть Су Хуая.
Но у Су Хуая были свои резоны: «Мы с ней сначала друзьями стали. Она мне доверяла, на меня полагалась, сама просила помощи. С какой стати я должен отказывать только потому, что тебе это не нравится?!»
Чэнь Нуаньхань была слишком умна: пока не приручила Чу Чанко, не дала ему ни грамма поблажек. Похоже, она заранее готовилась к тому, что их отношения не продлятся долго.
И хотя быть «парнем-подружкой» не самое почётное дело, факт остаётся фактом: она давно решила, что Су Хуай безопасен, и поняла, что Чу Чанко, скорее всего, не лучшая партия. Поэтому она выстроила дистанцию с филигранной точностью, а Су Хуая использовала по полной.
Тогдашний юный Су Хуай тоже был упёртым: «Раз ты мне доверяешь – значит, я обязан тебя защищать!»
Морально он был безупречен, но по факту его просто выжали до капли.
Однако повзрослевший Су Хуай ни о чём не жалел. Это был сознательный выбор наивного юноши. Каждый может назвать его дураком, но никто не смеет презирать его искренность.
И, конечно, окончательно повзрослев, Су Хуай наконец-то понял, насколько Чэнь Нуаньхань умна, самоуверенна и эгоцентрична.
Она осмелилась доверить свою безопасность Су Хуаю – значит, он и должен был быть у неё на побегушках.
Одно ли у них развитие?
Да нет, пропасть.
Раз уж пиковый Чу Чанко, приложив титанические усилия, так и не смог покорить Чэнь Нуаньхань, то чем бы отличался нынешний Су Хуай?
Ничем.
Слишком мало времени прошло, чтобы пёс Хуай превратился в короля боевых псов.
Так что лучше не забивать голову лишним, а спокойно качаться.
Су Хуай покачал головой и усмехнулся:
— Эх ты… Не слишком ли высокого ты о себе мнения и не слишком ли недооцениваешь защитные механизмы топовых красоток?
Большой Гао попытался оправдаться:
— Я-то, конечно, понимаю, что у меня нет шансов. Но я правда думаю, что у тебя они есть! Ты же, Хуай, не урод, у тебя семья хорошая, лидерские задатки, мужик хоть куда – чем не вариант?
Услышав, что его назвали «не уродом», Су Хуай машинально потрогал щёку.
Довольно гладко.
Благодаря элитной косметике Чэнь Нуаньхань его кожа за одну ночь заметно улучшилась.
Прыщи стали бледнее, шершавость уменьшилась. Хотя из-за смуглой кожи это было не слишком заметно, на ощупь и на вид стало куда лучше.
Но для Чэнь Нуаньхань этого было явно мало.
Мысля здраво, Су Хуай не поддался на уговоры Большого Гао.
Он спокойно кивнул:
— Ты всё верно говоришь, я действительно достоин. Вопрос в другом… я не хочу мезальянса.
Ни хрена себе!
У Большого Гао аж волосы дыбом встали.
А Второй Гао аж подпрыгнул от восторга:
— Брат, брат Хуай! Я тебя обожаю, научи меня!
Су Хуай опешил:
— Чему научить-то?
— Как понты кидать! — Второй Гао размахивал руками от возбуждения. — Так натурально, так стильно! Я никогда не видел ровесника, который бы так умел пыль в глаза пускать, чтобы при этом не бесить!
Твою мать!
Су Хуай поморщился и отмахнулся:
— Этому не научишься. Тут нужно твёрдо верить, что ты – будущий миллиардер, и только тогда можно начинать закладывать фундамент.
От такого заявления даже Большой Гао притих…
— Брат Хуай! — Он показал большой палец. — Если король понтов на нашем факультете – не ты, я ни за что не смирюсь!
Хихикая, они вернулись в строй, и Ван Чжунхэн наконец объявил о роспуске.
Большой Гао и Второй Гао раздавали однокурсникам воду, выкрикивая:
— Мы ещё не собирали взносы, сегодня угощает староста!
Девчонки взорвались искренними возгласами радости…
— Спасибо, староста!
— Староста, ты такой клёвый!
Вот так – мелочь, а как располагает!
Ублажать целую толпу куда приятнее, чем одну.
Су Хуай, не откладывая, добавил:
— Давайте в обед соберём взносы, а после обеда я зайду в аптеку, сварю настоящий суаньмэйтан – жажда как рукой снимет…
— Ух ты! Правда?
— Староста, откуда ты всё знаешь?
— Хуай, как хорошо, что ты у нас есть!
Никто не стал спорить насчёт взносов – все были в восторге.
Как известно, в группах, где много девчонок, собрать взносы – всегда проблема. Каждый раз кто-нибудь ноет, бурчит, жалуется, выспрашивает.
Не то чтобы им было жалко денег – просто девушки, э-э… дотошные.
Но под мягким руководством Су Хуая вопрос со взносами не вызвал у девушек никаких возражений.
Как говорится, «истинный воин не хвастается подвигами». «Искусство войны» он читал не зря!
Жаль, что никакое военное искусство не способно обуздать мужское хвастовство.
Пока Су Хуай, не щадя живота своего, применял стратегии на благо группы, Большой Гао и Второй Гао уже расписывали его подвиги среди парней.
— Пацаны, мы с Вторым Гао только что встретили школьную одноклассницу старосты. Я вам доложу – такая красивая, слов нет! Говорю вам: если в этом году не она станет королевой курса, я готов сожрать своё дерьмо вверх ногами!
— Да ладно, заливает! — Не поверили несколько человек.
Тогда Большой Гао дёрнул Второго Гао:
— Подтверди! Разве не богиня?
— Правда! Она реально офигенная. — Второй Гао кивнул, подумал, что этого мало, и добавил:
— Если вы найдёте на нашем факультете девушку красивее, я лично наложу свежего прямо в рот Большому Гао!
Мерзковато, конечно, но убедительно.
И когда после перерыва на военную подготовку Су Хуай вернулся в строй, все парни смотрели на него как-то странно.
Комментарии