— Нейротроян?
Линь Сюй сидел в своем кабинете, держа в руке защищенный телефон.
— Что значит нейротроян? Это Дэвид сказал? — недоумевал он. — То есть вы уже его нашли? И он во всем признался?
В его голосе слышалась растерянность.
«Что-то слишком быстро, – подумал он. — Буквально вчера я обсуждал с Цинь Фэном, как вытащить этого человека из Мюнхена. А не прошло и двадцати часов, как он уже здесь? И, судя по тому, что говорит по телефону Чэнь Исинь, он уже все выложил…»
Сердце Линь Сюя тревожно сжалось.
«Черт возьми, вы же не пытали его? Только не это! Он все-таки лауреат Нобелевской премии, это может вызвать огромный резонанс! Если мы испортим с ним отношения… это обернется большими проблемами!»
Подумав об этом, Линь Сюй поспешно добавил:
— Ни в коем случае не применяйте к нему силу, пока в этом нет необходимости!
— Не волнуйся, — донесся из трубки голос Чэнь Исиня. — Силу к нему применяли не мы, а ЦРУ.
— Он только приземлился, а на него уже было три покушения. Если бы не наша тщательная подготовка, он бы уже был мертв.
— Впрочем, это и удача. Задержись его самолет хоть на час, и мы бы его уже не увидели.
«Три покушения? Сразу после приземления? То есть уже в стране?»
Линь Сюй был в полном замешательстве. «Что происходит? Почему я ничего не понимаю?»
Спустя несколько секунд он наконец спросил:
— Значит, как только ЦРУ узнало, что он летит в Гуанчжоу, они немедленно запустили план по его ликвидации? Он настолько важен… что нельзя было оставлять ни единого шанса?
— Похоже, что так, — ответил Чэнь Исинь. — Мы уже направили американской стороне запрос по поводу этих нападений, но ответа пока не получили.
— Конечно, даже если они и ответят, то ни за что не признают свою ответственность. Еще и, чего доброго, повесят все на нас – мол, у вас в Хуася небезопасно путешествовать.
«И правда». — Даже без слов Чэнь Исиня Линь Сюй мог представить, какую шумиху поднимут американцы в своей обычной манере, как только эта история просочится в прессу.
Но сейчас не это было главным.
Главное, что столь резкая реакция американской стороны действительно подтверждала важность Дэвида Джулиуса.
Эти три покушения – огромный риск для американцев. И риск не только в том, что можно было засветить свою разведсеть, потерять информаторов или столкнуться с международным осуждением.
Куда важнее то, что их действия стали лучшим подтверждением ценности Дэвида Джулиуса и заставили Хуася еще серьезнее отнестись к человеку, который может быть связан с Проектом 'Синий Камень' и будущим всего человечества.
Их действия были безрассудными, но в то же время – тщательно спланированными.
Начало покушений равносильно объявлению войны.
И пусть до горячей войны дело пока не дойдет, конфликт между разведками неизбежно перейдет в стадию кровавой рукопашной схватки.
Ради чего все это?
Нейротроян…
Линь Сюй немного помолчал, а затем снова заговорил:
— Вернемся к самому первому вопросу. Что именно из себя представляет этот нейротроян?
Чэнь Исинь на том конце провода на секунду замолчал. В трубке послышался шелест переворачиваемых страниц, а затем он ответил:
— По словам Дэвида, это технология, основанная на принципе синаптической пластичности, ключевую роль в которой играет рецептор NMDA.
— Изначально она разрабатывалась для поиска лекарства от болезни Альцгеймера. Например, сейчас мы уже знаем, что болезнь Альцгеймера вызвана снижением функций рецепторов NMDA и н-холинорецепторов, что, в свою очередь, происходит из-за нарушения синаптической пластичности.
— С помощью некоторых препаратов мы можем заново активировать рецептор NMDA, чтобы замедлить симптомы Альцгеймера.
— Однако, теоретически, с помощью обратной операции человек может научиться намеренно и временно отключать рецептор NMDA, а затем снова активировать его при необходимости.
— Это как будто в мозг вживляют троян: в особых ситуациях он активируется и вызывает забвение, а когда нужно – отключается, возвращая память и знания.
— В общих чертах, принцип таков. Но конкретных технологий, конкретных методов никто не знает. Потому что эта технология еще даже не разработана. И, по словам Дэвида, в ближайшие десять-двадцать лет ее и не смогут создать. Механизм рецептора NMDA слишком сложен, и человечество просто не в состоянии в короткие сроки полностью его «расшифровать».
Его голос затих, и шелест страниц тоже прекратился.
Возможно, Чэнь Исинь и сам не понимал, какое значение несет эта информация для Линь Сюя. Но тот, выслушав его, похолодел.
Он вдруг осознал, что его понимание так называемого «контроля над разумом» было ошибочным. Он предвзято считал, что такая технология непременно должна быть связана с многомерным коридором, и даже рассматривал Бай Мо и Чжан Юаня как типичные примеры. Он думал, что это нечто «сверхъестественное», почти «мистическое».
На самом деле… все могло быть не так.
Ведь если бы все дело было только в многомерном коридоре, как можно было бы добиться массового эффекта?
Забвение. Вот что главное – забвение!
Все люди, с которыми он до сих пор сталкивался в мире браслета и в реальности и которые, предположительно, подверглись «контролю над разумом» – Чжоу Юэ, Аяна, отряд наемников, начальник космической станции «Инхогун» – у всех них была одна общая черта.
Их разум был заперт.
Раньше Линь Сюй думал, что блокировка – это следствие контроля. Но что, если… блокировка и есть сам контроль?
Логика несложная.
Ведь есть два способа контролировать сознание человека. Первый – заставить его запомнить и принять нечто новое. А второй – стереть то, во что он верил, заставить его забыть об этом!
Чем это не контроль над разумом?
Хочешь сделать из него пса – заставь его забыть, что он человек.
Хочешь, чтобы он предал – заставь его забыть о своих принципах.
Хочешь получить от него информацию – заставь его забыть о «секретности».
Информация, которую Бай Мо и Чжан Юань получили из многомерного коридора, и влияние, оказанное на них, скорее всего, не имели к этому отношения.
Но вот будущие изменения в Сюй Цзине и Чжан Юане, их поступки после вступления в Организацию Планетарного Сансары – это, вероятно, уже связано с этой технологией!
Сюй Цзинь хоть и пациент с Аспергером, но у него были свои принципы и моральные устои. А Чжоу Юэ, скорее всего, каким-то образом заставил его об этих устоях забыть.
То же самое и с Чжан Лимином.
Черт!
Если такой метод действительно появится и его применение ничем не будет ограничено… то что сложного в том, чтобы контролировать весь мир?
Это и есть главный козырь Чжоу Юэ.
Вот почему он говорил, что «заставит Западный Альянс на коленях приползти к Хуася для сотрудничества»!
Ему не нужно спешить. Ему не нужно самому прилагать усилия, даже не нужно подталкивать технический прогресс. Потому что, как только эта технология будет усовершенствована и получит массовое распространение, все плоды технического и производственного развития… в конечном счете достанутся ему!
Линь Сюй невольно содрогнулся. В этот миг он в полной мере ощутил, насколько страшен Чжоу Юэ.
Когда он может не только манипулировать жизнью и смертью людей через многомерный коридор, но и контролировать их мысли без него… как ему не возомнить себя богом?
Осознав это, Линь Сюй немедленно изложил свои выводы Чэнь Исиню.
Выслушав его, Чэнь Исинь надолго замолчал. В трубке воцарилась тишина, и Линь Сюй даже подумал, что звонок прервался.
Но наконец Чэнь Исинь спросил:
— Если контроль над разумом достигается таким способом… то как тогда объяснить то, что случилось с товарищем Бай Мо?
— Возможно, по схожему принципу, — ответил Линь Сюй мрачным голосом. — В биофизике есть теория, согласно которой сложные вычислительные процессы в человеческом мозге достигаются путем «квантования».
— В рамках этих исследований некоторые ученые предполагают, что ионные каналы обладают эффектом квантового туннелирования. Например, ион калия может проходить через энергетический барьер путем квантового туннелирования при пересечении канала. А натрий-калиевый канал – это как раз ключевой ионный канал, активирующий серотониновый 5-НТ рецептор, который отвечает за память.
— Поэтому воздействие многомерного коридора на человека и метод контроля над разумом Чжоу Юэ, скорее всего, являются технологиями одного происхождения. Просто они пошли разными путями…
— Понятно.
Чэнь Исинь на том конце тяжело выдохнул и спросил:
— Товарищ Линь Сюй, эти знания вы тоже получили в другом мире?
— Нет, — ответил Линь Сюй. — Я только что погуглил. Гипотеза об этом принципе была впервые выдвинута еще в 2001 году. Просто до сих пор никому не удавалось реализовать ее на практике.
— Ясно, — коротко ответил Чэнь Исинь и продолжил:
— Тогда, исходя из твоих выводов… как думаешь, мы можем отпустить этого Дэвида?
— Не можем, — без колебаний ответил Линь Сюй.
— ЦРУ уже объявило нам войну. Можно забыть о правилах и протоколах, мы столкнулись с угрозой апокалиптического масштаба. Если мы проиграем в этой тайной войне разведок, они неизбежно перейдут к горячей войне.
— Отпустим мы Дэвида или нет – результат будет один! Но пока он у нас, это гораздо выгоднее, чем если бы он был в руках ЦРУ!
— Хорошо, — твердо произнес Чэнь Исинь. — Предоставь это нам, а сам занимайся своим делом!
— Понял.
Раздался щелчок – звонок завершился.
Линь Сюй молча сидел за столом, целую минуту уставившись в пустоту.
Цифра на его браслете снова сменилась на «2».
Он не собирался больше терять время. Не обязательно возвращаться домой, можно и здесь.
Линь Сюй закрыл дверь кабинета, прошел в комнату отдыха за ним и лег на кровать.
Он собирался войти в мир браслета и добыть как можно больше информации.
Великая битва уже началась.
И прежде чем наступит конец света, он должен разобраться с главной проблемой в реальном мире – с Западным Альянсом!
Он легонько коснулся браслета.
Сознание покинуло тело.
И в следующий миг Линь Сюй снова очнулся на борту «Красной Птицы–1»…
(Конец главы)
Комментарии