Очевидно, что репутация у «левого пути» была, мягко говоря, неважной.
Настолько скверной, что если бы не война на границе, вытянувшая почти все людские ресурсы, уездный начальник Ханьшаня ни за что не стал бы просить его о помощи.
Но в мире, где приходится выживать, всё решает сила.
Поэтому никто не спешил бросать вызовы или «вершить правосудие во имя добра».
Су Гуан был даже разочарован.
Если коротко посчитать, сейчас его совершенствование насчитывало шестьсот лет, ещё девятьсот предстояло усвоить, но тех самых «увлекательных» сюжетных поворотов всё не случалось.
— Меня зовут Чэнь Цзунь, уездный начальник Ханьшаня. Приветствую господина Су, — пожилой мужчина в расшитом официальном одеянии вышел вперед, чтобы разрядить обстановку.
— Приветствую начальника уезда. Если можно, давайте приступим, — Су Гуан достал планшет для письма.
Чэнь Цзунь невозмутимо скользнул взглядом по планшету, затем поднял глаза на сидящую сверху Бай Си, которая хранила холодное, отстраненное выражение лица, излучая загадочную ауру.
Начальник кивнул и громко произнес:
— Даос Чунсюй, начинайте.
Е Гухун не стал тратить слова. Сложив пальцы в мудры и произнеся заклинание, он зажег фонарь поиска трупов, и присутствующие последовали за парящим в воздухе светильником, выслеживая банду мертвецов.
Су Гуан молча плелся позади всех.
Глядя на эту даосскую технику, он примерно понял, как его в своё время выследила Секта Бессмертных Трупов.
Вскоре фонарь завис в воздухе.
Внизу раскинулась деревня.
Она была тихой, мертвенно-тихой.
— Опоздали, — Би Сюэ почуяла запах крови в воздухе и тяжело вздохнула.
— Цзянши в деревне. Господа, проявите всё свое мастерство в истреблении трупной скверны, по возвращении всех ждет щедрая награда! — В глазах Чэнь Цзуня не было ни капли жалости к страданиям простых людей, только острое желание сохранить свою должность.
— Какие-то там черные цзянши! Я, Цзинь, возьмусь за тесак, мигом вернусь! — Здоровый детина с огромным ножом на плече расхохотался и бросился внутрь.
Вслед за ним устремились другие воины.
— И мы идем, — сухо бросил Е Гухун и, сжимая в руке меч из древесины, пораженной молнией, повел своих братьев по секте следом.
Видя, как все рванули вперед, словно наперегонки, Су Гуан не спешил, небрежно следуя в хвосте.
«Бах!»
Над деревней взметнулся столб огня, освещая округу.
Группа цзянши, которые до этого копошились в телах, подняли головы, заметив над собой светящийся шар.
Затем от земли повеяло убийственной аурой. Твари перестали жевать, подобрали ржавое оружие и стремительно бросились навстречу непрошеным гостям.
Когда Су Гуан вошел в деревню, там уже вовсю кипела схватка.
Прямо у входа он увидел даоса, который вогнал персиковый меч в грудь цзянши, а затем, взмахнув амулетом, озарил всё золотым светом, мгновенно развеяв трупную ци твари.
Трупная ци была основой цзянши, исчезнет она – и тварь умрет.
Сделав еще несколько шагов, он заметил того самого бравого детину. Тот размахивал ножом так, что от порывов ветра и лезвия воздух словно сгущался: каждым ударом он разрубал ржавые копья и сносил головы черным цзянши.
Миновав еще один переулок, Су Гуан увидел, как другой даос только было рассеял ци одного из мертвецов, но тут же попал в окружение: несколько копий одновременно вонзились в него, и он пал замертво.
Заметив пару из человека и мертвеца, цзянши на мгновение замерли, но, решив не связываться, тут же переключились на других.
Су Гуан ничуть не удивился.
Цзянши классифицировались как создания инь: без души, лишь с животной сущностью, вне пяти стихий. Душа отвечает за мышление, сущность – за инстинкты. У них нет разума, они движимы лишь голодом, избегают вреда и предпочитают места с густой иньской энергией. Лишенные души, они вынуждены восполнять её живой энергией крови, поэтому, набравшись сил, начинают нападать на всё живое без разбора, следуя закону джунглей.
Его собственная аура была мощнее, поэтому они и не смели нападать.
Что же до Бай Си на плечах Су Гуана, то её приняли за ценный трофей, принадлежащий сильному хозяину, – как бы они ни хотели полакомиться, страх перед мощным соперником удерживал их от глупостей.
«Пан!»
Су Гуан нагнал их, сконцентрировал в ладони темную иньскую ци и раздавал удары прямо в спины мертвецов.
Для черных цзянши, которые едва начали питаться плотью и еще не успели накопить достаточно кровавой ауры, такой удар высокоуровневой иньской ци был губителен – одно касание, и их трупная ци рассыпалась.
Еще пара ударов, и монстры окончательно падали на землю.
Су Гуан был доволен.
Если судить по стажу, здесь были черные цзянши максимум двухсотлетней выдержки, а его иньская ци формировалась как минимум пять веков. Превосходство силы делало схватку легкой.
Раньше, без использования подобных приемов, столкновение цзянши с цзянши оборачивалось бы долгой возней без явного победителя, разве что с потерей пары конечностей.
В «Южной Школе Воспитания Трупов» есть изречение: «Десять лет – белый цзянши, сто лет – черный цзянши, тысяча лет – прыгающий цзянши, десять тысяч лет – летающий мертвец».
По собственному опыту Су Гуан понял, что это не совсем так.
Его стаж дотягивал до шестисот лет, а если полностью поглотить иньскую сущность Бай Си и закалить половину тела, теоретически он достиг бы тысячи пятисот лет.
Согласно той шкале, сущности Бай Си хватило бы, чтобы стать прыгающим цзянши.
Однако Су Гуан чувствовал, что, как ни считай, до этого уровня еще очень далеко.
Либо старая поговорка неточна, либо его тело обладает уникальностью, из-за которой стандартная шкала не работает и требуется гораздо больше «опыта» для эволюции.
— Откуда их столько? — Е Гухун, сжимая в одной руке меч, а в другой амулет, с тревогой смотрел на окружившую их толпу мертвецов со ржавыми копьями.
Они уже уничтожили двадцать голов, но их количество ничуть не уменьшалось. А ведь еще вчера при разведке здесь не было такой тьмы народа.
Что-то здесь не так.
Очень не так.
— Старший брат, я не справляюсь! Сколько же военачальников привел с собой этот князь Юаньшань? Моя истинная ци почти на исходе! — взмолилась Би Сюэ.
Если бы это были обычные бродячие черные цзянши, одного амулета хватило бы, чтобы легко их упокоить. Но сейчас перед ними стояли мертвецы, которые сражались словно опытные солдаты, не ведая страха, в строю, с длинным оружием и пониманием тактики городского боя.
Таких было непросто одолеть.
Всего за полчаса они потеряли пятерых братьев.
Истинная ци истощалась стремительно: стоило ей иссякнуть, и амулеты переставали действовать – оставалось лишь сражаться на мечах врукопашную, а когда выдохнутся и силы, то всё, конец.
— Больше нельзя экономить пилюли, — Е Гухун высыпал в рот целую горсть драгоценного снадобья, влил ци в свой меч, и тот рассек воздух полумесяцем электрического разряда.
Пораженные мертвецы падали на землю, мгновенно испуская дух.
— Трупами командуют, здесь есть командир! Уходите, я разберусь! — Выпалил Е Гухун, подпрыгнул, мгновенно взмыл на десять с лишним чжанов и завис в воздухе.
Его дух отделился от тела, «техника созерцания ци» стала намного острее, и вскоре он обнаружил в глубине гор нить багрово-красной ауры.
Сложив печати, он устремился вперед, призывая ветер.
— … — Су Гуан небрежно развеял сгусток иньской ци, упокоив очередного черного цзянши, который пытался напасть со спины, и посмотрел вверх, провожая взглядом пролетающего мимо даоса.
Все-таки у людей огромное преимущество.
Ему, чтобы научиться летать, понадобится не меньше десяти тысяч лет стажа, в этой жизни, судя по всему, не светит.
Бай Си, заметив, что Су Гуан поднял голову, тоже взглянула на летящий объект – словно угадала его мысли.
Она протянула маленькую ручку и погладила его по голове.
Комментарии