Когда Ху Юйфэнь закончила готовить ужин, Шэнь Юань и дядюшка Сунь Фучунь с медицинским коробом за плечами как раз вошли в дом.
— Дядюшка Сунь, — Ху Юйфэнь, выйдя из кухни, поспешно поклонилась в знак приветствия, а затем с укором взглянула на Шэнь Юаня. — Да ведь ничего серьезного не случилось, зачем было дядюшку Суня беспокоить, заставлять его идти к нам?
Шэнь Юань усмехнулся:
— Лучше все-таки удостовериться.
— Присаживайтесь, дядюшка Сунь, — пригласив гостя за стол, он помог жене сесть напротив.
Проверив пульс, Сунь Фучунь довольно улыбнулся и, поглаживая бороду, произнес:
— И впрямь радостная весть, пульс плода. В остальном же – никаких опасений.
Получив подтверждение, Шэнь Юань мгновенно почувствовал облегчение и тут же спросил:
— Дядюшка Сунь, когда Юйфэнь рожала Ану, как раз случилось наводнение, и ее жизненные силы подорвались. Может, стоит выписать какие-нибудь лекарства, чтобы поправить здоровье?
В это время рождение ребенка для женщины было сродни прогулке у ворот преисподней – малейшая случайность, и в живых не оставалось ни матери, ни дитя.
За эти годы в деревне уже немало женщин погибло таким образом, и он не хотел, чтобы с его супругой приключилась беда.
Сунь Фучунь кивнул:
— Укрепить организм действительно не помешает. У меня есть несколько рецептов, вот только…
— Юйфэнь, вы с Камешком начинайте есть, а мы с дядюшкой Сунем выйдем, поговорим снаружи, — перебил его Шэнь Юань.
Ху Юйфэнь кротко кивнула, провожая взглядом мужчин, выходящих из маленького дворика.
За порогом Шэнь Юань поспешил объясниться:
— Простите за это, дядюшка Сунь. Просто Юйфэнь очень бережлива.
Сунь Фучунь с понимающей улыбкой закивал:
— Старик все понимает. Рецепт для укрепления сил и вправду влетит в копеечку.
— Для роженицы нет опасности страшнее, чем недостаток крови и ци. Во время родов теряется огромное количество жизненных сил, что ведет к кровотечению и гибели. Укрепить основу и восполнить запасы крови – вот что самое важное.
Услышав это, Шэнь Юань на мгновение замер. — Я помню, вы говорили, что в боевых искусствах тоже нужно укреплять основу и поддерживать полноту крови и ци. Неужели…
Сунь Фучунь смеясь подтвердил:
— Именно так. Целебный рацион, который дают в городских школах боевых искусств, – это, по сути, отличный укрепляющий состав.
— Вот только в тот рацион подмешивают травы, которые беременным противопоказаны, так что в чистом виде его использовать нельзя. Мой же рецепт будет куда мягче.
Шэнь Юань без малейших колебаний ответил:
— Тогда я полагаюсь на вас, дядюшка Сунь.
Тот махнул рукой:
— Как вернусь, сразу приготовлю снадобья. Зайдешь за ними, как будет время.
— Всего десять порций, по одной на месяц. Цена каждой – два ляна серебра. Это лучший состав, если же считаешь, что дорого…
— Не дорого, совсем не дорого, — Шэнь Юань сложил руки в приветственном жесте. — Благодарю за труды. Вечером я приду за лекарством.
Ради спасения жизни он бы нашел способ достать и двести лянов, не то что двадцать.
— Ну, тогда я пойду, — сказал Сунь Фучунь.
— Я вас провожу.
— Не стоит, возвращайся к ужину.
…
Стоило Шэнь Юаню вернуться во двор, как Ху Юйфэнь тут же бросилась ему навстречу:
— Со мной все в порядке, не смей тратить лишние деньги!
Шэнь Юань мягко взял ее за руку и серьезно произнес:
— Это просто обычные травы для укрепления организма, они недорогие.
— Не волнуйся, я обо всем позабочусь.
Ху Юйфэнь, покраснев, промолчала. Она знала, как муж дорожит ею, но понимала, что любые расходы в доме – это бремя, которое в итоге ляжет на его плечи.
— Пойдем есть.
Шэнь Юань сел за стол и, глядя, как Шэнь Вэньсин уплетает белый рис, довольно улыбнулся.
Закончив трапезу, он взял сына с собой и, запрягши воловью повозку, отправился в город продавать зерно.
Как и предполагал Фу Гуй, зерно семьи Шэнь было полным и крупным – товар высшего сорта. Цену за него дали на тридцать процентов выше, чем за обычное.
Отец и сын привезли по полной телеге и в общей сложности выручили тридцать лянов серебра.
— Батюшка, я хочу жареную курицу! — Стоило им выйти из лавки зерновика, как Шэнь Вэньсин с надеждой в голосе озвучил истинную цель своей поездки.
Шэнь Юань, ощущая в руках приятную тяжесть серебра, шутливо выругался:
— Уж какой ты обжора!
— Ну, батюшка…
— Купим, всё купим! Но сначала нужно взять фруктов для твоей матушки.
Ху Юйфэнь только забеременела, ее мутило от запахов еды, да и жара стояла невыносимая. Сочные фрукты помогли бы ей восстановить силы.
Они подкатили повозку к городской фруктовой лавке и набрали немного плодов. Когда пришло время расплачиваться, Шэнь Юань обнаружил, что за горстку фруктов просят почти лян серебра!
В эти времена за счастье считалось просто досыта наесться, так что фрукты были предметом роскоши. Он догадывался, что будет недешево, но не ожидал такой цены.
На один лян можно было купить почти два даня зерна. Выходило, что эта малость стоит как пара сотен цзиней еды?!
Сердце Шэнь Юаня облилось кровью, но он, стиснув зубы, заплатил.
В конце часа Петуха, когда Ху Юйфэнь с Камешком ушли к наставнику Лу, чтобы забрать Ану, Шэнь Юань тайком взял деньги и зашел к Сунь Фучуню за лекарствами.
Позже, поужинав всей семьей и уложив братьев спать, супруги остались одни.
— Почем сегодня продали зерно? — Спросила Ху Юйфэнь, поправляя постель.
Шэнь Юань почесал затылок и замялся, не зная, что ответить. Его жена знала счет каждой монете в доме, и покупку дорогого лекарства скрыть было невозможно.
Видя его молчание, Ху Юйфэнь достала из-под кровати небольшой деревянный ларец. После нехитрого подсчета оказалось, что в нем осталось всего сто шестьдесят восемь лянов.
— Выходит, за зерно в этом году выручили всего восемь лянов?!
Она не была невежественной простушкой и прекрасно понимала, сколько на самом деле стоит их урожай. — Муж мой, сколько серебра ты отдал за те лекарства?
Глядя на Шэнь Юаня, который совершенно не умел лгать, Ху Юйфэнь почувствовала, как на душе стало горько.
— Два… двадцать лянов.
— Это за десять порций, получается всего по два ляна за штуку! — Поспешно добавил Шэнь Юань, пытаясь преуменьшить значимость этой «огромной суммы».
Ху Юйфэнь поджала губы, тихо вздохнула и, закрыв ларец, задвинула его обратно под кровать, после чего села рядом с мужем.
Шэнь Юань медленно обнял ее за плечи, стараясь утешить:
— Деньги – прах, дело наживное. Главное – ты и дети. Впереди у нас долгая жизнь, всё наладится.
От этих слов у нее защипало в носу, и она прислонилась головой к его плечу.
— Я просто не хочу, чтобы ты так надрывался.
Они сидели, прижавшись друг к другу, согреваясь общим теплом.
— Юйфэнь, у меня есть идея, — заговорил наконец Шэнь Юань. — Сегодня в городе я покупал фрукты, и они обошлись в целый лян. Я вот о чем подумал: следующей весной нужно расчистить пять му нашего леса из десяти. Продадим древесину и посадим плодовые деревья. Так каждый год доход будет куда больше.
Лесные угодья не годились для пашни, и на десяти му их горного леса росли обычные деревья. Хворост шел на свои нужды, излишки продавали, но прибыли это почти не приносило.
Если же сменить лес на сад, заработок мог вырасти в разы.
— Это… — Ху Юйфэнь засомневалась. — Я слышала, за плодовыми деревьями очень сложно ухаживать. У тебя нет опыта, не слишком ли это рискованно?
Шэнь Юань кивнул, а затем улыбнулся:
— Раньше, может, и было бы сложно, но сейчас…
Он нежно погладил ее по волосам:
— Ты видела персиковые деревья у ворот наставника Лу?
Ху Юйфэнь на мгновение задумалась, вспоминая те два дерева, усыпанные плодами, мимо которых проходила каждый раз, когда забирала Ану. Персики там были крупные, ярко-красные – куда лучше тех, что продавали на городском рынке.
— Неужто ты заришься на деревья наставника? — Удивленно взглянула она на мужа.
— Разумеется, нет, — покачал головой Шэнь Юань. — Но эти персики вырастили наставник Лу и немой дядюшка. Они явно знают толк в этом деле. Завтра я пойду к ним за советом. Если они согласятся помочь, я тут же найду людей, чтобы продать часть леса на горе.
Эти слова немного успокоили Ху Юйфэнь. Она с нежностью и легким укором посмотрела на мужа:
— Ты уж точно ни единого шанса не упустишь.
Шэнь Юань лишь тихо вздохнул про себя: «А что поделать, если жизнь заставляет?»
Комментарии