Хуан Линсю приехала в деревню Золотой Ивы через три дня.
Дождь всё не унимался. Все эти дни Шэнь Юань и Ху Юйфэнь, улучив время, когда поблизости никого не было, перевозили зерно в сухое, скрытое от глаз место – пещеру неподалеку от пруда Черной Воды. Они уже успели переправить туда две телеги жита.
В полдень, желая угостить гостью, Ху Юйфэнь забила птицу и приготовила наваристую похлебку.
После обеда она поставила томиться укрепляющий отвар, чтобы Вэньань мог принять его и закалить тело.
— Муж мой, возьми серебро и отдай Линсю за меч и снадобья, — наставляла она Шэнь Юаня.
— Пусть они с Камешком еще не поженились, но даже если бы и поженились – негоже нам наживаться на чужой доброте.
Шэнь Юань кивнул, соглашаясь с мудрым словом жены.
Пусть семья Хуан и была богаче их, но, став родственниками, нельзя было превращаться в нахлебников. Это было бы бесчестно.
К вечеру, проследив, чтобы Вэньань выпил отвар и запомнил все наставления, Хуан Линсю засобиралась обратно в городок.
Шэнь Юань вышел к ней с увесистым кошелем.
— Деточка, возьми. Здесь плата за меч и лекарства, ты обязана принять.
Девушка долго отнекивалась и пыталась вернуть деньги, но, видя непоколебимость будущего свекра, всё же приняла кошель.
— Дядя Шэнь, Вэньань, я поехала!
— Вернусь через пару дней!
…
Лагерь пограничных войск округа Юньчжун.
Как только закончились дневные учения, Чжао Цзиньху со всех ног бросился к одной из палаток.
Двое часовых у входа тут же преградили ему путь.
— Братцы, мне… мне бы Шэнь Вэньсина увидеть… — Чжао Цзиньху задыхался от спешки, но лезть на рожон не смел, лишь вежливо сложил руки в приветствии.
— Это тот земляк Камешка? — Прищурился один из солдат, признав в нем знакомое лицо.
— Он самый! Он самый! — Закивал Чжао Цзиньху.
— Жди здесь.
Солдат нырнул в палатку и вскоре оттуда вышел Шэнь Вэньсин. На нем был черный тренировочный костюм, а поверх – темно-красный кожаный доспех, придававший ему весьма внушительный вид.
— Брат Цзиньху, что стряслось?
По прибытии в армию Шэнь Вэньсин ожидаемо стал пятидесятником в личном отряде Чжан Биня. Что же касается Чжао Цзиньху, то благодаря его недюжинной силе и росту его определили в щитоносцы.
— Камешек, я тут от солдат слышал, что в уездах Аньян, Иньян и Линьшуй из-за бесконечных ливней началось наводнение.
— Что же будет с нашей деревней?
Потоп?
Шэнь Вэньсин нахмурился. Он как-то не придавал значения погоде в тех краях.
— Брат Цзиньху, не паникуй раньше времени.
— Наша деревня уже переживала наводнения. Отец и дядюшка Чжао знают, как быть, они справятся. Ничего не случится.
— Я сегодня же напишу письмо домой, и ты пиши. Отправим их вместе, узнаем, как там дела.
Чжао Цзиньху закивал с облегчением.
— Я именно за этим и пришел, да только сейчас не время для полевой почты, вот и прибежал к тебе.
Шэнь Вэньсин кивнул:
— Сначала напиши, но помалкивай об этом. Я позже попрошу генерала помочь с отправкой.
Успокоив друга, юноша вернулся в палатку.
Чжан Бинь в это время сосредоточенно изучал карту. Заметив возвращение подчиненного, он мельком бросил:
— Что за шум?
Шэнь Вэньсин почтительно склонился:
— Прошу прощения, генерал, личное дело.
Чжан Бинь хмыкнул:
— Кончай передо мной ломаться!
— Выкладывай!
Шэнь Вэньсин невольно улыбнулся.
Благодаря заступничеству Хуан Юньсяо и тому, что юноша уже достиг пика стадии Постнебес, Чжан Бинь очень к нему привязался. Наедине они общались скорее как дядя с племянником.
— Докладываю генералу: мой земляк говорит, что в Аньяне, Иньяне и других уездах из-за дождей начались паводки. Переживает за родных.
Чжан Бинь на мгновение задумался:
— Слышал я об этом.
— И ты, поди, тоже места себе не находишь?
Шэнь Вэньсин не стал лукавить и кивнул.
— Что ж, дело житейское. Я бы разрешил тебе отправить весточку, но сейчас момент критический, любые связи с внешним миром в армии запрещены.
— Давай так: я поспрашиваю через своих людей брата Хуана, может, у него есть новости из ваших краев.
Запрет на переписку?
Шэнь Вэньсин внутренне вздрогнул. Видимо, армия готовилась к какому-то крупному маневру.
То, что Чжан Бинь в такой момент обещал разузнать о его семье, было проявлением высшей степени расположения.
— Премного благодарен, генерал!
Чжан Бинь махнул рукой и посерьезнел:
— Передай по частям: приказ Великого генерала. Завтра на рассвете сворачиваем лагерь. К началу месяца мы должны встать в восьмидесяти ли от округа Фэнсянь.
Шэнь Вэньсин четко отдал честь и вышел выполнять поручение.
Июнь.
Великое наводнение, терзавшее четыре уезда округа Юньчжун и семь уездов соседнего округа Янь, наконец начало отступать.
Этот паводок оказался куда страшнее того, что случился десять лет назад. Огромные пространства в одиннадцать уездов – более двух тысяч ли земли – превратились в бескрайнее море.
Теперь вода уходила, но посевы на десятках тысяч плодородных полей были полностью уничтожены.
В одночасье земли наполнились трупами умерших от голода, а число обездоленных стало неисчислимым.
— Юань, спасибо тебе. Если бы не ты…
У входа в пещеру над прудом Черной Воды собрались семьи Шэнь и Чжао Шуаня, а также наставник Лу и немой дядюшка.
Несколько дней подряд знаки в сознании Шэнь Юаня пророчили ливни, и он понял, что сезон дождей обернется катастрофой. Он успел предупредить Чжао Шуаня, и они вместе закупили в городе огромное количество зерна, перевезя его на хранение в горы.
Семья Хуан Цинчжоу тоже успела покинуть городок Юньшуй до того, как река Лайшуй прорвала плотины и затопила округу.
— Похоже, вода пошла на спад. Будем надеяться, это не помешает посадить культуры следующего сезона, — хмуро произнес Шэнь Юань.
Против небесной стихии человек бессилен. К счастью, они подготовились – все остались живы, потеряв лишь урожай и постройки.
— За природным бедствием всегда следует людское, — Лу Чжиюань сидел на сером камне, глядя вдаль. Его голос звучал тяжело.
— В годы моих странствий я видел земли, охваченные голодом. Видел ужас, когда отчаявшиеся люди менялись детьми, чтобы съесть их и не умереть.
— Теперь, когда берега Лайшуй разорены, миллионы простолюдинов остались без крова и еды. Они станут потоком беженцев.
— И этот поток, брат Шэнь, может быть опаснее любого наводнения. Не смей терять бдительность.
Шэнь Юань кивнул.
Он и сам об этом думал. Грань между добром и злом в человеке стирается, когда речь идет о выживании. Голодный беженец пойдет на что угодно ради горсти зерна.
— Брат Шуань, с этого дня будем дежурить по ночам по очереди.
В этой пещере за их спинами хранилось всё, что отделяло их семьи и наставника Лу от голодной смерти. Если кто-то прознает о запасах – беды не миновать.
Пролетело еще полмесяца.
На истерзанной потопом земле стали появляться первые тени измученных голодом людей.
В тот день Шэнь Юань стоял на страже у пещеры, когда увидел бегущего к нему человека.
— Хозяин!
— Хозяин!
— Беда пришла!
Это был Фу Гуй. Весь в крови, в изорванной одежде, он выглядел жалко.
— Дядюшка Фу, что случилось? — Шэнь Юань бросился к нему и помог присесть.
Фу Гуй запричитал, его голос дрожал от страха:
— Шайка бродяг набрела на наш сад! Они обчищают деревья, хватают всё подряд!
— Заправляет ими какой-то молодой парень из вашей деревни, по фамилии Ли.
— Я пытался их остановить, так он меня палкой огрел… Их слишком много.
— Хозяин… у-у-у… — старик разрыдался.
Лицо Шэнь Юаня вмиг потемнело от гнева.
На шум из пещеры выбежали Чжао Шуань и остальные.
— Юань, что там такое?
Шэнь Юань не ответил. Он лишь прищурился, подхватил стоящую рядом мотыгу и зашагал в сторону сада.
Чжао Шуань, помедлив секунду, схватил железную лопату и бросился следом.
Едва они скрылись за деревьями, как из лагеря выскользнула еще одна тень.
— Вэньань! — В ужасе закричала Ху Юйфэнь.
Но малыш даже не оглянулся. Прижимая к груди свой новый меч, он исчез в лесной чаще.
— Ану, скорее! Догони брата, верни его! — Матушка вцепилась в рукав Шэнь Вэньяня.
— Да не волнуйтесь вы так, мама. Отец рядом, к тому же этот малец уже на стадии Постнебес, он еще фору любому даст.
Ху Юйфэнь сердце было не на месте, но, понимая, что отец присмотрит за младшим, она заставила себя ждать.
Комментарии