— Что делать?! — Повторил Чжан, вцепившись в руль до побелевших костяшек.
Сюй Дэ нахмурился, лихорадочно соображая.
Ли Сян окинул взглядом море людей снаружи, и сердце его упало. Отдать Ван Мэй? Исключено. Если она вернется к ним, её попросту замучают до смерти.
Но какой был выход?
В этот момент кто-то из толпы швырнул камень. Раздался резкий звук.
«Бам!»
Окно пошло трещинами, заставив всех вздрогнуть.
— Открывай дверь, я пойду поговорю! — Ли Сян глубоко вдохнул и знаком приказал Чжану отпереть замок.
Он вышел к передней двери.
Стоило ему показаться, как толпа хлынула вперед, выкрикивая ругательства еще громче.
— Отдавай бабу!
— Семья Ли её купила, вы по какому праву грабите?!
— Где Ли Эрню? Баба его сбегает, а его всё нет?!
Ли Сян вскинул руки, стараясь перекричать гул:
— Тихо! Слушайте меня!
— Ван Мэй не жена Ли Эрню! Она жертва преступления, её похитили десять лет назад! Сейчас за ней приехали родные!
Стоило ему это произнести, как двое стариков снова протиснулись вперед. Увидев Ли Сяна в дверях, мать семейства плюхнулась прямо в грязь и заголосила:
— Ой, горюшко-то какое! За что мне доля такая горькая?!
— Мы копеечку к копеечке собирали, тысячи юаней отдали, чтоб сыночку жену справить… А она сбежать вздумала! Ой, не жить мне больше!
— Пользуетесь властью, сироток обижаете! Всю семью по миру пустить решили!
Семья, купившая Ван Мэй, – это были Ли Юцай и его жена Чжан Цуй. Именно они сейчас сидели на земле, хлопая себя по бедрам и причитая на всю деревню.
Лицо Ли Сяна стало багровым от гнева.
— Это незаконно! Вы препятствуете правосудию!
Но стоящим рядом мужикам было плевать. Один из них, лет пятидесяти, с наглым видом шагнул к офицеру.
— Какое «законно»? У нас тут свой закон!
Он сплюнул под ноги и продолжил:
— У меня баба тоже купленная, за восемьсот юаней взял!
— Да у нас полдеревни баб покупных! Что ж, вы всех заберете?!
— Совесть-то имейте, господа начальники!
Ли Сян задохнулся от возмущения:
— Ты!
Его глаза полыхнули яростью, но он сдерживался.
В глубине салона Сюй Дэ поднялся со своего места.
— Где местный партсекретарь? Почему его нет? — Спросил он, глядя в окно на нарастающий хаос.
Один из полицейских горько усмехнулся:
— В деревне Лицзя сменилось четыре секретаря. Двое уволились через неделю, один погиб в горах – несчастный случай, а четвертый еще не доехал.
Сюй Дэ понял всё без лишних слов. Понятно, почему здесь царит такое дремучее варварство…
Впрочем, если эти люди так невежественны, это можно использовать.
Он решительно направился к выходу. Полицейский попытался его остановить:
— Адвокат Сюй, вы куда?
— Попробую договориться, чтобы нас выпустили.
Бросив это, Сюй Дэ вышел к дверям.
Снаружи Ли Юцай продолжал орать:
— Никуда вы её не повезете!
Ли Сян хотел было ответить, но Сюй Дэ мягко отодвинул его и с доброжелательной улыбкой обратился к толпе:
— Да никто её не крадет, она здесь, в машине.
Он посмотрел прямо на Ли Юцая:
— Полиция ведь по закону действует. Неужели вы думаете, что они просто так бабу у вашего сына отберут? Кому она нужна-то, кроме мужа?
Ли Юцай хмыкнул, сложив руки на груди.
— Как не крадете, когда она уже в автобусе сидит?!
— Это не кража, — серьезно ответил Сюй Дэ. — Это исполнение государственной программы социальной помощи.
— Помощи? — Ли Юцай осекся. Толпа замерла, пытаясь переварить услышанное.
Ли Сян тоже покосился на адвоката с недоумением. Тот нес какой-то несусветный бред с самым честным лицом.
— Сейчас по всей стране вводится обязательное девятилетнее образование.
— Вашему внуку семь лет? По закону он должен идти в школу. А для этого нужна прописка – «хукоу».
— У матери его прописки нет. Как ребенка оформлять? Вот полиция и приехала, чтобы забрать её в город и поскорее оформить все документы на прописку.
Сюй Дэ врал и глазом не вел. Ли Сян только крякнул, глядя на это представление.
Деревенские нахмурились. В законах они не разбирались, но слова адвоката звучали как-то подозрительно. К тому же, полицейский только что говорил про похищение…
Может, этот городской их дурачит?
Но прежде чем они успели опомниться, Сюй Дэ в упор спросил Ли Юцая:
— Вы внуку прописку сделали?
Тот замялся и нехотя покачал головой:
— Нет.
— А хотите, чтобы он учился? — Продолжал Сюй Дэ.
Ли Юцай хотел было снова покачать головой, но адвокат перебил его:
— Школа бесплатная. За хорошую учебу деньги платят. А как прописку сделаете, вам и рис, и муку, и масло давать будут как субсидию. Всё даром.
— Глядишь, выучится малец – в деревню начальником вернется.
У Ли Юцая глаза полезли на лоб, а Чжан Цуй мигом вскочила с земли.
— И правда деньги дадут?
— Чистая правда, — кивнул Сюй Дэ.
Старики заметно заволновались – точно так же, как они волнуются в аптеках, когда там раздают бесплатные яйца. Однако Ли Юцай всё еще с опаской косился на автобус.
— А может, мы как-нибудь сами…
Сюй Дэ не дал ему закончить. Он обвел взглядом толпу и добавил:
— Если жалко невестку отпускать… что ж, дело ваше. Платите тогда штраф – двадцать тысяч юаней.
— Двадцать тысяч?! — Ахнул Ли Юцай. Для него это была заоблачная сумма. Они Ван Мэй дешевле купили!
— А если на прописку везти… — подала голос Чжан Цуй. Страх перед штрафом в ней явно перевесил страх потерять невестку. — Когда она вернется-то?
— Если обернемся быстро, то к вечеру уже дома будет.
Сюй Дэ выдержал паузу и с усмешкой добавил:
— Или вы боитесь, что она сбежит?
Он весело рассмеялся:
— Да побойтесь бога! Ребенок-то здесь остается. Куда ж она от своего дитя денется?!
Эти слова сработали безотказно. Ли Юцай и его жена заметно расслабились.
Соседи тоже закивали:
— И то верно, Юцай. Малец-то дома.
— Не бросит она его, кровь не водица!
— Раз к вечеру вернут, так чего ж… Пусть едет…
Толпа зашушукалась, градус напряжения начал падать.
Ли Сян с изумлением посмотрел на Сюй Дэ. Прием был прост как дважды два: отвлечь внимание выдуманной причиной, заставить людей успокоиться, а под конец добить их мощным страхом и «логичным» аргументом.
В состоянии растерянности люди легче всего принимают готовые ответы. А для этих крестьян наличие ребенка было железным залогом того, что женщина никуда не денется. И даже если они в глубине души понимали, зачем приехала полиция, теперь у них был повод уступить, не теряя лица!
«И этому учат в лучших университетах?» – подумал Ли Сян. — «Странные там программы…»
Но ему было всё равно. Главное – результат.
Однако стоило всем немного выдохнуть, как тишину разорвал яростный крик:
— Кто?! Кто бабу мою ворует?!
— Отпускай её, сука!
Голос прозвучал как удар грома. Толпа расступилась.
К автобусу шел коренастый мужчина ростом около ста семидесяти сантиметров, с тяжелым, мясистым лицом и узкими, злыми глазами.
Он был очень похож на Ли Юцая. Одетый в грязную рабочую одежду и заляпанные сапоги, он пер напролом.
Сюй Дэ внутренне подобрался. Это, без сомнения, был сын Ли Юцая – Ли Эрню.
— Где она?! Я за неё деньги платил!
Ли Эрню был в ярости. Он с силой толкнул Ли Сяна, пытаясь ворваться в автобус. Крестьянская сила была огромной – офицер едва удержался на ногах.
— Ли Сян! — Полицейские тут же преградили путь дебоширу.
Ли Юцай и Чжан Цуй бросились к сыну.
— Эрню, погоди! Тут дело такое…
— Говорят, деньги дадут и прописку сделают…
Старики и соседи окружили его, наперебой пересказывая легенду Сюй Дэ. Ли Эрню слушал, и в его глазах недоверие сменялось угрюмой задумчивостью.
Наконец он буркнул:
— Ладно. Но я один её не отпущу. Я с ней в автобусе поеду!
Ли Сян на секунду замялся, переглянулся с Сюй Дэ и, увидев кивок адвоката, ответил:
— Хорошо. Заходи.
Это был компромисс. Пусть едет. Как только они выберутся из деревни и доедут до участка, Ли Эрню быстро поймет, что здесь его мнение никого не волнует.
— Поехали. Постараемся к вечеру вернуться.
Ли Сян посторонился с кривой усмешкой.
Ли Эрню, не говоря ни слова, тяжело поднялся по ступеням в салон. Полицейские внутри напряглись, провожая его взглядами, полными подозрений.
Эрню прошел в конец автобуса.
Увидев «мужа», Ван Мэй втянула голову в плечи, её начало бить крупной дрожью, дыхание стало частым и прерывистым.
Ван Цян же, напротив, выпрямился. Он смотрел на Ли Эрню не мигая, а его руки, обнимавшие дочь, сжались как стальные тиски.
Ли Сян уже хотел дать команду Чжану трогаться, но вдруг сзади раздался хриплый рев:
— А ну пошла вон из машины!
Ли Эрню с искаженным от злобы лицом внезапно вцепился в запястье Ван Мэй и рванул её к выходу.
— Выходим! К черту прописку! Домой пошла!
В нем взыграло упрямство собственника. Он тащил женщину за собой как вещь.
Ли Сян мгновенно сориентировался:
— Держать его!
Полицейские бросились вперед, но Ван Цян оказался быстрее. Видя, как его дочь пытаются снова утащить в ад, он впал в неистовство. С диким криком он вцепился зубами в руку Ли Эрню.
— А-а-а!
Ли Эрню взвыл от боли и невольно разжал пальцы.
В ту же секунду иссохший Ван Цян протаранил его плечом в живот, выталкивая к открытой двери.
Всё произошло за доли секунды. Даже Сюй Дэ не успел среагировать.
Когда все опомнились, Ли Эрню и Ван Цян уже кубарем вылетели из автобуса в дорожную пыль.
— Дело дрянь! — Выдохнул Ли Сян. Он не раздумывая потянулся к кобуре на поясе.
Мгновение – и в его руке блеснула сталь.
Пистолет.
— Всем стоять! Не двигаться!
— Стрелять буду!
Ли Сян рявкнул во всю мощь легких, целясь в толпу. Лицо его было каменным.
Крестьяне на секунду замерли, но тут один из мужиков с безумным видом выставил грудь вперед:
— На, стреляй! Давай, убей меня!
— Полиция людей убивает!
— Сволочи! Думаете, раз с пушкой, так можно над нами измываться?!
Толпа, которую только что удалось успокоить, взорвалась с новой силой. Люди окружили автобус, начали бить палками по бортам и стеклам. Пистолет в руках Ли Сяна их больше не пугал.
А снаружи…
— Ах ты, старая крыса!
Ли Эрню поднялся с земли, задыхаясь от ярости. Он лихорадочно огляделся, выхватил у стоявшего рядом соседа серп для жатвы и с диким воплем бросился на Ван Цяна.
Заточенное лезвие холодно блеснуло на солнце.
Ван Цян инстинктивно вскинул руки.
«Хвать!»
Он чудом успел перехватить запястье Эрню. На руках старика вздулись вены, лицо побагровело от натуги. Они сцепились в смертельной схватке, кончик серпа опасно гулял между их телами.
«Бам!»
Кто-то из толпы ударил Ван Цяна сзади палкой. Ноги его подогнулись, он рухнул на колени.
Ли Эрню повалился вместе с ним. Толпа тут же сомкнулась вокруг них, скрыв дерущихся из виду.
Начался сущий хаос: крики, ругань, звуки ударов.
До тех пор, пока…
«БАБАХ!!»
Громовой раскат ударил по ушам, заглушив все прочие звуки.
Все вздрогнули и замерли как вкопанные, разом повернув головы к источнику звука.
Это был выстрел.
— Всем не двигаться! Стоять на месте!
Ли Сян тяжело дышал, ствол его пистолета всё еще дымился.
— Это было предупреждение!
— Назад! Бросить всё, что в руках! Живо!
Он… он и правда выстрелил…
Лица крестьян вытянулись. Храбрость мигом испарилась. Они начали трусливо пятиться, бросая в пыль свои мотыги и серпы.
Ли Сян с суровым видом пошел вперед, не опуская оружия.
Когда толпа расступилась, перед глазами предстали Ван Цян и Ли Эрню.
Ван Цян лежал на земле, а Ли Эрню сидел на нем верхом. Оба застыли в странном оцепенении.
Ли Сян нахмурился:
— Разойдись! Кому сказал!
Но двое на земле не реагировали.
«Динь…»
Тихий звон упавшего железа заставил всех вздрогнуть.
В ту же секунду Ван Цян с нечеловеческим усилием вырвался, оттолкнул противника и вскочил на ноги рядом с Ли Сяном. Его лицо было искажено, глаза налились кровью, он дышал тяжело и хрипло, как загнанный зверь.
А Ли Эрню так и остался стоять на коленях.
Ли Сян глянул на землю: рядом с Эрню лежал серп, и всё его лезвие было в крови.
— Кровь?!
Живот Ван Цяна тоже был залит красным, от него шел резкий железный запах.
Ли Сян рванул на нем одежду, осматривая тело.
Но раны не было.
— Это кровь Ли Эрню! — Раздался голос Сюй Дэ. Адвокат смотрел в окно автобуса, и его зрачки сузились.
Кровь Ли Эрню?
Все взгляды обратились к мужчине на коленях.
Тот мелко дрожал. Было слышно, как он с трудом ловит ртом воздух.
Затем Ли Эрню, пошатываясь, начал подниматься, прижимая руки к животу.
Взгляд его был пустым и непонимающим. Но никто не смотрел ему в лицо – все взгляды были прикованы к его рукам.
Тот самый серп, что лежал на земле… он выпал прямо из его раны!
Одежда на животе была вспорота, а под ней зияла страшная дыра.
«Бульк…»
В горле Ли Эрню что-то клокотало. Кровь хлестала сквозь пальцы, заливая сапоги. Он сделал один неверный шаг, другой…
И в этот момент…
Густая струя крови ударила в пыль, а следом из раны, будто скользкие розовые щупальца, начали вываливаться петли кишечника. Ли Эрню в ужасе попытался подхватить свои внутренности, запихнуть их обратно…
Но в глазах его потемнело.
«Плюх!»
Он рухнул лицом в грязь. Его зрачки начали медленно расширяться.
Кровь из распоротого живота быстро пропитывала сухую землю, превращая её в бурую кашу. Пятно под ним росло на глазах.
Он был мертв.
При виде этого наступила оглушительная тишина.
Минуту спустя…
Чжан Цуй закрыла лицо руками и зашлась в истошном, режущем уши крике:
— УБИЛИ!! УБИЛИ-И-И!!
Комментарии