Когда прозвучал этот голос, от Чжан Бинсиня, восседавшего на судейском месте, незримо разошлась волна авторитета, захлестнувшая весь зал суда.
В Первом зале суда все затаили дыхание, устремив взгляды на Чжан Бинсиня в центре, и прислушались.
— Настоящее дело возбуждено органом государственного обвинения, Прокуратурой города Люйшэнь средней ступени. Подсудимый Ван Цян обвиняется в умышленном убийстве. Обвинительное заключение направлено в суд 10 октября 2002 года.
— В соответствии с установленным порядком, Народный суд города Люйшэнь средней ступени в составе Первого уголовного судебного присутствия приступает к открытому слушанию дела.
— Председательствующим по делу назначен судья Чжан Бинсинь, секретарь судебного заседания…
— Судебное заседание объявляется открытым!
Началось… Суд начался!
В тот миг, когда прозвучали эти слова, сердца сотен людей дрогнули, а зрачки невольно сузились.
В зале среди слушателей Чжан Ся с напряженным лицом поспешно выхватила блокнот и ручку, делая записи.
Не только она – остальные присутствующие тоже были потрясены, в их душах бушевал шторм.
«Умышленное убийство? Прокурор и впрямь выдвинул обвинение по статье об умышленном убийстве!»
«Это же тягчайшее из тяжких преступлений…»
«Человек десять лет искал ребенка, а спасая дочь, случайно убил покупателя… и Прокуратура обвиняет его в умышленном убийстве? У меня слов нет, одни выражения!»
Среди слушателей поднялся приглушенный ропот: люди склоняли головы, пораженно цокая языками.
Хотя в объявлении перед входом заранее указывалось, в чем обвиняют Ван Цяна, услышать это из уст судьи было совсем иным потрясением.
Если всё это опубликуют в газетах… страшно представить, какой взрыв общественного негодования произойдет!
За столом обвинения прокурор Ху Гуан сидел с каменным лицом. Его взгляд был острым – он напоминал лишенную эмоций машину.
Напротив, сидевший рядом адвокат Чэнь Вэй обернулся и бросил ободряющий взгляд на Ли Юцая и Лю Цуй.
Сразу после этого он перевел взор на Сюй Дэ, и в его глазах блеснула насмешка.
«Хе, как только начнется детальный разбор умысла… от этого обвинения так просто не отмахнешься!»
Одно и то же преступление можно квалифицировать по множеству оснований.
Умышленное убийство не исключение: оно подразделяется на несколько видов «умысла», и под один из них Ван Цяна можно подогнать в любом случае!
— Посмотрим, как ты будешь защищаться! — Чэнь Вэй уставился на Сюй Дэ с холодной ухмылкой.
В этот момент в самом центре зала, на высоком судейском подиуме, символизирующем правосудие…
— БАМ!
Удар молотка мгновенно оборвал все шепотки в зале.
Председатель суда Чжан Бинсинь устремил свой взгляд, казалось, видящий людей насквозь, на сторону обвинения и медленно произнес:
— Слово предоставляется стороне обвинения для оглашения обвинительного заключения.
На скамье подсудимых Ван Цян, запертый за барьером, судорожно сжал скованные цепью руки.
Прокурор Ху Гуан глубоко вздохнул.
Держа в руках документ, он медленно поднялся и начал:
— Уважаемый председатель суда, уважаемые судьи.
— Подсудимый Ван Цян, 52 года, родился 17 апреля 1950 года, был задержан 2 октября 2002 года по подозрению в совершении умышленного убийства.
— В ходе расследования судом установлено, что дочь подсудимого Ван Цяна незаконно удерживалась, находилась в заточении и подвергалась изнасилованиям со стороны потерпевшего. Вследствие этого подсудимый в состоянии крайнего эмоционального возбуждения первым вступил в конфликт с потерпевшим.
— Далее подсудимый Ван Цян по собственной инициативе применил насилие к потерпевшему Ли Эрню, после чего, используя орудие преступления, причинил потерпевшему смерть на месте!
Здесь Ху Гуан внезапно сделал паузу. Его брови сошлись на переносице, тон стал предельно суровым.
Он слегка приподнял голову и посмотрел прямо на щуплую фигуру Ван Цяна.
В следующий миг его голос загремел на весь зал:
— Данные действия нарушают статью 232 Уголовного кодекса Восточного Государства и квалифицируются как умышленное убийство. Факты преступления ясны, доказательства достоверны и достаточны!
— Прокуратура поддерживает государственное обвинение и просит суд вынести приговор подсудимому в соответствии с законом!
Его речь была логически выверенной и законченной.
Каждое слово ложилось на грудь Ван Цяна многотонным камнем, не давая дышать. Он сжимал скованные руки всё крепче и крепче.
За судейским столом Чжан Бинсинь кивнул.
Дело о похищении неразрывно связано с убийством, но в ходе процесса это не может полностью оправдать Ван Цяна – лишь послужить основанием для некоторого смягчения.
— Прошу представителя потерпевшего высказать мнение по данному делу.
Председатель суда Чжан Бинсинь перевел свой строгий взгляд на адвоката Чэнь Вэя, сидевшего рядом с обвинением.
Услышав это, сотни людей одновременно повернули головы в его сторону.
Чэнь Вэй глубоко вдохнул.
Он встал, обвел взглядом огромный Первый зал суда и, бросив на Сюй Дэ коварную улыбку, начал:
— Уважаемый председатель суда, судьи и присутствующие в зале.
— Я являюсь представителем потерпевшего по гражданскому иску в рамках уголовного процесса, адвокат Чэнь Вэй. Основываясь на обстоятельствах дела, излагаю позицию по части гражданского возмещения ущерба.
— Умышленные действия подсудимого Ван Цяна стали прямой и единственной причиной смерти потерпевшего. Согласно закону, он должен нести полную гражданскую ответственность по возмещению убытков!
Голос Чэнь Вэя внезапно окреп и зазвенел в ушах присутствующих:
— Председатель суда, вот полные данные о семейном положении стороны потерпевшего.
С этими словами он поднял пачку документов и передал их секретарю.
— Согласно Гражданскому кодексу Восточного Государства, подсудимый обязан выплатить компенсацию в связи со смертью в размере 49 700 юаней!
— Также он обязан возместить расходы на содержание нетрудоспособных лиц. Родителям потерпевшего, отцу Ли Юцаю и матери Лю Цуй по 61 году. Они сельские жители, не имеют пенсии, источников дохода и трудоспособности.
— У потерпевшего не было братьев и сестер.
— По закону сумма компенсации на содержание родителей составляет 64 600 юаней!
— Кроме того, подсудимый должен покрыть расходы на погребение в размере 4 043 юаня, а также транспортные, медицинские расходы и расходы на проживание в сумме 1 762 юаня…
— Принимая во внимание, что у пожилых людей не осталось других детей, они лишились опоры в старости и испытывают колоссальные моральные страдания, наша сторона требует дополнительную компенсацию в размере 100 000 юаней. Итого…
Здесь Чэнь Вэй сделал паузу и в следующую секунду выдохнул цифру, повергшую зал в шок:
— 218 343 юаня!
Почти двести двадцать тысяч?!
Двести двадцать тысяч за смерть одного человека? Много ли это? Кажется, что нет.
Но на дворе стоял 2002 год!
В это время сельский рабочий получал меньше восьмисот юаней в месяц, и восемьсот считались хорошей зарплатой для квалифицированного специалиста!
Сколько лет обычному рабочему нужно копить, не пить и не есть, чтобы собрать двести двадцать тысяч?
272 месяца.
Целых 22 года, почти 23!!
— Двести двадцать тысяч?! Родственники с ума сошли! За нормального-то человека столько не всегда выплачивают, а тут за похитителя требуют такие деньги?!
В зале слушателей даже видавшие виды репортеры не могли скрыть изумления.
Тишина, установившаяся в начале заседания, сменилась ропотом и пересудами, несмотря на висящий над головами государственный герб.
— Двести двадцать тысяч? Почему бы ему просто не пойти и не ограбить банк?!
— Бесстыдство… какое бесстыдство! Настоящие грабители!
— И как только язык повернулся такое требовать?!
— Этот законник без зазрения совести накрутил сумму. Наверняка он сам подговорил Ли Юцая и Лю Цуй просить столько. Подонок, скотина…
Репортер Чжан Ся перестала писать. Она подняла голову, с негодованием глядя на невозмутимого Чэнь Вэя.
Тут и думать нечего.
Наверняка переговоры с адвокатом подсудимого не задались, и он решил выплеснуть злобу прямо в суде, заломив иск в 220 тысяч!
Но ведь…
Эту ношу придется нести Ван Цяну и Сюй Хун!
Чжан Ся стиснула зубы. Глядя на сидящего на скамье подсудимых Ван Цяна – ростом всего метр шестьдесят, худого настолько, что тюремная роба висела на нем мешком, – она чувствовала, как внутри всё клокочет.
— Сволочь! — Не сдержавшись, прошептала она ругательство.
В отличие от взволнованных слушателей, порядок в зоне процесса не нарушился, хотя лица участников изменились.
Ли Юцай и Лю Цуй, услышав сумму, задышали чаще. В их глазах вспыхнул алчный блеск, они едва сдерживали возбуждение.
Прокурор Ху Гуан слегка нахмурился и покосился на Чэнь Вэя, но промолчал.
Председатель суда Чжан Бинсинь тоже помрачнел. Спустя мгновение он спросил:
— Присутствуют ли родители потерпевшего в зале?
Ли Юцай и Лю Цуй встрепенулись. Возбуждение на их лицах мгновенно сменилось скорбью:
— Здесь мы, здесь! Туточки мы!
Словно осознав, что радость была неуместна, они тут же переменились в лице. Лю Цуй опустила голову и начала всхлипывать, время от времени переходя на рыдания.
Чжан Бинсинь остался безучастен к этой сцене. Поразмыслив, он спросил:
— Истцы, подтверждаете ли вы слова вашего представителя?
Ли Юцай, размазывая слезы по лицу, ответил:
— Всё так, адвокат Чэнь правду говорит.
— Мне под сорок было, когда сын родился. Горбатились в поле, чтоб его вырастить, думали – вот, женился, внуков дождались, будет кому в старости стакан воды подать…
— А тут такое горе случилось!
В этот момент Лю Цуй выкрикнула:
— Мы эту неблагодарную девку десять лет кормили! И вот как она отплатила… Десять лет!
— Ела наше, пила наше, сколько денег на нее извели! Нет чтоб спасибо сказать – она с этим убийцей сговорилась и сына нашего погубила! Нет правды, нет справедливости! Ваша честь, заступитесь за нас!
Закончив причитать, она зашлась в громком плаче. Слезы текли ручьем.
Весь зал наполнился ее стенаниями.
Однако присутствующие чувствовали лишь глухое раздражение. Многие хмурились всё сильнее, а затем бессильно вздыхали.
Если бы убитый официально считался торговцем людьми, был бы простор для маневра, и никакие вопли Ли Юцая и Лю Цуй не помогли бы.
Но он не был признан «торговцем людьми» – в суде его действия так не квалифицировали!
По закону это считалось нетяжким преступлением!
Как ни трудно в это поверить, Ли Эрню совершил проступок, а Ван Цян убил человека за этот проступок.
И раз убийство произошло из-за малозначительного нарушения, родственники имели полное право требовать компенсацию, причем по максимуму!
Но всё же…
— Двести двадцать тысяч… — пробормотал кто-то. Вскоре в зале воцарилась тишина, прерываемая лишь редкими всхлипами.
Прошло время.
— Фух.
Председатель суда Чжан Бинсинь глубоко выдохнул и, сосредоточив взгляд, посмотрел на сторону защиты, а именно на…
Скамью защиты!
Там, за длинным столом, сидел молодой человек в строгом костюме с идеально прямой спиной.
— Сторона защиты, — обратился Чжан Бинсинь к Сюй Дэ с высокого подиума. — Имеются ли у вас возражения против доводов государственного обвинения, представителя потерпевшего и истцов?
Как только прозвучали эти слова, ропот в зале стих. Сотни людей одновременно повернули головы, сосредоточив всё внимание на единственном защитнике – Сюй Дэ.
Тишина.
Звенящая тишина.
Сюй Дэ медленно поднялся. Он огляделся по сторонам без тени волнения на лице.
— Уважаемый председатель суда, присяжные заседатели. Относительно сказанного оппонентами…
— Утверждения стороны обвинения не подкреплены доказательствами и не могут быть приняты! Изложенные факты не соответствуют действительности! Суд не должен принимать их на веру!
— Представитель потерпевшего прибегает к преувеличениям и субъективным домыслам, полностью искажая объективную картину!
— Слова обеих сторон лишены доказательной базы, являются плодом воображения и противоречат реальности. Они не подлежат учету!
— В действительности же…
Сюй Дэ на мгновение замолк.
Затем его голос зазвучал отчетливо и уверенно:
— Мой подзащитный Ван Цян никогда не имел умысла на убийство.
— То, что называют убийством, на самом деле было справедливым поступком, совершенным в силу сложившихся обстоятельств ради защиты семерых сотрудников полиции. Его действия были продиктованы необходимостью предотвратить угрозу их жизни и здоровью!
Судейский стол:?
Зал слушателей:?
За столом обвинения прокурор Ху Гуан, погруженный в свои мысли, вздрогнул. Он поднял голову и ошарашенно уставился на Сюй Дэ.
Что… что он несет?!
Комментарии