Се Яо застыла на месте, во все глаза глядя на него со смесью изумления и шока.
Секунды три-четыре она молча хлопала ресницами.
— Что вы сказали? Я лгу? Зачем мне лгать?
— Вот это как раз вы у себя и спросите! Я охотно верю, что вы сочинили отличную историю, но Ломбард Зла принимает лишь проклятые артефакты, а не сказки, — с каменным лицом отрезал Лу Фэй.
— Вы… Если вы не в состоянии принять эту вещь, так и сказали бы! К чему эти нелепые отговорки?! — Се Яо почувствовала себя смертельно оскорбленной и до боли сжала кулаки.
Лу Фэй вытащил из шкатулки тусклый пучок черных волос.
— Госпожа Се, это и есть то, что вы собираетесь заложить?
Ни малейшей зловещей ауры от волос не исходило. Самые обыкновенные, заурядные пряди.
— Да быть не может!
Лицо Се Яо побледнело от ужаса. Она вскочила на ноги, схватила шкатулку и принялась отчаянно ее проверять.
— Там же лежало ожерелье! Куда оно делось? Почему здесь волосы?!
С этими словами она подтянула сумочку и одним движением вытряхнула все содержимое на журнальный столик, панически шаря среди вещей.
— Как так… куда оно пропало?
— Перед выходом я точно положила его в эту коробку! Почему тут волосы?
В ее растерянности не было ни капли фальши, но еще важнее то, что от нее явственно разило скверной, которую невозможно подделать.
Лу Фэй на мгновение задумался, выдвинув одну догадку:
— Госпожа Се, если вы не лщете, остается лишь второй вариант.
— Какой еще вариант? — Се Яо замерла, испуганно глядя на него.
— Тварь заморочила вам голову, и вы подменили вещь сами. Она знала, что сегодня вы принесете ее сюда, — голос Лу Фэя стал тяжелым.
— Она знала?
— Проклятые артефакты обычно порождают лишь остаточные мысли или жгучую злобу. Они влияют на людей, действуя исключительно на уровне инстинктов. Но чтобы артефакт заранее ведал о человеческих мыслях и планах… Такое встретишь нечасто.
— И что же мне делать? Управляющий Лу, вы… вы не могли бы поехать со мной и забрать его из дома?
Се Яо пробрала ледяная дрожь, она была близка к панике.
Оставаться с тем ожерельем один на один она больше не смела.
Лу Фэй и сам чувствовал себя не в своей тарелке.
Поразмыслив, он ответил:
— Хорошо, но у меня есть условие.
Се Яо тут же затараторила:
— Деньги не проблема!
— Не спешите, госпожа Се. Сколько дать за вещь и как именно оформить залог, мы обсудим после того, как я ее осмотрю, — Лу Фэй поднял визитницу деда. — Когда все закончится, я хочу повидаться с тем, кто дал вам эту визитку.
Се Яо растерялась. Она уже приготовилась к тому, что Лу Фэй задерет астрономическую цену за свои услуги, но тот потребовал то, что никак не было связано с деньгами.
На долю секунды на ее лице промелькнуло странное выражение, но она тут же кивнула:
— Без проблем!
— А теперь опишите мне, как выглядело это ожерелье.
— Я не слишком разбираюсь в материалах… Это была нить бусин. Что-то среднее между нефритом и простым камнем, серовато-белые с желтизной, очень необычные.
— Серовато-белые с желтизной? — В голове у Лу Фэя забрезцила догадка. — Подождите, я соберусь.
Он повернулся и ушел в подсобку лавки, откуда принес кое-какие вещи, укладывая их в рюкзак.
Работать с нечистью – дело изначально опасное, малейшая оплошность может стоить жизни.
В этом ремесле высоки барыши, но риски – еще выше.
Тем не менее, это была его первая самостоятельная сделка. Отступать перед лицом опасности нельзя, иначе он потеряет право зваться хозяином Лавки Демонов.
К тому же, у этой женщины находилась визитка его деда.
Дед никогда не разбрасывался визитными карточками просто так, а значит, старшие этой женщины должны были состоять с ним в давних и близких отношениях.
— Госпожа Се, мы можем идти.
Заперев дверь, они вдвоем быстро прошли по улице антикваров и поймали такси до дома Се Яо.
Солнце клонилось к закату.
Перед глазами Лу Фэя вырос небольшой особняк, окутанный сумерками.
— Вот мой дом. Я люблю тишину, так что, помимо экономки, я живу здесь одна.
Се Яо провела Лу Фэя внутрь.
Интерьер и убранство коттеджа поражали изысканным вкусом – сразу видно, что хозяйка не бедствует.
— Госпожа, вы вернулись.
Едва дверь отворилась, их встретила женщина средних лет – ей было за сорок.
— Матушка У, не до того сейчас, у меня срочные дела!
Почувствовав, как поджимает время, охваченная страхом Се Яо под удивленным взглядом экономки поспешно повела Лу Фэя на второй этаж.
Главная спальня на втором этаже.
Се Яо щелкнула выключателем и, собравшись с духом, окинула комнату тревожным взглядом.
— Вот оно!
Она указала на туалетный столик, где аккуратно лежала нить четок-ожерелья.
Лу Фэй достал из рюкзака пару кожаных перчаток, натянул их, подошел к столику и осторожно поднял ожерелье, чтобы изучить его.
Вещь обожгла пальцы ледяным холодом!
Ожерелье было собрано из мелких, неправильной формы бусин сероватого оттенка. От долгого ношения они приобрели жирный блеск, отливая тусклой, болезненной желтизной.
На каждой бусине был вырезан причудливый символ, вокруг которого едва заметно клубился черный дымок.
Лу Фэй пересчитал их: ровно сорок девять бусин.
Такая фактура. Такая злобная энергия.
Сомнений не оставалось.
— Ожерелье из человеческих костей! — Озвучил свой вердикт Лу Фэй.
— Что?!
Хотя Се Яо и морально готовила себя к худшему, от слов Лу Фэя ее тело невольно зашаталось.
— Из человеческих костей?
— Верно. В тантрическом буддизме есть такие украшения – габала. Их делают из черепов или фаланг пальцев высокопоставленных лам. Считается, что габала помогает монахам в практике: чем выше духовный сан ламы, тем мощнее эффект от такого артефакта.
Лу Фэй странно посмотрел на женщину.
— Но ведь габалы не созданы для того, чтобы их носили все подряд! Обычному человеку ни за что не сдержать такую силу. Редко кто коллекционирует столь мрачный антиквариат. Скажите, госпожа Се, как вас вообще угораздило купить эту вещь?
Вилла не выглядела обставленной для любителя редкостей: здесь даже подставки для древностей не нашлось, а интерьер тяготел к современному стилю. Се Яо совсем не походила на человека, увлеченного подобными хобби.
Се Яо горько улыбнулась:
— Вы поверите, если я скажу, что понятия не имею? Как я ни стараюсь, в памяти не осталось ни следа того, откуда оно взялось. Но я могу поручиться: я его не покупала, меня вовсе не привлекают такие вещи.
— Разумеется, я верю. Проклятые предметы туманят разум. Они способны не просто морочить глаза, но и стирать воспоминания, — понимающе кивнул Лу Фэй.
Это признание принесло Се Яо крошечное утешение: раньше, когда она пыталась кому-то открыться, ей лишь говорили, будто у нее просто сдали нервы на работе, и советовали побольше отдыхать.
Когда человек не сталкивался с подобным на собственном опыте, по-настоящему сочувствовать он не способен.
Она робко переспросила:
— Выходит… это ожерелье и есть габала?
— Нет. В том-то и загвоздка, — Лу Фэй покачал головой, нахмурившись и вглядываясь в костяное ожерелье. — На настоящих габалах не вырезают знаки. А на этом… на каждой бусине что-то начертано.
— Что именно? Это имеет какой-то особый смысл? — Встревожилась Се Яо.
— Я не могу разобрать. Похоже на какие-то руны или письмена. Бусин ровно сорок девять штук, и не знаю, кроется ли в этом тайный умысел.
Лу Фэй говорил правду: он перебрал в памяти все истории о проклятых вещах, что слышал от деда, но ничего похожего вспомнить не смог.
— Тогда вы сможете от него избавиться? — Этот вопрос волновал Се Яо сильнее всего.
Комментарии