Вечер, в жилом комплексе стало тихо.
— Добро пожаловать домой, — раздался интеллектуальный голос из динамика у калитки. Фан Юй, всё это время сидевший в гостиной, поднялся и направился к выходу.
Издалека он увидел, как во двор входит мужчина средних лет в повседневной одежде и крепкого телосложения. Его виски слегка поседели, а на грубом лице читалась нескрываемая усталость.
Однако, заметив Фан Юя, мужчина всё же улыбнулся:
— Фан Юй.
— Пап, — отозвался Фан Юй.
Этим человеком был его отец, Фан Пинъань. После ухода матери он в одиночку тянул на себе всю семью.
Они направились к дивану в гостиной.
— Где Сяо Лун и Сыюэ? — Спросил Фан Пинъань, снимая верхнюю одежду и откладывая сумку.
— Я отправил их спать, — ответил Фан Юй, а затем указал на стакан с водой на журнальном столике:
— Пап, ты только пришел, выпей воды. Думаю, за весь день ты и капли не сделал.
— Хорошо, — улыбнулся Фан Пинъань.
В свое время он тоже учился в профильном училище боевых искусств, и на пике формы его уровень жизни достигал 15-го ранга. Но с возрастом, из-за заброшенных тренировок и бесконечных банкетов с алкоголем, он нажил немало хронических заболеваний.
Один из важнейших советов врача гласил: регулярно пить больше воды.
— Пойдем, поднимемся наверх, поклонимся твоему прадеду и маме, — негромко произнес Фан Пинъань.
— М-м, — кивнул Фан Юй. Несколько лет назад, когда он только поступил в университет, отец посвятил его в семейные тайны, и тогда он осознал, какую ответственность должен на себя принять.
Вилла имела цокольный этаж с тренировочным залом и три надземных этажа.
На третьем этаже находилась небольшая отдельная комната – «малая кумирня» семьи Фан. Отец и сын вошли внутрь.
Стоило им закрыть дверь, как автоматически включилось сенсорное освещение.
Комната была небольшой, даже отделка выполнена в современном стиле, а вместо настоящих ароматических палочек использовались «электронные свечи». Здесь царил покой.
Внутри стояли всего три поминальные таблички.
Фан Пинъань замер перед ними, а Фан Юй безмолвно встал рядом, скользя взглядом по именам: прадед «Фан Тянько», бабушка Тао Юйцзе, мать «Бай Цин».
Затем Фан Юй вслед за отцом совершил обряд поклонения.
— Фан Юй, помнишь, я рассказывал тебе о прадеде, когда ты закончил школу? — Фан Пинъань повернулся к сыну.
— Помню, — кивнул тот.
В тот год, после окончания школы и зачисления в профильное училище, отец поведал ему, что прадед Фан Тянько был в числе первых переселенцев на Планету Первоначало.
Однако позже, по неизвестным причинам, он вернулся на Голубую планету, в свой родной город Улин.
И в его завещании была одна важнейшая фраза: «Если кто-то из потомков пробудит высший звездный аспект Питон, Пожирающий Солнце, тот обязан вернуться на Планету Первоначало».
Именно поэтому Фан Юй был так поражен, когда узнал, что младшие брат и сестра пробудили этот аспект – казалось, прадед всё предвидел.
— Когда ты родился, прадеда уже не было в живых, — медленно говорил Фан Пинъань. — Твой прадед был могучим воином. На пике он достиг 39-го ранга, а после ранения, вернувшись в Улин, всё равно сохранял мощь среднего воина. По меркам той эпохи – выдающийся человек.
Фан Юй задумался.
В 8-м году Новой эры Цивилизация Синей Луны родила лишь одного звездного воина, а до этого сильнейшими были лишь небесные стражи… Достичь 39-го ранга в те времена, будучи в шаге от бойца земного ранга – это поистине грозная фигура.
Даже сейчас 39-й ранг – весьма солидный уровень.
— Прадед возлагал огромные надежды на твоего деда, назвав его Фан Чжиюань, — вздохнул Фан Пинъань. — Увы, дед в свое время даже детей заводить не хотел.
Фан Юй внутренне усмехнулся.
Отец рассказывал об этом столько раз, что не счесть.
Имя «Фан Чжиюань» имело ясный подтекст, но дед всю жизнь предпочел провести в лени и праздности, не изменив привычкам даже к своим 90 годам.
Более того, он был ярым сторонником чайлдфри и только к сорока годам, когда прадед пригрозил «пожертвовать всё наследство государству», был вынужден жениться.
Так и появился на свет отец.
Дед дал отцу имя Фан Пинъань, желая ему лишь беззаботной и спокойной жизни… но отец оказался достойным человеком, унаследовавшим частицу характера прадеда, и вывел семью на новый уровень успеха.
— Меня воспитал прадед.
— Когда он ушел, мне было всего восемнадцать, а пролетело уже почти тридцать лет, — голос Фан Пинъаня оставался спокойным. — Умирая, он почти ничего не сказал, но я знал, как он сожалел, что среди потомков так и не появилось настоящего таланта.
Фан Юй слушал молча.
Ни дед, ни отец не пробудили ничего, кроме низших аспектов, оставаясь бесконечно далекими от «Питона, Пожирающего Солнце», о котором говорил прадед.
Прадед определенно хранил некие тайны, иначе как он мог предсказать будущее?
— Позже я женился на твоей маме, у нас родились вы трое, — продолжал Фан Пинъань. — Имена, которые я дал вам, тоже отражают мои ожидания.
Фан Юй слегка кивнул.
Имена его и брата происходили из фразы: «Великий питон проходит через испытания, превращаясь в дракона», а имя сестры, Фан Сыюэ, символизировало возвращение на Планету Первоначало.
Отец, воспитанный прадедом, находился под сильным его влиянием, и эта навязчивая идея стала его собственной.
— Я думал, раз уж не удалось пробудить сильный Звездный Аспект для возвращения на Планету Первоначало через путь боевых искусств, я добьюсь переезда с помощью денег, — сокрушался Фан Пинъань. — Но, увы…
— Папа, ты сделал всё, что мог, — не удержался Фан Юй.
Планета Первоначало. В эту эпоху для многих людей она была «земным раем». В новостях твердили, что там каждый житель – воин, а технологии невероятно развиты.
Если ехать просто туристом, чтобы посмотреть – это не так уж дорого, достаточно десяти тысяч монет через звездные врата в составе группы.
Но иммиграция? Трудности возрастали в разы.
Первый путь – стать могучим воином. Стандарт постоянно рос, и теперь только боец земного ранга мог перевезти семью, получив жилье от Альянса Синей Луны.
Если ты лишь старший воин, чтобы вся семья получила право на жительство, придется выполнять массу заданий, накапливая «баллы иммиграции».
Второй путь – «имущественная иммиграция», требующая покупки недвижимости… Фан Юй как-то интересовался: цены на жилье на Планете Первоначало достигали миллиона монет за квадратный метр.
Даже самая маленькая квартира стоила десятки миллионов, при этом существовали ограничения по количеству жильцов – большая семья требовала больших трат.
Можно сказать, стать жителем Планеты Первоначало мог либо могучий воин, либо богач.
Насколько знал Фан Юй, наследство прадеда было немалым, но почти всё дед спустил на свои прихоти. Особенно в годы, когда его уровень жизни был ниже 10-го ранга – чтобы получить «родительский сертификат» после сорока, деду пришлось потратить огромную сумму на повышение собственного потенциала… То, что отец сумел при такой «помощи» деда добиться сегодняшних высот, было настоящим подвигом.
— Я не ладил с твоим дедом, но в одном он был прав.
— Эпоха меняется, взгляды старого поколения не должны давить на молодых… к тому же вероятность пробуждения высшего аспекта ничтожно мала, — сказал Фан Пинъань.
Фан Юй мысленно вздохнул.
В масштабах всей цивилизации вероятность появления высших аспектов не так уж низка, каждый год их пробуждается немало… но для отдельного человека – это случайность.
Взять, к примеру, город Улин: вероятность около одной трехтысячной.
— Поэтому, когда ты не пробудил «Питона», я перестал на что-то надеяться и даже сомневался в словах прадеда, — голос отца дрогнул от нескрываемого волнения. — Но я правда не ожидал, что Сяо Лун и Сыюэ пробудят его одновременно…
Брат и сестра, пробудившие высшие аспекты – явление редкое.
Фан Юй понимал: младшие зажгли в отце новую надежду. Он сам никогда не видел прадеда, потому и не горел идеей возвращения.
Но для отца всё было иначе.
— Даже лучшие таланты, — Фан Пинъань сделал паузу, — требуют лучших условий для развития. Твоему брату и сестре по пятнадцать лет, им лучше всего пройти закладку фундамента с помощью Плода Преображения Десяти Тысяч Сущностей: по одному в год, в течение трех лет, до восемнадцатилетия.
— М-м, — кивнул Фан Юй.
Об этом сокровище рассказывали на обязательных курсах в училище. Оно укрепляло кости, плоть и кровь, усиливало дух, концентрацию – спектр воздействия был максимально широким.
Если не брать в расчет легендарные природные богатства, это было лучшее средство для закладки фундамента.
Богатые семьи, чьи дети стремились на путь воина, всегда использовали его. Его добывали на Планете Первоначало… эффект был превосходным, единственным минусом была цена.
Один плод стоил 2 000 000 монет.
Двое детей, использующих их одновременно – это 4 000 000 монет в год, не считая прочих расходов… Экономическое бремя для отца было запредельным.
— Пап.
— Сяо Лун и Сыюэ – прежде всего, — твердо сказал Фан Юй. — Я скоро закончу учебу, на четвертом курсе деньги на расходы мне не нужны.
Отец выделял ему пятьсот тысяч монет в год.
Пусть это не решит всех проблем, но Фан Юй верил, что избавление от этой статьи расходов облегчит давление на отца. Это решение он принял, как только узнал о пробуждении брата и сестры.
Если он пока не может помочь семье, он должен хотя бы уменьшить расходы.
Как старший брат, он понимал – приходится идти на жертвы. К тому же, за все годы обучения отец потратил на него несколько миллионов монет.
Не успел Фан Пинъань ответить, как раздались голоса.
— Брат, я не хочу, — послышалось в дверях.
— Пап! — Дверь внезапно распахнулась, в комнату влетели Фан Сыюэ и Фан Лун, чем ошарашили отца и брата.
— Вы еще не спите? — Нахмурился Фан Пинъань.
Фан Сыюэ проигнорировала вопрос.
— Папа, мы не хотим использовать Плод Преображения Десяти Тысяч Сущностей. Он слишком дорогой! Сегодня после экзамена преподаватель сказал, что соотношение цены и качества у него не самое лучшее. С нашими аспектами нам хватит обычных ресурсов, мы всё равно поступим на профильный бакалавриат… А вот старшему брату ресурсы нужнее, у него последний курс, самый ответственный год.
— Пап, я думаю так же, как сестра, — добавил Фан Лун.
— Сяо Лун, Сыюэ, — Фан Юй нахмурился. — Что вы понимаете? Этот плод нужен не для поступления на бакалавриат, а для будущего.
— Вы еще малы, всё еще формируется. Потратить сейчас пару миллионов – значит получить эффект, который потом не купить и за сотни миллионов монет.
— О деньгах не беспокойтесь, идите спать, — Фан Юй строго посмотрел на младших.
Стоило Фан Юю стать серьезным, как Фан Лун почувствовал себя неловко. Это был авторитет старшего брата, закаленный годами.
— Не пойду, — Фан Сыюэ упрямо надула губы.
— Хватит, — Фан Пинъань неожиданно повысил голос, прерывая их спор. На его лице появилась слабая улыбка. — Сыюэ, с чего ты взяла, что я собираюсь урезать расходы твоему брату?
— Но ведь он только что сказал… — заволновалась девушка.
— А я еще не давал согласия, — покачал головой отец. — Не волнуйтесь, папа со всем разберется. Вы двое – вниз, спать.
— Правда? — Кажется, она не до конца верила.
— Не веришь папе? Разве я когда-нибудь вас обманывал? — Мягко улыбнулся Фан Пинъань.
Фан Сыюэ немного подумала и кивнула:
— Пап, точно, не вздумай нас обмануть.
— Обещаю, — ответил отец.
Вскоре дети спустились вниз. В комнате на третьем этаже вновь остались только отец и сын.
— Пап, давай как я сказал: на четвертом курсе я обойдусь без денег, — тихо произнес Фан Юй.
— Что, думаешь, я Сыюэ обманул? — Фан Пинъань покачал головой. — Девочка права, четвертый курс – критически важный год.
— Решившись родить вас троих, я взял на себя ответственность вырастить вас, — усмехнулся отец. — Иначе зачем было вас заводить?
— Но… — Фан Юй настаивал.
Фан Пинъань взмахнул рукой, обрывая его:
— Я еще не помер. Дела твоего брата и сестры – не твоя забота. Кстати, список тех, кого зачислят на бакалавриат без экзаменов, уже вышел?
Комментарии