Остров Яшмы, рыбные угодья Алой Чешуи.
Даже если Фан Цин и решил использовать «Истинную Пневму Великого Солнца» как приманку для ловушки, такое дело не делалось в один миг.
К тому же угодья по-прежнему требовали регулярных обходов.
Сидя в позе лотоса в своей пещере, Фан Цин молча обдумывал план и проверял собственные средства борьбы с врагом.
«Талисманы Огненного Облака, талисманы Золотого Клинка… Если очистить морскую воду внутри Жемчужины, Превращающей в Море, в особую духовную или ядовитую воду… мощь моих приемов возрастет».
«Кроме того, в моем распоряжении освоенные заклинания, закалка тела на пике среднего ранга первой ступени и, наконец, тайное искусство божественного чувства Подавляющего Демонов Ваджрного Песта».
Это тайное искусство духа развилось из «Божественного искусства защитника Хаягривы». Обретя божественное чувство, Фан Цин обнаружил, что у этой техники есть и иные способы применения.
«Хм… Сейчас эффективнее всего будет развивать именно это божественное искусство. Если удастся прорваться на верхний ранг первой ступени в закалке тела, то при сложении всех факторов я смогу тягаться даже с практиками девятого уровня Поглощения Ци или стадии совершенства!»
«А еще Жемчужина, Превращающая в Море – в ней скрыт немалый потенциал, который стоит раскрыть…»
Пока он размышлял, его чувства что-то уловили. Выйдя из пещеры, Фан Цин увидел ярко-желтый талисман передачи звука.
Поймав его и прослушав послание, он призвал Челн Зеленого Листа и, обернувшись вспышкой изумрудного света, подобно порыву ветра взмыл над угодьями.
— Старший брат Фан…
Ли Юйсу, лишившийся руки, пришел сменить его на посту. На его лице читалась нескрываемая усталость.
Изувеченное тело, еще не восстановившаяся изначальная энергия – и при этом бесконечные хлопоты и изнурительный труд.
— Младший брат Ли, как твои раны? Недавно я выплавил несколько пилюль великой крови…
Фан Цин изготовил их специально, понимая, что с приближением большой войны рынок подобных лечебных средств неизбежно вырастет.
— Благодарю, старший брат… — безжизненно отозвался Ли Юйсу. Он казался ко всему безучастным, словно в его сердце навсегда воцарился холодный пепел.
— Эх… Ча Чжу очень жаль, — вздохнул Фан Цин, заметив, как в глазах собеседника промелькнуло едва заметное волнение.
— В конце концов, мы втроем – «бессмертные ростки» из одного городка… Мне больно видеть тебя в таком состоянии.
Это было ложью, но Фан Цину требовалось расследовать дело Хуа Ляня, оставаясь в тени, и этот простодушный малый идеально подходил на роль посредника.
— Разве у меня есть будущее? — Горько усмехнулся Ли Юйсу. — Я потерял руку, моя плоть ущербна. При попытке Создания Основания телесная преграда станет для меня непреодолимой… Учитель сказал, что в моем случае поможет лишь пилюля Исцеления Плоти и Сращивания Костей второго ранга. Но такая редкость… Даже если она у него есть, он мне ее не отдаст. Кто я такой? Тот, из-за кого погибла старшая сестра Ча Чжу.
— Пилюля второго ранга? — Удивился Фан Цин и продолжил:
— В любом случае, раз путь известен, способ найдется. У меня есть кое-какие лечебные снадобья, возьми их и продай вместо меня. Я дам тебе десять процентов от выручки… Постепенно накопишь очки вклада и посмотришь, нельзя ли выменять их в секте.
Сейчас было военное время. Чтобы поощрить учеников, секта выставила в списке наград немало ценностей.
Пилюли второго ранга, особенно лечебные, наверняка были среди них.
В глазах Ли Юйсу наконец загорелся слабый огонек надежды:
— Благодарю, старший брат… Мне стыдно за то, сколько ошибок я совершил раньше.
— Не стоит. Просто присматривай для меня, не попадется ли где способ очистки духовной или ядовитой воды, мне это тоже нужно…
Видя, что Ли Юйсу согласился, Фан Цин дал еще пару поручений.
Он мог бы заняться этим сам, но ежедневное патрулирование отнимало слишком много времени, так что проще было передать это на «аутсорс».
К тому же, хотя рыбные угодья Алой Чешуи находились недалеко от ворот секты, выход за пределы защитной формации для торговли всегда сопряжен с риском.
И Фан Цин предпочел, чтобы этим риском занялся Ли Юйсу.
…
Прошло несколько месяцев.
В пещере Цзэн Шу.
Фан Цин, Ли Юйсу и еще несколько братьев-учеников, охранявших это место, сидели на молитвенных ковриках, обмениваясь опытом культивации и новостями с фронта.
— В этот раз… битва между сектой и кланом Чжун в акватории Скрытого Солнца была неописуемой. Говорят, духовных кораблей там было как облаков, а практиков – как капель дождя… Хотя под защитой масштабных формаций мало кто из кораблей затонул, в стычках малых отрядов на периферии уже погибло немало наших собратьев…
Молодой практик с бледным лицом продолжил:
— Клан Чжун через черный рынок нанимает толпы свободных практиков, чтобы те штурмовали наши ресурсные точки, и подмешивает к ним свои элитные отряды. Смерть наемников их не заботит, но в элитных группах каждый – на поздней стадии Поглощения Ци и искушен в бою. Они уже захватили несколько садов духовных трав и рыбных угодий…
— Эх… в разгар великой войны мы лишь муравьи, — вздохнул Цзэн Шу.
— Но главное… из-за чего всё это началось? — Полюбопытствовал Фан Цин.
— Такие дела секты ведомы лишь мастерам на стадии Создания Основания… — Цзэн Шу с горькой улыбкой покачал головой. — Клан Чжун заявляет, что мстит за своих родственников… Но сколько лет назад был уничтожен клан У с острова Белого Неба? Мстить только сейчас – явный предлог. Может, они получили сильную поддержку извне? К тому же острова Тяньсинь на словах соблюдают нейтралитет, а на деле помогают тому, кто слабее, чтобы мы изнуряли друг друга… Раз клан Чжун осмелился развязать войну, возможно, они получили тайные обещания от Тяньсинь? Или… хотя мир Моря Малого Небосвода всегда был закрытым, в нем могли появиться и пришлые практики…
— Это… нельзя сбрасывать со счетов, — Ли Юйсу, который стал выглядеть чуть лучше, немного подумал и добавил:
— Я бывал в секте и слышал, что у клана Чжун объявился невероятный гений с редким ледяным корнем. В этот раз он убил немало наших учеников. Возможно, клан Чжун решил ударить первым, опасаясь, что наша секта непременно захочет устранить такого таланта?
— Ледяной корень? — Ученики были поражены.
Человеческое тело содержит в себе все пять элементов, но видов духовных корней гораздо больше. Ледяной корень – это мутация элементов Металла и Воды. Редкое качество само по себе ценно и стоит выше высшего ранга. Пусть он не столь легендарен, как небесный корень, не знающий преград до самого Формирования Ядра, но скорость развития у него феноменальная.
Если у клана Чжун появился такой «сын-единорог», то при удачном стечении обстоятельств через сотню лет у них может появиться еще один предок на стадии Формирования Ядра!
Если бы Секта Лазурного Моря узнала об этом, она бы точно не осталась в стороне.
Превентивный удар клана Чжун выглядел вполне логично.
— Позвольте узнать, как зовут этого гения? — Спросил Фан Цин.
— Чжун Линсю… Говорят, он владеет магией льда на запредельном уровне. Он уже сразил троих истинных преемников нашей секты, находившихся на пике стадии Поглощения Ци…
Ли Юйсу тяжело вздохнул и, словно испугавшись, что слишком принизил своих, поспешно добавил:
— Но и в нашей секте на поле боя прославились многие герои: например, Цуй Чжэ по прозвищу «Смертоносный Меч», Фея Линбо, Улун-цзы и другие…
«Чжун Линсю?»
Фан Цин молча кивнул. Он пропустил мимо ушей имя Улун-цзы, которое Ли Юйсу вставил лишь ради счета, бросив взгляд на него самого, но заинтересовался Цуй Чжэ. Мечник, сумевший создать себе имя – это серьезно.
Впрочем, если сравнивать его с Ли Жулуном, тот, вероятно, разделался бы с ним за пару-тройку ударов…
По-настоящему опасным был Чжун Линсю!
Это был гений, которому почти гарантировано достижение пика Создания Основания, а возможно, и Ядра!
«Жаль. Каким бы великим он ни был, он всего лишь на стадии Поглощения Ци… Если я вступлю в бой, смогу ли я его сразить? Стоп… Зачем мне думать о таких опасных вещах? Даже если получится, я стану бельмом в глазу у клана Чжун, да и в Секте Лазурного Моря не смогу больше оставаться в тени. Одни минусы».
…
После собрания Фан Цин вернулся в свою пещеру. Сев в полулотос, он начал созерцать образ Хаягривы, сложив мудру исполнения желаний.
Журчание крови!
Потоки жизненной силы внутри него циркулировали, ведомые божественным чувством. Он освещал каждый укромный уголок своего естества, исправляя малейшие изъяны и застарелые травмы, постепенно достигая состояния «Золотого тела без изъянов».
Наконец!
Фан Цин глубоко выдохнул, ощущая, как физическая мощь и жизненная энергия сгущаются, текут по чакрам и вливаются в море сознания, превращаясь в «семенной знак».
Этот знак, извилистый, словно дракон или причудливое насекомое, вызывал странное чувство искажения пространства.
Одного взгляда было достаточно, чтобы понять его суть: «Божественная сила Великого Ваджры»!
— Наконец-то… моя закалка тела прорвалась на верхний ранг первой ступени!
Глаза Фан Цина блеснули от возбуждения:
— И к тому же «Божественное искусство защитника Хаягривы» породило новую чудесную способность – возможность пробуждать «Божественную силу Великого Ваджры»!
После короткой проверки он понял, что из-за слабого основания сейчас может применить эту силу лишь однажды, после чего придется долго медитировать и взращивать семенной знак. Но прибавка к боевой мощи была колоссальной.
— При активации «Божественной силы Великого Ваджры» все мои навыки закалки тела получают невероятное усиление, к которому добавляется колоссальная мощь… Сказать, что я стану неуязвим для магических инструментов, будет преувеличением, но пробить защиту артефакта высшего ранга и преподнести врагу сюрприз я вполне смогу. Это… мощь почти на уровне закалки тела второго ранга?
«Действительно, техники Древнего Шу куда изысканнее и на голову выше местных…»
«Жаль только, что в моем „Божественном искусстве защитника Хаягривы“ описана лишь первая ступень – „Путь свирепого демона-осла“. Когда я доведу ее до совершенства, за следующей ступенью, „Путем праджни мулоликого ваджры“, придется, видимо, отправляться в Тайный Предел…»
Сейчас Фан Цин почти достиг стадии Дачэн на первой ступени, и до полного совершенства оставалось не так уж много. А дальше – тупик из-за отсутствия знаний.
Впрочем, и этим он был вполне доволен.
Одна лишь эта техника закалки тела не уступала «Телу черной воды» Секты Лазурного Моря, не говоря уже о развитии духовного плана, которое помогло ему взрастить божественное чувство. Чистая выгода.
Пока Фан Цин размышлял, в пещеру внезапно влетел талисман передачи звука, издавая резкий, тревожный гул.
— Что?!
Его лицо резко переменилось. Мгновенно собрав вещи в сумку-хранилище, он вскочил на Челн Зеленого Листа и рванулся в небо.
У-у-у!
Ледяной ветер пробирал до костей.
С неба падал крупный град, а поверхность озера уже подернулась коркой льда.
Присмотревшись, он увидел добрый десяток практиков в белых одеждах, которые уже ворвались в пределы формации озера Алой Чешуи!
— Плохо дело, это люди клана Чжун!
Фан Цин мгновенно определил: это были прямые потомки клана, а не просто пушечное мясо из вольных наемников!
«Странно…»
Пока Цзэн Шу и остальные с криками вступали в бой, в его душе росло недоумение: «Я ведь каждое утро гадаю, и сегодня выпало „Малое счастье“…»
«Неужели мое предсказание было затуманено? Нет… гадание не всесильно».
«Или же… раз я подвергся нападению, но при моих силах смогу благополучно сбежать, это и есть „Малое счастье“?»
Фан Цин тут же осознал: нельзя слепо доверять «Гаданию по Цветку Сливы», иначе это прямая дорога в могилу!
Комментарии