Оглядел школьный двор после звонка – почти все разошлись по общежитиям, только несколько зевак торопливо хвостиком тянулись следом.
Ничего странного. Совсем.
Я проверил карманы: кроме конверта, осталась только та позолоченная визитка.
Точно! Можно попробовать позвонить Ци Фанъюаню и спросить, что происходит. Если не дозвонюсь – значит, всё это иллюзия; если дозвонюсь – хоть спрошу, как выбраться! В конце концов, если и он не поможет, можно будет заявить в полицию.
Телефон я оставил в общежитии – нужно сперва вернуться.
По дороге я размышлял о своём положении. Вариантов было, по сути, четыре: иллюзия; петля времени; реальность; и что‑то четвёртое, совсем иное.
Если иллюзия, то я попал сюда после сна – но кто и зачем меня сюда завёл?
Если петля времени, то вопросы те же: кто запустил процесс и сколько раз она повторится?
Если же я всё ещё в реальности, тогда исходной иллюзией была та самая история с конвертом, но как я тогда заранее узнал, что мать Нефтяного магната принесёт ему угощения? Предвидение?
А если всё вышеперечисленное неверно – значит, беда куда глубже.
Пока начну с малого: действовать по обстоятельствам.
В общежитии Нефтяной магнат уже успел раздать всем подарки; у меня на кровати лежала гора фруктов и сладостей.
Поблагодарив его, я вышел в коридор и набрал номер с визитки.
После коротких гудков в трубке щёлкнуло:
— Алло?
— Господин Ци Фанъюань?
— О, Сяофэй, что‑то случилось? — Узнал он меня.
— Господин Ци, кажется, со мной творится что‑то странное… или скажем прямо – потустороннее! — Я пытался звучать спокойно, но серьёзно.
На секунду он будто опешил, потом ответил:
— Говори подробнее.
Я пересказал всё с момента выхода из кабинета до нынешней секунды. Он слушал молча, не перебивая.
Когда закончил, он спросил:
— Сяофэй, ты уверен, что всё это правда?
— Каждое слово!
— Хорошо. Тогда слушай внимательно. Не подавай виду, не шуми и не выделяйся. Вернись в общежитие и просто ложись на кровать. Я сейчас приеду. Только не выходи, понял? — Голос его стал жёстким.
— Может, в полицию? — Неуверенно спросил я.
— Нет, это бессмысленно. Не поверят. Просто оставайся в общежитии – я займусь этим, — сказал он.
Его уверенность немного меня успокоила. Я вернулся, перекусил, умылся и лёг спать.
«Пусть старик поскорее приедет», – подумал я.
И вдруг у самого уха раздалось тонкое шипение:
— Кто это?
— Что – кто? — Растерялся я.
— Да тот…
Я не дал ей договорить – ужас сковал горло.
Я снова сидел в классе.
— Кто? — Переспросила Сюй Жугуй, не догадываясь о странностях.
— Дальний родственник, — ответил я, обдумывая случившееся.
— А, ладно. — Она пожала плечами и снова уткнулась в тетрадь.
А я достал черновик и записал ключевые пункты.
1. 21:48 – текущее время. Если снова окажусь здесь, сравню, изменилось ли оно.
2. Ци Фанъюань. Он слишком настойчиво велел ничего не предпринимать, не звонить в полицию и ждать. Что, если звонил мне вовсе не он, а что‑то… другое?
3. Иллюзия или петля – или нечто третье? Пока неизвестно.
4. Условия перехода. В обоих случаях всё начиналось, когда я засыпал в общежитии. Значит, ключевые факторы – место, сон или конкретное время.
«Что делать?» – написал я крупно.
Я уже не понимал, где реальность, а где нет.
После недолгих раздумий решил проверить свою догадку. Когда погаснет свет, пойду с телефоном в туалет. Если проснусь снова в классе – значит, условие перехода во времени. Если нет – попробую уснуть прямо в классе. Тогда дело в месте. Всё просто.
А дальше – будь что будет.
Так и сделал. В десять двадцать свет погас, я взял телефон и пошёл в туалет. Время тянулось мучительно долго, я изредка смотрел на экран.
— Кто это? — Прозвучало вдруг.
Я глянул на часы – 22:48.
И снова оказался в классе. На доске та же дата, а на моих часах – 21:48.
Один час. — Я невольно прошептал. — Один час?
— Кто это? — Снова спросила Сюй Жугуй.
— Родственник.
— Понятно…
Всё повторялось точно по расписанию, и только вопрос «одного часа» теперь не давал покоя.
Что значит ровно час?
Я ощупал живот – точно, телесное состояние тоже сбрасывается. Каждый раз я ел перед сном, но возвращаясь, ощущал голод.
Выходит, возвращается всё, кроме памяти.
И что теперь? Даже разобравшись в механике, я понятия не имел, как выбраться.
Глядя на одноклассников, я чувствовал себя загнанной рыбой в стеклянной банке – дышать есть чем, а выбраться нельзя.
Сюй Жугуй решала задачи, староста делала вид, что следит за порядком, Нефтяной магнат залипал в телефоне, Фальшивомонетчик пускал сальные шуточки соседке. Всё как прежде.
До конца урока я только наблюдал и запоминал, кто что делает.
После звонка всё повторилось: Нефтяной магнат с пакетами, фрукты, пир, банан в чёрных пятнах, точно гниющий. Я снова ел, чувствуя отвращение.
А в 22:48 в голове снова прозвучало то же.
— Кто это?
Комментарии