Приказ Цзяна был выполнен быстро: вокруг леса расчистили широкую площадку.
Народ у нас не зря говорят – сила в количестве. Пока одни оттесняли зевак, другие разгружали оборудование и разбивали группы. Всё шло слаженно, и от этого появлялось странное чувство спокойствия – будто пока мы вместе, всё под контролем.
Мы с А-Ли стояли неподалёку, наблюдая.
Кажется, остальные чувствовали себя увереннее, когда мы рядом. Поймав пару косых взглядов, решили лучше не отходить.
— Курите? — Подошёл Цзян после распределения.
— Нет! — Не умею, — ответили мы хором.
Он усмехнулся, спрятал сигарету себе в зубы, затянулся пару раз:
— В последнее время, будто вся страна стоит на ушах, верно?
Я промолчал – я временный, не знал, что можно говорить. А-Ли спросила в ответ:
— Цзян, и вы заметили?
— Весну раньше других чувствует утка, — усмехнулся он.
— Пинцзинь раньше сталкивался с аномалиями? — Уточнила А-Ли.
— Пару раз приходили жалобы, — сказал он, снова выдыхая дым. — Но ничего серьёзного – кого-то напугало, подумали, выдумки.
— А пропажи людей? — Продолжила она.
— Постоянно, — он потушил сигарету и раздавил ногой. — Тут ведь пограничье. Одни бегут от долгов, других жёны бросают, третьи сами залезают в контрабанду. Всегда какая-то мутная история.
Вероятно, имелся в виду соседний Аннан? Географию я после школы забросил, так что не уточнял.
— То есть каждый год кто-то исчезает? — Переспросила А-Ли.
— Да, но в основном свои. Родные знают, куда делись – в розыск не подают. А чтобы вот так, десятки сразу, среди них и приезжие – впервые.
Пока мы разговаривали, работа уже закипела: пилы заработали, листья гигантской травы бабочек валились на землю.
Сверху они зелёные, снизу – тёмно-пурпурные. Растения величиной с дом давали ощущение чужого мира.
Отрезанные стебли оборачивали в прозрачную плёнку и аккуратно складывали кучами на опушке. Всё шло по плану.
Пока кто-то закричал:
— Кровь! Здесь кровь!
Из корня срезанного растения хлынула ало-красная жидкость.
— Все отходим! — Скомандовал Цзян в рацию.
Паника длилась секунды, потом люди организованно отступили. Полицейские, надо признать, держались стойко.
— Идём, — сказала А-Ли, когда толпа разошлась.
Я достал из кармана половинку свечи, зажёг и посветил зеркалом на корень – без эффекта.
Выдохнув, мы приблизились. Чувствовал себя героем тупого ужастика, шагающим прямо в капкан. Но выбора не было.
Цзян пошёл следом. Мы переглянулись, но промолчали.
— Под листом что-то есть! — Первой заметила А-Ли.
Я тоже увидел: под широким листом вздулся белый мешок, как кокон, только размером с человека.
— Похоже скорее на саван, чем на кокон, — пробормотал я и взял железную лопату, отодвигая лист.
Перед нами лежал белый кокон, опутанный неизвестными нитями, и в нём – человеческое тело. Всё обмотано, лишь голова наружу. Лицо сплюснуто, будто сдулось. До странности знакомое.
— Лю! — Воскликнул Цзян. — Это начальник Лю!
Я всмотрелся внимательнее – да, похоже.
— Скорее помогите! — Ринулся он вперёд, но мы с А-Ли удержали его.
— Осторожно, иначе получится как в сказке про «фулл-хаус спасает деда», — сказал я.
Он моргнул, не поняв, и я пояснил:
— По одному все погибнут.
— Тогда что делать? — Быстро спросил он.
— Зацепить чем-нибудь, оттащить подальше! — Предложил я. Надеялся лишь, что он жив и очнётся после.
Пять крепких ребят подбежали с инструментами. Один переусердствовал и перевернул кокон, повернув голову вниз.
— Осторожней! — Крикнули ему.
— Не так! Смотрите, у него сзади! — Вдруг выкрикнул другой.
Все уставились: на затылке кокона раскрывалась щель.
Комментарии