Глава 78: «Прощание с Баттерфри, явление легенды.»
Началось всё довольно прозаично.
Около пяти дней назад, когда Сань Сань и Сильвалис направлялись из Лавандии в Селадон Сити, где находился рекомендованный Покедексом следующий Гим, они случайно стали свидетелями буйства покемонов в дикой природе.
Внезапно обезумевший рой Бидриллов напал на группу Баттерфри, которые временно остановились поблизости во время миграции.
Сань Сань, будучи тренером самки Баттерфри и испытывая к этому виду врожденную симпатию, не могла пройти мимо. Она тут же выпустила всех своих покемонов и при поддержке Сильвалис успешно отбила атаку агрессивных Бидриллов.
Но вот что случилось потом.
В той битве её Баттерфри, защищая сородичей, достигла «Резонанса» и проявила себя блестяще. Спасенные соплеменники признали в ней лидера, а между ней и другим вожаком стаи – самцом Баттерфри – вспыхнула робкая взаимная симпатия.
— За эти дни мне пришло много советов, — объясняла Сань Сань зрителям стрима. Голос её звучал непривычно серьезно. — Кто-то предлагал поймать того самца и использовать питомник в городе, чтобы они могли вывести потомство. Но я долго думала и решила отказаться от этой идеи.
Несмотря на кажущуюся бесшабашность, Сань Сань всегда становилась очень основательной, если дело касалось принципов.
— Тот самец – вожак стаи. Если я поймаю его, я удовлетворю свой эгоизм, но это нанесет огромный удар по всему роду Баттерфри во время миграции. Возможно, из-за этого многие из них погибнут, не добравшись до цели. Я не могу на это пойти.
Сань Сань сделала паузу и открыто улыбнулась в камеру.
— Так что ответ один: я должна отпустить на волю свою Бабочку, чтобы она могла следовать за тем, что ей дорого. Пожалуй, в этом и заключается мой долг как тренера в данный момент.
Голоса в чате, призывавшие оставить покемона, понемногу затихли.
Старые зрители уже привыкли: если Сань Сань что-то вбила себе в голову – она это сделает. Пути назад нет.
Вскоре под взглядами тысяч людей Сань Сань, сжимая в руке покебол с Баттерфри, вошла в долину, где обосновалась стая.
В игре наступили сумерки.
В небе, в лучах заходящего золотистого солнца, кружились десятки Баттерфри. Они исполняли свой уникальный танец ухаживания, а в воздухе парила светящаяся пыльца их крыльев, придавая долине сказочный, почти неземной вид.
— Выходите все! — Скомандовала Сань Сань.
Один за другим раздались звонкие щелчки, и в ослепительных вспышках белого света перед ней предстали её покемоны.
Баттерфри, Раттата, Ивизавр, Клефейри, Вульпикс и Хонтер.
Целых шесть покемонов!
«И не заметила, как собрала полную команду», – подумала она.
Сань Сань, чья команда достигла игрового лимита, обвела взглядом каждого из них и наконец остановила взор на Баттерфри.
Выпущенные покемоны сразу узнали место, где сражались несколько дней назад. Благодаря мощностям системы их интеллект заметно вырос, и они мгновенно поняли, к чему всё идет. Все взгляды устремились на Баттерфри, парящую в воздухе.
Особенно сложная гамма чувств отразилась на мордочке Раттаты.
Пусть прошло меньше двух недель, эти двое по праву считались ветеранами команды. Но отношения у них были натянутыми. В каком-то смысле Раттата когда-то «украла» у Баттерфри место стартового покемона, и оправившаяся после ран Бабочка то и дело пыталась соперничать с ней во всем.
Конечно, как покемоны одного тренера, в серьезных делах они полностью доверяли друг другу, отбрасывая все обиды. Именно поэтому Раттате сейчас было так горько. Она видела, как этот «вечный конкурент» навсегда покидает их семью…
— Бабочка, — негромко заговорила Сань Сань. — Думаю, ты и сама всё понимаешь, верно?
— Му-и-и… — тоскливо отозвалась та.
— Ну, не делай такую мордочку. Это я виновата, что заставила тебя так долго мучиться сомнениями. Но теперь ты всё решила.
Сань Сань нежно прижала Баттерфри к себе.
— Помнишь нашу первую встречу? Тебя чуть не съели, Спироу избил тебя до полусмерти. Мне повезло спасти тебя, и в конце концов я стала твоим тренером. Я видела, как ты растешь. Первая битва, радость первой победы, первая эволюция, первый Гим… Столько всего было «впервые»…
Сань Сань вздохнула.
— Но пришло время отпустить тебя. Как дети однажды уходят от родителей, так и ты, Баттерфри, совсем выросла. Не грусти так сильно и не вини себя. Мой папа всегда говорил: каждое расставание в жизни нужно лишь для того, чтобы следующая встреча стала еще лучше. Так что, Баттерфри, ты просто отправляешься делать то, что должна.
В этот момент вожак стаи, заметив их, стремительно спикировал к группе.
Сань Сань больше не медлила. Она легонько погладила Баттерфри по голове и с улыбкой подтолкнула её к замершему рядом самцу.
— Бабочка – замечательная девочка. Береги её! — Сань Сань с предельно серьезным видом уставилась на вожака, за которым наблюдала все эти дни. — Относись к ней хорошо, иначе при следующей встрече ты знаешь, что будет!
Как только она замолчала, все остальные покемоны, включая Раттату, грозно уставились на дикого пришельца, уводящего их подругу.
Вожак, не знавший, что за ним наблюдают миллионы глаз через стрим, ощутил неимоверное давление. Но, получив наконец благословение от «родителя» своей невесты, он не дрогнул и решительно кивнул.
Настал миг окончательного прощания. Попрощавшись с каждым из боевых товарищей, Баттерфри взглянула на своего тренера, которая уже перевела покебол в режим освобождения. В глазах покемона блеснули слезы.
Постоянно оглядываясь и едва сдерживая тоску, Бабочка, которая больше не принадлежала Сань Сань, медленно полетела вслед за вожаком к своей стае.
Прошло немало времени. Когда в туче кружащихся Баттерфри стало невозможно разобрать, где именно её покемон, Сань Сань наконец перестала махать рукой и вместе с остальной командой медленно покинула долину.
Обычно невероятно живая и болтливая, особенно на стримах, на обратном пути Сань Сань хранила гробовое молчание.
Любовь – это не обладание, а уважение к чувствам другого. Хотя после видео о покемонах Сань Сань полностью это осознала, сейчас, потеряв лучшего друга, она чувствовала, как в груди перехватывает дыхание.
— Сань Сань… ты в порядке? — Позвала Сильвалис и вдруг осеклась. — Эй, Сань Сань?!
Заметив, что девочка не отвечает, а просто бредет вперед, эльфийка резко изменилась в лице. Она увидела то, что заставило её похолодеть.
Тело Сань Сань начало постепенно становиться прозрачным.
Сильвалис уже достаточно пробыла в Вечном Сне, чтобы знать, что это значит. Душевное состояние игрока достигло критической отметки, установленной системой. Если так пойдет и дальше, система безопасности просто выбросит её из игры.
Такое часто случалось с пугливыми игроками в Sekiro.
Но здесь…
Не успела Сильвалис броситься на помощь, как Сань Сань озарило мягкое радужное сияние. С поразительной скоростью её истончающееся тело начало снова обретать плотность.
— Ой? Что это со мной было? Откуда вдруг столько тумана? Неужели дождь собирается? — Удивленно пробормотала девочка.
В это же время чат трансляции буквально сошел с ума.
«Вот видите! Я же говорил – не надо было отпускать! Ей так плохо стало, что чуть защитный механизм не сработал».
«Какая же глубокая любовь у стримерши к покемонам. Но… что это был за радужный свет? Я знаю, что игроки могут остановить выброс из игры, если возьмут себя в руки, но чтобы при этом появлялось такое сияние – о таком я не слышал!»
«Это свечение кажется мне очень знакомым…»
«Странно, этот туман какой-то неправильный. Мне одному так кажется?»
Пока зрители спорили, радужный свет вокруг Сань Сань начал меркнуть, стягиваясь к точке на её груди. И тут до некоторых дошло.
«Неужели это сияло Радужное перо?!»
Быстро сообразив, что произошло, Сань Сань, следуя подсказкам из чата, выудила из внутреннего кармана то самое перо. Оно и впрямь светилось, испуская ослепительные семицветные лучи – ярче, чем когда-либо прежде.
Повинуясь какому-то внутреннему зову, который передало ей перо, Сань Сань резко вскинула голову, глядя на высокий холм неподалеку.
Там, на вершине, в густом тумане стояло таинственное существо. По обе стороны его тела развевались длинные ленты, и оно пристально смотрело в сторону Сань Сань и её спутников.
Комментарии