Женщина в офисной рубашке вошла в переулок. На ткани расплывалось пятно крови.
— Мисс, прошу прощения, я опоздала!
— С теми людьми разобрались?
— Так точно!
Девушка снова вытерла рот, наконец убрав руку от губ, испачканных в крови:
— Лекарство еще есть?
Женщина в рубашке на мгновение опешила, но тут же пришла в себя:
— Остался еще один флакон.
— Дай сюда.
Девушка забрала у нее нечто, напоминающее футуристический инъектор, подошла к Ватанабэ Тору и посмотрела на него сверху вниз.
Увидев это, женщина подошла первой, заломила Ватанабэ Тору руки и приподняла его на нужную высоту, чтобы девушке не пришлось наклоняться.
— Почему? — Ватанабэ Тору не мог этого осознать. — Я же… я хотел тебе помочь.
В этот момент женщина начала выкладывать из его карманов вещи: электрошокер, перцовый баллончик, мощный фонарь, сигнализацию, диктофон, складной многофункциональный нож, раздвижную стальную дубинку.
Вещи со звоном посыпались в одну кучу.
Девушка пнула ногой гору его «оружия». Поведение Ватанабэ Тору показалось ей настолько нелепым, что на ее мрачном лице наконец промелькнула слабая улыбка.
Она вдруг игриво произнесла:
— Раз уж ты хотел мне помочь, я подарю тебе такую легкую смерть. Ты должен быть мне за это благодарен.
— См… смерть?
— М? — Девушка на миг замерла, а затем весело рассмеялась:
— Слушай, ты что, серьезно подумал, что я буду использовать такую ерунду, как снотворное?
— Почему ты хочешь меня убить? — Ватанабэ Тору смотрел на инъектор, его голос непроизвольно дрожал.
«Проклятье! Почему задание на сто тысяч очков такое сложное! Нет, постойте! Разве ивент уже не закончился? Поможет ли против этой штуки [лекарство от ран]?»
— Почему? — Недавнее веселое выражение на лице девушки сменилось ледяным холодом. Она прижала инъектор к губам:
— Ты первый, кто осмелился прикоснуться ко мне.
— Но это ведь ты…
Он не успел договорить, как девушка перебила его:
— Это я сама до тебя дотронулась, но я же не могу убить саму себя.
Ватанабэ Тору увидел выражение ее лица. Холодный пот, который едва перестал выступать, пока стихала боль, снова покатился по спине.
Он попытался дернуться, хотел еще что-то сказать, но у девушки закончилось терпение.
— Хватит. Раз уж ты меня спас, я дала тебе достаточно времени на прощальные слова.
Как только она закончила, женщина за спиной Ватанабэ Тору задрала рукав его левой руки и поднесла ее к девушке.
Его рука была такой белой, что он невольно вспомнил свиней, которых в деревне резали на праздники.
Те были такими же белыми, когда отец и другие деревенские мужики прижимали их к старым дверным щитам, ожидая забоя.
Жидкость в инъекторе стремительно убывала.
Вскоре дыхание Ватанабэ Тору стало тяжелым, а сознание начало меркнуть.
Однако он не стал использовать [лекарство от ран].
«Нужно подождать, пока они уйдут… Так плохо, ха, ха, дышать…»
«Только если… они подумают, что я мертв… у родных дома… не будет проблем.»
— Мисс, отпечатки пальцев удалены.
— Позвони Мияно, пусть она…
«… использовать.»
******
Когда Ватанабэ Тору очнулся, он обнаружил, что всё еще лежит в переулке.
Тело чувствовало себя так, будто он просто вздремнул: даже боль в паху исчезла, вообще никаких ощущений.
Лишь пыль на одежде да пропитанное потом белье напоминали о том, что всё произошедшее было правдой.
Похоже, [лекарство от ран] сработало.
Ватанабэ Тору проверил время по телефону: половина десятого. Он пробыл без сознания около пятнадцати минут.
Оружие на земле исчезло. Неужели они планировали инсценировать его смерть от внезапного приступа?
Раздумывать было некогда. Убедившись, что поблизости нет охраны, он, делая вид, что просто прогуливается, покинул переулок.
Подавив желание сразу бежать на съемную квартиру, Ватанабэ Тору намеренно сделал крюк на электричке, купил по пути летнюю одежду и снял номер в отеле, чтобы переодеться.
Всё это время никто его не беспокоил, и он немного выдохнул.
Только после этого он отправился на электричке домой.
Перед тем как сесть в поезд, он выбросил пакет со старой одеждой в мусорный бак на станции, расположенной в десяти остановках от дома.
Первым делом по возвращении он схватился за телефон, чтобы спланировать свой дальнейший путь.
В любом случае, из Токио нужно уезжать.
Судя по тому, в какую переделку влипла та сумасшедшая баба, и по ее отношению, социальный статус этой особы должен быть невероятно высок. Если бы не ивент игры, он в жизни бы не столкнулся с подобным.
В мегаполисе с десятимиллионным населением вероятность того, что такая девушка обратит внимание на ничтожество вроде него, была ничтожна, но рисковать всё же было опасно.
Если она узнает, что он жив, проблемы возникнут не только у него, но и у родителей в деревне.
После раздумий он решил отправиться на самый север страны – на Хоккайдо, чтобы поступить там в частную школу и продолжить обучение в высшем учебном заведении.
Хоккайдский университет также входит в число первоклассных вузов.
Хоть там и славится факультет ветеринарии, медицинский факультет тоже неплох. Ему нужно всё тщательно изучить, чтобы заставить ту сумасшедшую сполна расплатиться.
Параллельно с учебой нужно налечь на заработок очков.
Шесть лет на бакалавриате, после чего он закончит вуз и вернется в Токио мстить.
К тому времени он, должно быть, станет очень эрудированным и чертовски сильным бойцом?
— Удары в пах, захваты суставов – я, Ватанабэ, всё это запомнил!
Подготовив план отступления, он начал собирать вещи.
Снял одежду с балкона, аккуратно сложил всё, что было в шкафу, и упаковал в чемодан.
Затем занялся вопросом перевода.
Перевестись в другую школу в Японии несложно. Он позвонил родителям и сказал, что в большом Токио ему не по себе, хочется в менее людный Хоккайдо, поэтому планирует поступать в Хоккайдский университет.
Родители не согласились сразу, начали расспрашивать, не обижают ли его в Токио и не презирают ли за то, что он деревенский.
— Нет, правда, просто соглашайтесь! Это просьба всей моей жизни! Я хочу на Хоккайдо!
После долгих уговоров они наконец согласились и пообещали позвонить Коидзуми Айне по поводу перевода.
Через полчаса Коидзуми Айна перезвонила и велела в понедельник к семи утра прийти в школу: она хотела выслушать причины лично.
Ватанабэ Тору согласился.
Он посмотрел на книгу в твердом переплете, лежащую на столе: ее нужно вернуть хозяину.
Жаль только, что он так и не исполнил жизненную мечту стать «Токийским красавчиком».
В субботу и воскресенье Ватанабэ Тору не выходил из дома, сидел в своей квартире и читал «Великого Гэтсби», а еду покупал в круглосуточных магазинах глубокой ночью.
Он отклонил приглашения Кунии Осаму и Сайто Кэйсукэ погулять, а в супермаркет, где подрабатывал, позвонил и уволился.
Тамамо Ёсими прислала несколько сообщений насчет угощения, но он оставил их без ответа.
Надеюсь, у нее хватит «профессиональной этики», чтобы доиграть роль его «девушки» положенный месяц.
В понедельник он в последний раз надел школьную форму частной школы Камикава и вышел из дома пораньше.
Встреча с Коидзуми Айной была назначена на семь в учительской, поэтому Ватанабэ Тору добрался до ворот школы к шести с лишним.
В это время в школе Камикава не было ни души; даже самые прилежные ученики приходили не раньше половины восьмого.
Лишь один черный автомобиль был припаркован у ворот; стоило подойти ближе, как сразу ощутилась его премиальность.
Даже Ватанабэ Тору, не разбирающийся в марках машин, сразу понял, что стоит она целое состояние.
Хотя больше всего он мечтал о машинке из парка аттракционов.
В начале учебного года, когда он в одиночку слонялся по Токио, то видел в Сибуе группу средних лет мужчин, которые лихо разъезжали на таких машинках, вид у них был такой гордый.
Ватанабэ Тору тогда долго им завидовал.
Интересно, есть ли на Хоккайдо такие праздники?
Размышляя об этом, он завернул на территорию школы.
Сердце его замерло.
От ворот до школьного здания тянулась длинная аллея, а посередине ее рос огромный дуб.
В мае листва дуба была особенно пышной и ярко-зеленой, словно экран.
В конце марта, когда Ватанабэ Тору впервые увидел это дерево, он подумал: «Если кто-то выйдет из-за него, обязательно столкнемся», – хорошо, что в школе запрещен любой транспорт.
В этот момент группа людей в черном, в черных брюках и солнцезащитных очках, словно сошедшая с экрана фильма, обогнула дуб и вошла в его поле зрения.
Посреди них шла девушка в форме школы Камикава с волосами до плеч, лицо ее выражало скуку.
Одна из женщин в черном что-то прошептала ей на ухо, и девушка подняла голову.
Она увидела Ватанабэ Тору.
Скука на ее лице на миг сменилась удивлением, а затем оживилась. В ее глазах промелькнула улыбка – она словно нашла нечто забавное.
Группа обошла Ватанабэ Тору и направилась дальше.
Он попытался сделать вид, что ничего не произошло, и продолжил путь к учительской, но не сдержался и оглянулся.
Задняя дверь роскошного автомобиля была открыта, охранник замер рядом. На шикарном заднем сиденье девушка сидела, закинув ногу на ногу, и со скучающим видом рассматривала свои ногти.
«Она ждет, пока я сяду», – Ватанабэ Тору понял, что означает эта сцена.
«Ватанабэ, ты должен сохранять спокойствие, только так ты сможешь придумать, как не дать ей навредить родителям».
Он глубоко вздохнул, стараясь выглядеть невозмутимым, и медленно направился к машине.
Салон был просторным, с двумя рядами сидений, расположенными друг напротив друга. Девушка сидела в центре последнего ряда, а та женщина, что заламывала ему руки, – напротив нее.
Он забрался внутрь и сел рядом с женщиной, лицом к девушке.
Дверь мягко закрылась, и автомобиль медленно поехал, покидая территорию школы Камикава.
Комментарии