Штаб-квартира разработок «Технологий Хуасюань».
Старший инженер Чжан Мо в полном недоумении почти бежал по коридору. Еще минуту назад он был в лаборатории, где вместе с командой пытался провести симуляцию упрощения оптического пути для того самого решения с «двухлучевой интерференцией», предложенного Ли Дуном. Параметры уже начали приближаться к идеальным теоретическим значениям, когда зазвонил внутренний телефон из офиса директора и его вызвали немедленно.
Раздался стук в дверь.
Когда Чжан Мо вошел, Линь Вэй как раз откладывал мобильный.
— …Да, отмени два оставшихся на сегодня совещания, — распорядился он, а затем протянул Чжан Мо лист с экзаменационной работой. — Взгляни на это.
Инженер растерянно взял лист и впился в него взглядом. Поначалу он читал бегло, но не прошло и пары строк, как он замер на месте, будто пораженный громом.
— Синхронная подстройка длины волны источника в вакууме (λ) для пропорционального нивелирования колебаний показателя преломления иммерсионной жидкости (n)…
— Обеспечение константы отношения (n+Δn)/(λ+Δλ) для сохранения фазы φ и принципа таутохронности неизменными…
Дыхание Чжан Мо стало тяжелым.
Этот листок бумаги говорил ему: забудь о воде, займись светом!
— Так вот… вот как можно было подойти к вопросу?!
Чжан Мо посмотрел на директора:
— Директор Линь, какая топовая лаборатория выдвинула эту идею? Это же гениально! Прямой обход сложнейшего контроля среды – удар с фланга со стороны источника света!
Линь Вэй промолчал и просто указал пальцем на графу с именем.
«Цзянчэнская средняя школа №7, Ли Дун».
У Чжан Мо в голове загудело.
Ли Дун?
— Директор… Это же тот самый школьник, что придумал безмасочную схему для отборочного тура?! — Не веря своим глазам, спросил он.
Линь Вэй коротко подтвердил:
— Он самый.
— Гений! Это инженерный гений, который рождается раз в столетие! — Воскликнул Чжан Мо. — Директор Линь, не важно, сколько это будет стоить, мы должны заполучить этого парня! Хоть на десять лет вперед контракт о целевом обучении подпишите!
— Об этом пусть голова болит у юристов и отдела кадров, — жестко прервал его Линь Вэй. — Твоя задача сейчас – немедленно собрать людей и построить математическую модель. Мне нужно знать, сработает ли эта идея с синхронной подстройкой длины волны в реальном производстве! Живо!
— Понял! Сию минуту!
Чжан Мо, сжимая листок, вихрем вылетел из кабинета.
Едва за ним закрылась дверь, у Линь Вэя снова зазвонил телефон.
— Директор Линь, учитель Чэнь из шестой школы и ученик Ли Дун прибыли.
— Проси.
Через мгновение дверь открылась, и старина Чэнь вошел в кабинет вместе с Ли Дуном.
— Директор Линь, прошу прощения за беспокойство.
Старина Чэнь улыбался на редкость дружелюбно.
— Учитель Чэнь, не стоит извиняться. Прошу, присаживайтесь.
Линь Вэй встал, указал на диван и сразу перешел к делу:
— Ли Дун, идеи, которые ты оставил в экзаменационном листе, дали нам колоссальную пищу для размышлений. От лица отдела разработок «Хуасюань» выражаю тебе благодарность.
— Что касается дальнейшей проверки, наша команда займется этим незамедлительно. Если проверка подтвердит жизнеспособность метода, мы подробно обсудим условия соглашения.
Услышав это, старина Чэнь понял, что почва подготовлена. Еще в отеле он расспросил Ли Дуна о том, что именно тот написал в работе.
И хоть Чэнь не был специалистом в полупроводниках, услышав модель «компенсации через длину волны», он сразу осознал: Ли Дун снова попал в самое больное место технологий «Хуасюань».
Раз уж компания пользуется идеями его ученика, значит, пришло время торговаться.
Старина Чэнь заговорил веско:
— Директор Линь, Ли Дун – наш лучший ученик. То, что плоды его трудов могут помочь решить реальные промышленные задачи, наполняет меня как учителя гордостью. Но, — тон Чэня стал тверже, — научная работа требует отдачи. Ли Дун сейчас готовит заявку на Премию им. Яу Шинтана, и поэтому…
Линь Вэй нахмурился и покачал головой:
— Учитель Чэнь, я же еще вчера вам говорил. В принципе это абсолютно исключено.
— Директор Линь…
Чэнь хотел было продолжить спор.
— Нет, учитель, вы так и не поняли, — Линь Вэй перебил его, и его голос стал холодным. — И в прошлом решении, и в нынешнем главная ценность – сама идея! Самое дорогое в ней – тот миг, когда протыкается бумажная заслонка неизвестности. Стоит выйти этой статье, и такие гиганты, как ASML или Nikon, едва увидев слова «синхронная подстройка волны», мгновенно включатся в гонку. С их ресурсами они за секунду обойдут наши патентные барьеры. Коммерция – это борьба не на жизнь, а на смерть, я не могу дать слабину.
Старина Чэнь замолчал, не зная, что возразить. Об этом он как-то не подумал, ослепленный желанием добыть пропуск в жизнь для ученика.
В повисшей гнетущей тишине внезапно раздался голос Ли Дуна, который до этого сидел тише воды, ниже травы:
— Директор Линь, разрешите перебить.
— Вы сказали, что идея из моей работы помогла вам решить проблему?
Линь Вэй с некоторым удивлением посмотрел на юношу.
— Ты сам это предложил. Неужели ты не понимаешь уровня достигнутого результата?
Ли Дун кивнул:
— Я понимаю, что я написал. Но ваши слова о «немедленном внедрении» и «страхе перед конкурентами»… как бы это сказать… не совсем соответствуют действительности.
Линь Вэй вскинул бровь:
— В каком смысле?
— В том смысле, что я решал это просто как задачу по физике, — Ли Дун говорил совершенно искренне. — Это теоретически безупречный физический путь, но в реальных инженерных условиях его абсолютно невозможно внедрить.
После этих слов и Линь Вэй, и старина Чэнь замерли в оцепенении.
— Невозможно внедрить? — Линь Вэй всё-таки был доктором физики и обладал высочайшей квалификацией. — Поясни.
— Главная сложность этой задачи – требование завершить компенсацию за 1 мс при невозможности использовать контактные датчики температуры, — методично начал анализировать Ли Дун.
— Значит, единственный выход – упреждающее управление. А для этого нужно построить предельно точную карту соответствия, которая жестко свяжет выделение энергии лазера, теплоотвод жидкости и мгновенные температурные поля при сканировании на скорости 1200 мм/с.
Ли Дун посмотрел директору прямо в глаза, нанося решающий удар:
— Чтобы реализовать это, нужно в миллисекундном интервале в реальном времени решать уравнения Навье-Стокса при высоких числах Рейнольдса в паре с переходной теплопроводностью. Но иммерсионная жидкость при такой скорости находится в состоянии бешеной турбулентности, там возникают даже микронные кавитационные возмущения от нагрева лазером.
— Современная вычислительная гидродинамика просто не способна предсказать поведение пограничного слоя такой хаотичной турбулентности за время меньше 1 мс силами системы управления литографа. Малейшее отклонение в прогнозе – и компенсация волны будет ошибочной, а процент брака мгновенно станет стопроцентным.
Ли Дун подвел итог:
— Так что это лишь красивая физическая модель. Мощностей в инженерии для такого просто не существует. Это тупик.
Линь Вэй достал сигарету и глубоко затянулся. Он слишком хорошо знал проблему турбулентности и «бутылочное горлышко» вычислительных мощностей. Только что он был так ослеплен изяществом оптической теории, что в порыве радости забыл о катастрофической сложности гидродинамики!
В этот момент…
Бах-бах-бах!
В дверь отчаянно забарабанили, и в кабинет, обливаясь потом, ворвался Чжан Мо. Увидев гостей, он замялся у порога:
— Директор Линь, насчет той симуляции…
Линь Вэй глубоко вдохнул и посмотрел на него:
— Решение системы Навье-Стокса рассыпалось на высокой скорости? Вычислительных мощностей для миллисекундного прогноза не хватает?
Чжан Мо во все глаза уставился на шефа. Он только что прибежал из вычислительного центра, даже отчет составить не успел, откуда директор узнал?!
— Да… всё так, директор!
Чжан Мо добавил:
— Мы ввели коэффициенты турбулентных возмущений и обнаружили, что при скорости свыше 800 мм/с модель уходит в хаос. Ошибка вырастает в десятки раз, упреждающая компенсация становится невозможной…
Линь Вэй бессильно махнул рукой:
— Понял. Можешь идти.
В кабинете снова воцарилась тишина. Линь Вэй долгим взглядом посмотрел на Ли Дуна.
Если раньше, после безмасочной схемы, он считал его редким инженерным талантом, то теперь перед ним сидел настоящий монстр.
Школьник не просто выдал путь решения, до которого не додумались доктора оптики, он с одного взгляда увидел «смертельную точку» этой идеи, скрытую в глубинах гидродинамики и мощностей процессоров!
Он не просто нарисовал аппетитный пирог, он четко указал, где в нем заложен яд.
Линь Вэй встал, и на этот раз он сам достал мобильный, протянув его Ли Дуну:
— Ли Дун, давай обменяемся контактами в мессенджере.
— Чувствую, мы скоро увидимся снова.
Спустя полчаса старина Чэнь вывел Ли Дуна из здания штаб-квартиры. Вид у учителя был кислый, он сокрушенно вздохнул:
— Ли Дун, в итоге по поводу публикации мы так ничего и не выбили.
Однако Ли Дун выглядел совершенно спокойным:
— Всё в порядке, учитель Чэнь. Нет – так нет.
И это не было напускным равнодушием. Ему действительно было всё равно. Увидев в «Учебной группе Лазурного Дракона» изящество уравнений Максвелла, став свидетелем битвы истин между Ньютоном и Эйнштейном…
Он понял, что по-настоящему любит чистую физику. Ту, где несколько математических формул объясняют законы мироздания. А эти сложности с турбулентностью, мощностями и стоимостью материалов в инженерии?
Они имеют место быть, но это точно не предел его мечтаний.
Старина Чэнь, глядя на это беззаботное лицо, вдруг о чем-то вспомнил и с подозрением спросил:
— Погоди-ка, парень, а когда ты успел так глубоко залезть в тему литографов и оптического преломления? Я же каждый день занимался с тобой, и что-то не замечал за тобой таких познаний.
Ли Дун хитро улыбнулся, подумав про себя:
«Не могу же я тебе сказать, что я буквально вижу свет?»
Комментарии