Только что случившееся – сцена такой грубой силы – заставило Сюй Цина содрогнуться.
В одно мгновение, схватив взрослого мужчину за горло, она впечатала его в пол так, что тот едва не задохнулся. На шее бедолаги до сих пор виднелись красные следы.
Слишком жестоко.
Стоя на месте и пытаясь прийти в себя, он обернулся к парню, который, словно испуганный цыпленок, лежал на полу, не смея пошевелиться. Сюй Цин сжал кулаки:
— Не рыпайся. Сейчас позвоню знакомому полицейскому, пусть приедет.
— Кхм-кхм… Брат, отпусти меня разок.
Услышав про полицию, парень поднял голову, бросил испуганный взгляд на Цзян Хэ и, повернувшись к Сюй Цину, взмолился:
— Раз уж ты меня побил… кхм-кхм… отпусти. Бес попутал, больше не буду.
— Побил – и правильно сделал. Есть руки и ноги, что, заняться нечем? Мои деньги мне с неба падают? — Сюй Цин сплюнул, но, собираясь идти в комнату, остановился и, обернувшись, спросил:
— В первый раз?
— В первый, в первый… кхм-кхм, не звони в полицию, я правда больше не буду. — Парень попытался встать, но стоило Цзян Хэ лишь слегка дернуть головой, как он тут же послушно распластался на полу.
Неудачный день. Говорят, здесь призраки, люди по ночам спят крепко, он долго колебался, прежде чем набраться смелости заглянуть сюда, и вот – только начал, как его чуть не прибили.
Эта женщина что, из спецназа?
— …
Сюй Цин погрузился в раздумья, или, точнее сказать, в их имитацию. Гладил подбородок и смотрел на парня, в душе совершенно не желая вызывать полицию.
— Извиняйся.
— Простите.
— Ладно, всё же вызову. Сначала позвоню другу-полицейскому, спрошу, считается ли это самообороной. Если ты повредил что-то внутри, придется еще возить тебя по больницам, — Сюй Цин направился к телефону.
— Нет! Я в порядке! Брат, просто отпусти меня… кхм-кхм… я сам упал, случайно.
— Так боишься полиции? И правда в первый раз?
— Правда, правда.
— Как залез, так и выметайся.
— А?
Парень опешил, а поняв, что происходит, пришел в восторг. Поспешно вскочил, но от боли в ушибленном теле невольно поморщился и, опустив голову низко-низко, превозмогая боль, выбрался через окно.
Глубокая ночь, в гостиной горит свет. Сюй Цин дождался, пока тот уйдет, поправил окно и повернулся к Цзян Хэ.
— Надо же, прийти сюда воровать – совсем глаз нет.
— Ты просто так его отпустил? — Спросила Цзян Хэ.
— А что еще делать… Если вызвать чиновников, неизвестно, не будут ли они еще и тебя допрашивать за то, что ты его так приложила. Плюс твоя личность, — Сюй Цин покачал головой.
— Он пришел красть, а они будут спрашивать с меня за то, что я его ударила?
— Смотря какие повреждения… Ты чего не спишь? Почему ты одетая?
Сюй Цин был удивлен: глубокая ночь, а Цзян Хэ всё еще полностью одета. Неужели опять собирается сбежать?
— Я привыкла спать в одежде.
— Оу. Не собираешься убежать?
— Нет. Просто хотела послушать, что ты будешь делать, а потом… — Цзян Хэ не договорила. Услышав шум снаружи, она тоже подумала, что это Сюй Цин, и решила, что он посреди ночи затевает что-то эдакое.
— Как можно! Ты думаешь, все такие, как ты, по ночам шастают, как ночные кошки… Иди спать, я завтра найду мастера починить окно.
Сюй Цин пошел в комнату, но у порога остановился и оглянулся:
— Если я вдруг начну ночью шастать как подозрительный тип…
Цзян Хэ бесстрастно посмотрела на него:
— Какой тип?
— Ха… ничего, иди спи.
— …
Свет в гостиной снова погас, а за ним захлопнулась дверь в спальню Сюй Цина. Спустя мгновение Цзян Хэ еще раз взглянула на окно и в потемках вернулась в свою комнату.
…
…
На следующее утро Сюй Цин рано встал. Умывшись и почистив зубы, он увидел, что Цзян Хэ уже тоже вышла, полностью одетая.
— Ты что, в комнате тайком тренируешься?
Заметив пот на лбу Цзян Хэ, Сюй Цин не удержался от вопроса – каждый раз, когда он вставал рано, он видел её в таком состоянии.
И ведь что странно, никаких звуков не слышно…
— М-м, — Цзян Хэ не стала отрицать. Тренировать тело зимой и летом – путь самосовершенствования любого бойца.
— В следующий раз можешь открыть дверь? Хочу посмотреть, как ты тренируешься.
— Можно.
Сюй Цин был удивлен, что она согласилась так легко, но ничего не сказал. Вернулся в комнату за телефоном и ключами и, когда Цзян Хэ закончила сборы, кивнул ей в сторону двери.
— Пошли, позавтракаем, заодно поищем контакты оконных мастеров.
— Я с тобой?
— Конечно. Я вчера всю ночь думал: негоже постоянно сидеть дома и разглагольствовать. Нужно учиться жить, а лучший способ – это познавать жизнь на практике.
Сюй Цин говорил, выводя Цзян Хэ из подъезда. Вдохнув утренний свежий воздух, они отправились пополнять показатели выбросов углекислого газа в Цзянчэне.
— Больше смотри, больше слушай, больше учись, — он обвел рукой окрестности. — Жизнь во всем. Понимаешь, как надо учиться?
— Как?
Цзян Хэ выглядела заинтригованной.
— Отбрось старое мышление, забудь место, где была раньше, относись ко всему как к чему-то совершенно новому, — Сюй Цин, засунув руки в карманы, медленно зашагал вперед. — Свобода, равенство, справедливость, гармония; процветание, демократия, законность; ответственность, патриотизм, честность. Для начала запомни эти двадцать четыре иероглифа. Повтори.
— …
Цзян Хэ открыла рот, но слова застряли в горле.
Кто ж запомнит с одного раза!
— Как вчера с тем вором: в подобной ситуации можешь его нейтрализовать, но не бей слишком сильно. Ты вчера хотела ему шею свернуть, да?
— Нет, я уже очень сильно сдержала силу.
— Ну и хорошо… Здесь причинять вред человеку – дело хлопотное. Даже если тот человек – злодей, до тех пор, пока он не пытается тебя убить, ты не можешь его лишать жизни. Всё остальное – работа полицейских.
Сюй Цин сделал паузу и добавил:
— Но, учитывая твои способности, вряд ли кто-то сможет тебе угрожать, так что ни при каких обстоятельствах не делай смертельных ударов.
— А до какой степени можно бить?
— Смотря по обстоятельствам. Например… почему ты ударила того человека?
— А если ты придешь ко мне в комнату среди ночи как подозрительный тип, с какой силой мне тебя бить? — Спросила Цзян Хэ.
— …Это практически невозможно, приведи другой пример, — Сюй Цин скривился. — Похож я на такого?
— Очень.
— …
Сюй Цин, чья репутация была поставлена под сомнение, разозлился.
— Я – молодой герой, благородный, с чистыми помыслами и праведным духом. Поняла?
Цзян Хэ сжала губы:
— Пожалуй, поверю.
— Что значит «пожалуй»? … Постой, почему тебе вообще пришла в голову такая странная мысль, что я прокрадусь к тебе в комнату? — Сюй Цин был озадачен. Вроде не похож на плохого парня.
К тому же, обычно он ничего такого не делал… кажется, только достал из мусорного ведра её туфли, больше ничего.
— Ты сам вчера об этом говорил.
— Вчера? — Сюй Цин почесал затылок, вспоминая свои вчерашние шутки, и потерял дар речи. — Это же была шутка… Если бы я правда собирался сделать что-то такое, стал бы я об этом говорить?
Цзян Хэ промолчала. Она вчера долго ломала голову, что делать, если такое действительно случится – ведь не бить же его до полусмерти.
— Если уж на то пошло, если бы это произошло, что бы ты сделала? — Спросил Сюй Цин.
— Ударила бы тебя кулаком, — ответила она.
— Один удар?
— Один удар.
Сюй Цин посмотрел на её кулак и подумал, что этот удар, пожалуй, будет смертельным.
Комментарии