«Мастер загадок», – словосочетание, которое редко вызывает симпатию.
До конца игры оставалось меньше пяти минут.
Убедившись, что выжившие единогласно подпишут Письмо о расторжении протокола, Линь И подошел к двери квартиры 701. Там жила та самая Белая, о которой говорила Чэнь Тинтин.
По совместительству она была двадцать восьмым жильцом этого дома – последним человеком из их класса, который за всё время так и не показал носа наружу.
«Наконец-то настал мой черед стучать в чужие двери…», – не без доли злорадства подумал Линь И. Он занес руку, намереваясь сполна насладиться ролью того, кто владеет инициативой, но дверь распахнулась сама собой прежде, чем костяшки коснулись дерева.
— Неужели ты наконец сообразил прийти ко мне?
Голос раздался раньше, чем показалась хозяйка. Он был холодным и чистым, словно звон горного ручья о гальку.
Затем в поле зрения появилась девушка с безупречным, но неприступным лицом.
Янь Цинъюань.
Лучшая студентка не только курса, но и всего факультета. Для таких незаметных личностей, как Линь И, чей результат на экзаменах всегда балансировал на грани проходного балла, она была существом из другого мира.
Помимо клейма гениальности, она была «ледяной королевой», неизменно занимавшей первые строчки в «Рейтинге красоты сокурсниц», который составлял Ши Хаонань. Ее признавали первой красавицей вуза почти все.
Но странно: почти никто в классе о ней не вспоминал, будто сознание людей намеренно игнорировало ее существование.
Если бы не четкое знание того, что в классе должно быть двадцать восемь человек, и не счетчик смертей от таланта Злорадство, Линь И, возможно, и сам бы вспомнил о ней только после подсказки Чэнь Тинтин.
— Звучит обидно… если заставлять людей забывать о себе – это твоя способность, — Линь И всё же почувствовал укол досады из-за того, что ему не дали постучать.
— Точка старта слишком скучна, так что я выбрала путь наименьшего сопротивления.
— Оставим в покое еду, но неужели тебе не нужна даже вода?
— Похоже, ты и впрямь всё забыл, Нуль, — Янь Цинъюань окинула его полным жалости взглядом. — Моя Личность – Эрудит. Даже если я не буду ни есть, ни пить, моего рассудка хватит на вечность.
«Какая самоуверенность», – подумал Линь И. Видимо, у гениев даже в аду особые привилегии.
— Почему Чжу не пришла с тобой? Похоже, она сделала свой выбор…
«Чжу? Свинья?», – в голове Линь И промелькнула неуместная ассоциация. В ту же секунду он заметил, как Янь Цинъюань посмотрела на него с таким отвращением, будто перед ней лежала куча мусора.
— Ты что, мысли мои читаешь?
— Кое-что улавливаю. А глядя на твою вечно невозмутимую физиономию, нетрудно догадаться, что ты думаешь о какой-нибудь пошлости.
…
«У нас что, вражда была в прошлом?»
— Псевдоним Тинтин – Чжу, как «Чжу Цюэ», Алая Птица, — пояснила Янь Цинъюань, пресекая его размышления. — Мы не враги. Напротив, мы оба из организации Призрачный След. Разумеется, мне не было никакого дела до той жалкой конторки, которую ты основал. Это Чжу… тьфу, это Тинтин со своей любовью в голове втянула меня туда.
— Погоди, ты сказала, что Призрачный След основал… кто?
Линь И точно помнил, что среди врагов Пути Жизни числилась фракция с таким названием. Если сложить дважды два…
«Я сам себе враг?»
— А кто еще, по-твоему? — Янь Цинъюань изящно закатила глаза. — Когда мы попали сюда, все были в классе. Но каждый раз до этого именно ты был тем двадцать восьмым человеком, который исчезал в Точке старта. Пока в прошлый раз ты, ничего не объяснив, не отправился в какой-то Мир и не провернул там что-то, чего не знаем даже мы. Только после этого ты впервые появился в Точке старта вместе с нами. Мы и без твоих слов догадались: твой порог вхождения куда выше нашего. И пусть мы не понимаем твоих целей, большинство членов организации решили последовать за тобой и начать всё заново. Эх, распинаюсь тут перед тобой, совсем забыла, что ты теперь беспамятный.
Она вздохнула, словно объясняла урок ребенку:
— Точка старта – это место, где мы сейчас находимся, первая станция «игры». Пока ты не изменил правила, она была константой. Сколько бы раз мы ни начинали, она не менялась. А Миры… я бы назвала их «уровнями», как в игре. Бывают большие, бывают маленькие. В отличие от Точки старта, Миры абсолютно случайны. Именно поэтому никто не может окончательно выбраться из этой петли. Представь: ты игрок, прошедший кучу уровней, но споткнувшийся на этапе с адской сложностью. Система милостиво дает тебе шанс начать сначала с сохранением памяти. Но беда в том, что после знакомой первой локации все последующие уровни каждый раз генерируются заново и всегда с той же адской сложностью. Ты снова и снова умираешь, снова и снова начинаешь. Теперь понятно?
— В общих чертах, — Линь И оценил наглядность примера. — Значит ли это, что если кто-то умирает в самую первую сессию, в Точке старта, то у него почти нет шансов изменить судьбу?
— Именно. Почти никаких. Но в этот раз из-за тебя процесс пошел иначе. Например, Ши Хаонань обычно пытался спрятаться в тумане и сойтись в смертельной схватке с Ли Цяньюнем, который был под защитой Порядка. Но теперь, из-за твоего вмешательства, он покончил с собой, даже не добравшись до старости. Впрочем, ты потом сам прикончил этого безумца Ли Цяньюня, так что общая канва событий не сильно пострадала. Проще говоря, твои перемены ничтожны… они даже слабее того, что сделала Тинтин.
Янь Цинъюань помрачнела:
— Я не знаю, какая Личность у этого бандита Хуана, и мне плевать. Но, видимо, бесконечные неудачи подкосили уверенность Тинтин. Она усомнилась в своей полезности и отдала право на жизнь ему, чтобы он занял ее место. — Она мельком глянула на телефон. — Скоро мы выйдем отсюда. Впереди у нас много времени, я всё тебе расскажу… Кстати, у тебя есть вода? А то я в горле пересохло от этих лекций.
Линь И кивнул и, бросив ей бутылку, молча развернулся к выходу.
— Куда ты собрался в такой момент?
— Нужно закончить дела.
— Дела? Хочешь похоронить Тинтин? Что ж, значит, у тебя осталось хоть немного совести.
— Нет. Я иду их «разбудить», — рассеянно бросил тот, кто всё еще жалел о несостоявшемся стуке в дверь.
Он был Мастером Игры Судьбами.
Безумцем, способным в начале игры опустить свой атрибут жизни до единицы, а то и вовсе до нуля. Возможно, именно это античеловеческое мышление и поведение заставляло саму судьбу теряться в догадках, не понимая, что он выкинет в следующий миг. И именно это приносило те самые перемены в «сейчас».
Еще два часа назад, когда правила для остальных были искажены, его третье правило выживания под действием благословения превратилось в следующее:
【3. Добрососедство подразумевает взаимовыручку. Будучи Мастером Игры Судьбами, увлеченным играми с бытием, вы можете передавать свои атрибуты жизни любому жильцу дома (эффект действует на погибших лишь однократно).】
Комментарии