Подойдя к экипажам, несколько людей, похожих на слуг, словно по сигналу одновременно обернулись и уставились на Ян Сяо и его спутников.
Во главе стоявший человек оглядел их странным взглядом, затем, глухим и сдержанным тоном произнёс:
— Прошу Посланников Счастья садиться в карету, господин Фэн уже давно ждёт.
Было приготовлено две кареты. Ян Сяо, Куан Хунъи, Сюй Су и Суй Тинтин сели в первую; Ши Дали с двумя спутниками устроились во второй.
Внутри первой кареты места оказалось предостаточно, четверым сидеть было вполне удобно. Но душу невольно тревожило одно – за занавеской, по обеим сторонам салона, слева висел небольшой тыквенный сосуд, а справа на красной нити покачивались заржавленные ножницы.
С криком возницы кареты тронулись с места, и сосуд с ножницами начали качаться в такт ходу. Тут все заметили, что у сосуда срезано дно, а вместо него подложено бронзовое зеркало с выгравированным багуа.
Увидев, как Суй Тинтин наклоняется поближе, чтобы рассмотреть сосуд, Куан Хунъи хмуро предупредил:
— Не трогай, это вещи, отпугивающие злое.
Суй Тинтин тут же отпрянула и плотнее прижалась к Ян Сяо.
Приподняв край занавески, изнутри можно было видеть обе стороны улицы: таверны, постоялые дворы, чайные, лавки древностей, магазины румян – всего понемногу. Но больше всего попадалось невзрачных лавочек – рисовые лавки, ткацкие и бакалейные лавки, столь нужные в жизни простым людям.
Мимо проходили уличные торговцы: кто нёс корзины на шесте, кто выкрикивал товар прямо из подворотни.
Редко на улице встречались богато одетые – в основном люди выглядели измождёнными, как будто давно не ели досыта; одежда вся в заплатах, порой хуже той, что была на самих Посланниках Счастья.
У угла улицы сидела и лежала кучка нищих – старики и дети в лохмотьях. Завидев путников, ребятишки с мисками набрасывались вперёд, а прохожие, прикрыв рот и нос, спешили отвернуться.
Если бы Ян Сяо нужно было описать весь посёлок одним словом, он бы сказал: под показным оживлением скрывается тлен и дыхание смерти.
Примерно через двадцать минут гул копыт стал стихать. Сюй Су, что глядела в окно, обернулась и вполголоса сказала:
— Приехали.
Перед ними открылось пространство – на обочине стояла огромная усадьба. Тяжёлые тёмно-красные ворота плотно сомкнуты, под ними широкие известняковые плиты, чисто подогнанные, внушающие уважение.
Главное – Ян Сяо сразу узнал эти ворота: именно они были изображены на пригласительной открытке из сценарного ящика. Посёлок Фэнмэнь, усадьба семьи Фэн!
По обе стороны ворот висели крупные белые фонари, качавшиеся на ветру. На каждом чёрной густой кистью выведен иероглиф «поминание».
Главные ворота открывались лишь в особые дни или ради знатных гостей. Очевидно, Ян Сяо и его товарищи не относились к ним – ворота стояли закрытые, а кареты не останавливались.
Они поехали вдоль высокой стены и, повернув за угол, свернули в переулок, ведущий вглубь усадьбы.
Высокие стены с обеих сторон почти заслоняли небо, оставив лишь узкую полоску света. Ян Сяо прикинул, что время тут около четырёх часов дня, но в переулке царил сумрак – солнце едва пробивалось.
Кроме стука копыт и скрипа колёс по камню, было мертвенно тихо. Куан Хунъи и Сюй Су молчали, атмосфера становилась всё тяжелее.
Наконец, кареты остановились. Кто‑то снаружи откинул занавес, и все по очереди вышли наружу. Перед ними стояла чёрная двустворчатая деревянная дверь, а рядом уже ждала пожилая женщина с вышитым платком в руке.
Старуха холодно посмотрела на всех без слов. Розовая помада на лице и приподнятые уголки глаз делали её облик особенно странным.
Она обвела каждого взглядом, словно что-то сверяя, и лишь после долгого молчания произнесла:
— Посланники Счастья, господин Фэн вышел по делам, прошу вас проследовать за мной в боковой зал подождать.
Не теряя времени, старуха повернулась и толкнула деревянные створки.
Посланники Счастья…
Так же называли их и те слуги раньше. Похоже, теперь это и есть их нынешний статус.
Ян Сяо вспомнил пригласительную открытку – там не было ни слова о каком-то особом звании, просто говорилось, что семья Фэн устраивает некий обряд и приглашает получивших послание, обещая «щедро вознаградить» за участие.
Следуя за женщиной, все вошли в усадьбу семьи Фэн. Надо признать, внутри было богато: павильоны, пруды, клумбы, крытые галереи – глаза разбегались.
Через десять минут они подошли к просторной, но тихой зале. Старуха указала на решётчатый шкаф и велела:
— Господин добр, не терпит, когда кто бедствует. Возьмите изнутри новую одежду, а свои старые лохмотья снимите.
Пока все собирались выполнить приказ, старуха вдруг прищурилась и резко сказала:
— Постойте.
— Ты, возьми ту, что наверху, — неуважительно ткнула она пальцем в самого старшего по виду, Ши Дали.
Тот растерялся, машинально переспросил:
— Почему я? Это… это зачем?
— Посланник Счастья, оказавшись в доме Фэнов, должен соблюдать их правила. Господин любит тех, кто слушается. — Голос её не выражал ни тени эмоций, будто весь мир задолжал ей.
Ши Дали без возражений взял одежду с верхней полки – других комплектов там всё равно не было.
Следом Куан Хунъи достал одежду со второй полки – и там была лишь одна вещь.
Потом старуха назвала Ян Сяо, Кэ Луна и Ши Гуаньмина: они брали одежду с третьего яруса, где лежало ровно три комплекта.
Последними подошли Сюй Су и Суй Тинтин – их ждала нижняя полка с двумя наборами одежды.
Когда все получили своё, старуха заметно смягчилась:
— Переоденьтесь. Господин уехал покупать бумажные подношения, что отправят вниз второму молодому господину, потому, пожалуй, сегодня вы его не увидите. Подождите одно горение благовония. Если к тому времени он не вернётся, ищите у ворот ночных слуг, они покажут, где остановиться.
Сказав это, старуха удалилась. Ян Сяо и остальные задумчиво рассматривали шелковые одеяния – мягкие на ощупь, аккуратно сшитые, явные вещи богачей, выглядели куда наряднее, чем те, что были на старухе.
— А? — Ши Дали развернул свой комплект, нахмурился. — Рукава-то разные по длине!
— А у меня у платья уголок вырезан, — удивлённо сказала Сюй Су, приподнимая подол, чтобы показать.
Ян Сяо долго молчал – на подоле его одежды красной нитью было неровно вышито чьё-то восемь иероглифов рождения.
Комментарии