]
— Послушайте, почтенный, — Ян Сяо всё еще не сдавался. — Случалось ли в городе что-то из ряда вон выходящее в те дни, когда Труппа Бай затонула? Может, пропала какая известная актриса из другого коллектива?
Счетовод погладил бородку, поразмыслил и покачал головой:
— Да нет, не слыхал. Знаменитые артисты – это же золотые самородки для любой труппы, за ними глаз да глаз. Чтобы кто-то так просто сгинул – маловероятно.
Но стоило ему договорить, как с соседнего стола донесся нетрезвый голос:
— Это как посмотреть! От вора в доме не убережешься… Хе-хе! Весну в сердце не удержишь, да и от смазливых рож спасения нет! Ха-ха-ха!
Мертвецки пьяный мужчина, шатаясь, подошел к их столу. От него за версту разило перегаром, лицо пылало багровым цветом.
Счетовод при виде него скривился, но из вежливости встал и выдавил улыбку:
— Ох, четвертый господин Дяо! Глаза мои совсем ослепли, не признал вас сразу.
— Тьфу! Те паскуды из Труппы Бай заслужили свою смерть! Эта Нечто радостное – кем она себя возомнила? Я ей предложил выпить – так это честь была, а она нос воротит! Тьфу!
— Отребье подзаборное, возомнили себя людьми! Если бы сестра Чунь не сбежала с тем типом… разве достались бы этой девчонке главные роли? Сдохли – и поделом!
Видя, что пьяница распаляется всё сильнее, его приятели поспешили увести его прочь. Один из них, более вменяемый, принялся извиняться перед Ян Сяо:
— Простите, господа, ради всего святого. Перепил он, мелет чепуху. Не обращайте внимания.
Когда дебошира увели, счетовод недовольно уселся обратно. Видимо, подобные сцены здесь были не редкостью.
— Кто такая эта сестра Чунь? — Ян Сяо моментально уцепился за имя.
Счетовод вздохнул:
— Дела давно минувших дней. Труппа Бай – это уличное название, а по цеховому реестру они звались Труппа Весеннего Счастья. Весна и Счастье. Весна – это сестра Чунь, а Счастье – Нечто радостное. Когда-то они обе были столпами труппы, но потом…
Название «Труппа Весеннего Счастья» Ян Сяо слышал от господина Фэна, но тогда в суете не придал этому значения. Теперь же всё выглядело иначе. — Что случилось потом?
Ян Сяо выложил еще один кусочек серебра.
Счетовод горько усмехнулся и пододвинул монету назад:
— Я не ради наживы молчу, просто история некрасивая. Эта сестра Чунь… влюбилась в одного смазливого хлыща, что повадился к нам на спектакли. А вы знаете – в нашем ремесле такие интрижки не прощают. Глава труппы Бай в ярости выставил её вон. Говорили потом, что тот хахаль оказался еще тем пройдохой: пил, играл, по борделям шлялся… Недолго Чунь радовалась – померла через пару лет.
— В Труппе Бай была еще одна прима, сестра Чунь, а ты молчал? — Суй Тинтин сверкнула глазами на старика. Чуть всё дело не загубил.
Счетовод развел руками:
— Да сколько лет-то прошло! Труппа разделилась года четыре-пять назад. С тех пор как сестру Чунь прогнали, она в городе и носа не показывала, на сцену не выходила. Лет пятнадцать-шестнадцать минуло, не меньше.
У Ян Сяо екнуло сердце. «Это она», – подумал он. Между изгнанием Чунь и гибелью труппы в реке прошло как раз лет пять-шесть – возраст ребенка совпадал идеально.
К тому же, раз она была ученицей главы труппы Бай и его главной звездой, мастерством она не уступала своей преемнице. Использовать её как подставную невесту – гениальный и жестокий план.
Оставалось выяснить одно: как именно она умерла.
— Почтенный, а от чего умерла сестра Чунь? — С любопытством спросил Ян Сяо. — И когда именно это случилось?
— Э-э… — Счетовод задумался, воровато глянул на соседний стол и понизил голос:
— Господа, я с ней близко знаком не был. Но знаю, что жила она с тем прощелыгой в Деревне Спящего Тигра – это верст десять-пятнадцать отсюда. Кстати, вон тот человек в синем шелке, господин Чжоу, как раз оттуда. Он раз в несколько дней привозит к нам лесные дары на продажу. Мужчина он видный, разумный – с вашим талантом разговорить его труда не составит.
С этими словами старик поднялся и церемонно поклонился:
— Кушайте на здоровье, господа, а мне пора к делам возвращаться.
Суй Тинтин хотела было удержать его, но Ян Сяо остановил её:
— Оставь. Он тертый калач. Понял, что мы не ради театра выспрашиваем, и почуял запах проблем. Решил вовремя смыться.
Когда принесли еду, Ян Сяо оставил одну тарелку спутнице, велев ей поскорее подкрепиться, а сам взял блюдо с рыбой в уксусе и направился к соседнему столу.
Поставив рыбу и велев слуге принести бутылку доброго вина, Ян Сяо улыбнулся компании:
— Одному пить скучно, а в компании – веселее. Не возражаете, если я присоединюсь?
За столом сидели четверо, закусывали почти одной травой да дешевым пойлом. С появлением Ян Сяо уровень застолья заметно вырос. Мужчина в синем шелке поднялся и сложил руки:
— Друг, мой приятель спьяну наговорил лишнего, не стоило тебе так тратиться.
Ян Сяо рассмеялся, мастерски изображая богатого бездельника, впервые покинувшего отчий дом:
— Пустяки! Встреча – уже судьба. Отец всегда говорил: «В пределах четырех морей все люди – братья». Не стесняйтесь, давайте выпьем и поболтаем.
Спустя пару чарок языки у сотрапезников развязались. Именно от господина Чжоу Ян Сяо и узнал подробности о сестре Чунь.
По его словам, поначалу жили они неплохо – Чунь за годы службы в театре накопила деньжат. Но потом всё пошло прахом. Её муженек оказался азартным игроком и быстро спустил все накопления. А когда деньги кончились, принялся её колотить. Самое мерзкое – шантажировал её ребенком.
— У них и ребенок был? — Ян Сяо подлил вина господину Чжоу. — Продолжай, не томи!
— Да-да, спасибо. — Чжоу, найдя благодарного слушателя, осушил чарку залпом. — На чем я остановился? Ах да, ребенок… Девочка была, прелестное создание. Каждый раз, когда я мимо их двора с возом проезжал, она выбегала и кричала: «Дядя Чжоу!». Эх, жаль бедняжку…
— Что случилось?
— Слегли вместе с матерью от какой-то хвори лихой и померли. — Чжоу горестно выдохнул хмельные пары и покачал головй.
— Когда это было?
Ян Сяо перестал подливать вино и заменил его водой – в таком состоянии гость уже не почувствовал подвоха.
Чжоу заглотил воду и, причмокнув, стал вспоминать:
— Лет… лет десять назад, пожалуй. Помню, как громом поразило – ведь еще за пару дней до того видел, как девчушка матери помогала у печи. И вдруг – раз, и нет обоих.
Комментарии