Линь Сиси неспешно потягивала йогурт. Если «Нутридринк» был на вкус сладким, то йогурт – кислым.
Такой вкус ей не нравился, к тому же йогурт был вязким, и приходилось выдавливать его до капли, чтобы не переводить продукт зря.
Но если его не выпьет кто-то другой, он всё равно пропадёт.
Разумеется, Гу Цюхань ещё не успела сказать, что не хочет его пить.
Однако, увидев записи в блокноте Линь Сиси, она на удивление не разозлилась – по крайней мере, на саму Линь Сиси.
Что до Цзян Фэнмяня, он очень скоро узнал, какой гневной может быть Юная госпожа.
Никаких криков или истерик – лишь два пальца, тонких, как стебли белого лука, впились в мягкие ткани на его боку.
А затем последовал поворот на сто восемьдесят градусов.
— С-с-с… — Цзян Фэнмянь судорожно втянул воздух. — Отпусти! Ещё раз так сделаешь – я дам сдачи!
— Попробуй только! — Рявкнула Гу Цюхань, но руку всё же убрала. Она протянула свою белую ладошку, требуя вернуть ей ленту.
Не тут-то было: Цзян Фэнмянь, ни секунды не колеблясь, шлёпнул её по руке.
Плясь!
Больно не было, но звук получился громким, и тут же все одноклассники в классе уставились на них.
Гу Цюхань тут же опустила голову и уставилась в учебник, делая вид, что ничего не произошло, хотя её зубы досадно скрипели.
— Быстрее верни ленту, — прошептала Гу Цюхань, дождавшись, пока остальные перестанут обращать на них внимание. — Мне нужно волосы собрать.
— Почему у тебя лента фиолетовая? — Цзян Фэнмянь взглянул на светло-фиолетовую ленточку с кружевным краем. Довольно изящная вещь. Он вернул её Гу Цюхань.
В общении с девушками нужно знать меру; если перегнёшь палку, превратишься в «нижеплинтусного» парня.
Гу Цюхань приняла ленту, зажала кончик зубами и обеими руками собрала свои чёрные, как смоль, волосы в пучок. Придерживая причёску одной рукой, другой она ловко сняла ленту с губ и завязала узел.
Закончив, она не преминула помять получившийся «пончик», будто от этого он станет пышнее.
— Ты каждый раз завязываешь волосы, держа ленту зубами? — Цзян Фэнмянь поморщился. Наверняка на ленте остались её слюни, это же просто…
— Да. Чтобы в следующий раз ты не смел её хватать, — Гу Цюхань победно улыбнулась, словно взяла реванш, но она явно недооценила толстокожесть Цзян Фэнмяня.
— Вообще-то, в тех шоколадках, которые я просил тебя выбросить вчера, на нескольких была моя слюна, — Цзян Фэнмянь помедлил и добавил:
— Ты ведь их не съела?
Улыбка на лице девушки мгновенно застыла. Не ответив ни слова, она молча достала учебники и выстроила ещё более высокую «границу», пока Цзян Фэнмянь не перестал видеть даже её макушку.
Глядя на эту внушительную книжную стену, Цзян Фэнмянь подумал, что легендарная Мэн Цзян-нюй была не так уж и хороша – если бы за дело взялась Юная госпожа, Великая стена могла бы уйти под самые облака.
— Староста, подожди меня!
— Староста, почему у тебя такая классная фигура? Как ты этого добилась? Можно потрогать?
Су Юньшу вернулась после завтрака в окружении кучки девиц. Едва войдя в класс, она сразу бросила взгляд в угол, где сидел Цзян Фэнмянь.
Увидев высокую стену из книг, она невольно обрадовалась.
И правда, между Цзян Фэнмянем и Гу Цюхань нет ничего общего – теперь между ними выросла настоящая преграда.
Су Юньшу решила проявить великодушие и утешить своего маленького «детского друга», чтобы Цзян Фэнмянь не пал духом от холодности Гу Цюхань и не начал сомневаться в себе, а заодно чтобы у него не возникло дурных мыслей в её сторону.
— Цзян Фэнмянь, выйди на минуту.
Услышав зов Су Юньшу, Цзян Фэнмянь вынужден был встать и выйти из класса. Они снова оказались в конце коридора.
Солнце уже поднялось высоко в небо. Под золотыми лучами волосы Су Юньшу отливали светло-коричневым, а тонкий пушок на её щеках был подсвечен золотым ореолом – она выглядела ослепительно.
— Староста, что-то случилось?
У Цзян Фэнмяня было хорошее настроение, и даже если бы Су Юньшу попросила его таскать учебники, он не стал бы жаловаться.
Су Юньшу помедлила, не зная, как расспросить его о конфликте с Гу Цюхань, поэтому сменила тему:
— Скоро пробные экзамены. Ты сможешь удержать планку, чтобы нас не перевели в другой класс?
Су Юньшу внезапно подумала: вместо того чтобы сомневаться и ревновать, лучше стать лучшей опорой для мужчины. Поэтому она решила загрузить Цзян Фэнмяня учёбой, чтобы у него не оставалось сил и энергии бегать за Гу Цюхань.
Да, это лучшее решение.
Цзян Фэнмянь почесал затылок:
— Должен. Я уверен в своих силах.
— Не верю, — Су Юньшу лукаво прищурилась. — В ближайшие дни я буду проводить тебе дополнительные занятия. После вечерней самоподготовки не шатайся где попало, иди домой и жди моего звонка по видеосвязи.
— А? До экзаменов же ещё неделя, зачем так быстро начинать?
Цзян Фэнмянь вспомнил прошлогодние мучения: днём учёба, вечером – видеоуроки с Су Юньшу. Он ложился спать чуть ли не за полночь и тогда чуть не сошёл с ума.
— Что, уже сдаёшься? — Су Юньшу презрительно фыркнула. — У тебя вот такая сила воли? А я ещё хотела попросить отгул и доверить тебе управление классом на день.
Так как кандидатами в старосты были только Су Юньшу и Цзян Фэнмянь, он автоматически стал её заместителем, но во втором классе третьего года обучения эта должность была номинальной: одни обязанности и никакой власти.
Просто главный чернорабочий.
— Ой, скажешь тоже! Я даже в первом семестре, когда оценки были плохими, выкарабкался, а теперь учиться будет всё легче и проще.
Хотя дома и жила Юная госпожа, это не мешало ему сидеть в своей комнате и общаться по видеосвязи с Су Юньшу.
— Договорились, жди звонка вечером.
Уладив дела, они вернулись в класс.
Поскольку предстояли дополнительные занятия с Су Юньшу, Цзян Фэнмянь специально оставил одну активацию «Предельной концентрации» на вечер. Вторую он решил использовать на утреннем уроке математики, чтобы проверить, помогает ли повышение концентрации в изучении точных наук.
После эксперимента на уроке математики, в течение которого он ни на миг не терял внимания, он не упустил ни единой детали. Задачи, казавшиеся сложными, вдруг стали простыми и понятными – сказывались прояснение логики решения и восполнение пробелов в знаниях.
Время за учёбой летело незаметно, и книжная баррикада на столе постепенно уменьшалась.
Юная госпожа лично разобрала «Великую стену», хотя и оставила пару слоёв книг – в знак того, что простила Цзян Фэнмяня не до конца.
— Эй, — позвала Гу Цюхань, когда до обеда оставалось совсем немного.
— Меня зовут не «эй», — ответил Цзян Фэнмянь.
— Цзян Фэнмянь, что ты будешь есть на обед?
— В столовой, что же ещё? Или ты предлагаешь мне, как тебе, практиковать воздержание и питаться «духовной энергией»?
Цзян Фэнмянь помнил, что госпожа Гу не жалует еду из столовой.
— Оу… ты один идёшь?
— Что, хочешь составить компанию? — Цзян Фэнмянь задумался. — Я не тот человек, который забывает друзей ради красивой девушки, но если ты настаиваешь на совместном обеде, то я готов отказать остальным.
— Закатай губу, кто пойдёт с тобой в столовую! — Гу Цюхань отрезала:
— Цзян Фэнмянь, после уроков помоги мне донести вещи до дома.
— Вообще-то, мне нужно сходить за продуктами на ужин, — машинально отозвался он.
— У тебя в холодильнике продуктов нет?
— Только снеки и напитки.
— Почему ты не сказал мне вчера?
— Ты ведь не ешь джанк-фуд.
Гу Цюхань надула губки:
— Ладно. Мне одной всё равно не утащить. Давай так: я схожу с тобой за покупками, помогу донести пакеты, а ты поможешь с моими вещами.
— Идёт. Надеюсь, вещей у тебя не слишком много.
Комментарии