Под ожидающими взглядами подруг Сильф, пересиливая смущение, сказала:
— В моей деревянной шкатулке появились семена растений, так что пусть она называется… пусть называется Шкатулка Тысячи Семян!
Договорив, она с тревогой посмотрела на остальных:
— Только это ведь не слишком нелепо звучит? Я просто не смогла придумать ничего по-настоящему грозного…
— С чего бы нелепо! Шкатулка Тысячи Семян – звучит очень внушительно! — Горячо поддержала ее Вашида.
— И правда неплохо, — сказала и Моран.
— Имена порой действительно обладают особой направляющей силой. Кто знает, может, однажды в твоей шкатулке и впрямь будут появляться десятки тысяч семян самых разных растений, — оценила Лилит.
Услышав всеобщее одобрение, Сильф заметно расслабилась и новый вариант имени сразу понравился ей еще больше.
Воплощения талантов младших ведьм наконец получили новые грозные и звучные имена, Лилит осталась довольна, но ее уже накрывала сонливость, и, зевнув, она сказала:
— Ну все, я пошла. А вы тоже ложитесь пораньше!
— До свидания, старшая сестра!
— До свидания!
Когда старшая сестра Лилит ушла, Моран и две ее подруги тоже направились каждая к своему общежитию.
Моран одной рукой прижимала к себе связку хлебных плодов, другой раздвигала сорную траву во дворе, протаптывая себе дорогу.
Дверь в общежитие не была заперта – стоило толкнуть, и она открылась. Моран включила выключатель магической лампы у входа, и вся комната сразу залилась светом.
Никакого снаружи лачуга, а внутри дворец не произошло.
Стоило поднять голову – и были видны черепичные балки под крышей, стоило опустить взгляд – и под ногами лежал грубый земляной пол.
Единственное, что можно было похвалить, – пол был куда ровнее и надежнее, чем стены.
Общежитие оказалось небольшим – уже от самой двери все помещение было как на ладони.
Слева от входа находилась открытая кухонька, где имелось все необходимое: и утварь, и посуда.
Возле кухонной стойки стоял высокий табурет – видимо, он и обозначал обеденную зону.
Справа, у окна, находился стол со стулом, на стене рядом висело несколько деревянных книжных полок, а на столе лежали стопка пергамента, перо и пузырек с чернилами.
Чуть дальше внутрь был устроен камин.
Рядом с камином шла маленькая лестница, ведущая на второй этаж, никак не отделенный перегородками.
Наверху стояли только односпальная кровать и небольшой шкаф для одежды.
Пространство под лестницей было отгорожено досками и разделено на две маленькие комнатки.
В одной не было вообще ничего, а в другой стояла подставка с умывальными тазами – на ней лежали три деревянных таза, немного умывальных принадлежностей, а рядом были сложены один на другой два деревянных ведра.
На стене висели два полотенца и одно банное, а в глубине стояли унитаз и бачок.
Похоже, это была умывальная, только без зеркала и даже без двери.
Во всем общежитии, кроме кухонных кастрюль, печи и ножа, а также унитаза, труб и крана в умывальной, вся мебель была деревянной.
И притом самой простой формы, без единого орнамента, без малейшего украшения.
Во всем доме не нашлось даже одной лишней табуретки.
Но хотя место и было маленьким, и выглядело весьма убого, все необходимое здесь имелось. Даже лучше, чем Моран представляла себе заранее.
Все-таки академия уже не обеспечивала даже трехразовое питание, так что то, что в общежитии уже стояли стол, стул, кровать и шкаф, позволяя заселиться сразу, было и без того очень неплохо.
По крайней мере, не нужно было еще и ломать голову, где добыть самые обычные повседневные вещи.
Моран отнесла хлебные плоды на кухню, поднялась на второй этаж и открыла шкаф. Внутри оказалось по два комплекта школьных мантий на весну, лето, осень и зиму, а также по две пары нижнего белья, обуви и носков.
Она достала ночную сорочку и уже собиралась спускаться мыться.
Перед выходом из дома она, конечно, успела искупаться, но потом вернулась пешком из замка академии, еще и возилась в роще хлебных деревьев – тело теперь было липким от пота и перепачканным в пыли.
С одеждой для переодевания она спустилась в умывальную. Душа там не оказалось, так что оставалось только набирать воду в таз и мыться по старинке.
Но когда она открыла кран, из него не вытекло ни капли.
Воды не было.
Моран вспомнила водонапорные башни во дворе каждого общежития. Неужели в башне совсем пусто?
Она снова, на ощупь в темноте, вышла наружу, добралась до заднего двора, вскарабкалась по лестнице рядом с башней и открыла крышку.
В лунном свете хорошо была видна сухая внутренняя стенка.
Моран: …
Ну что ж, значит, придется носить воду самой.
Она вернулась, взяла ведро и уже выходила, когда столкнулась с Сильф и Вашидой – те тоже как раз вышли наружу, каждая с ведром в руке.
— За водой?
— За водой.
Они переглянулись – одна, вторая, третья – и все беспомощно рассмеялись.
— Я помню, впереди на перекрестке есть колодец, — вспоминала Моран. — На дороге даже следы воды остались. Другие юные ведьмы, наверное, тоже брали воду именно там!
Вчера старшая сестра Лилит упоминала название того колодца, так что на обратном пути Моран специально присмотрелась – рядом с ним и правда стояла каменная стела с высеченными знаками «Колодец Гудань».
Хотя это название и не происходило с Голубой планеты, предание о нем было почти таким же, как о колодце Гудань на Голубой планете: вода не иссякает круглый год, прозрачна, чиста и приятна на вкус.
— Кто бы мог подумать, что даже воду придется таскать самим. Такая огромная водонапорная башня – а внутри ни капли, — вздохнула Вашида.
Кому бы пришло в голову, что в первый же день учебы, уже глубокой ночью, им придется идти за водой, чтобы помыться?
— Похоже, Магию Чистого Источника и правда надо осваивать как можно быстрее. Иначе такую большую башню, если таскать воду вручную, замучаешься наполнять, — сказала Сильф.
Моран принялась загибать пальцы:
— Магия Света, Магия Чистого Источника, Кулинарная магия… Мы ведь только поступили, а уже есть три заклинания, которые надо срочно выучить!
— И еще Магия Очищения! Общежитие хоть и маленькое, но земляные стены и пол очень быстро поднимают пыль. Без Магии Очищения убираться каждый день тоже мучение, — добавила Вашида.
— Уже четыре, — Моран подняла еще один палец.
— И еще Магия левитации! В гору к замку и так идти тяжело, а я не хочу еще и тащить на себе груз по такой дальней дороге. Да и хлебные плоды срывать она пригодится.
Сильф посмотрела на замок академии, высившийся далеко на вершине горы, и от одной мысли, что такую дорогу ей придется преодолевать целый год с лишним, ноги у нее начинали подкашиваться.
— Уже пять, — Моран начала понемногу понимать замысел академии.
Все трудности были прямо разложены перед ними, а способы решения тоже уже лежали рядом.
Качество жизни здесь полностью зависело от того, насколько успешно ты учишь магию.
При таком раскладе даже самая ленивая юная ведьма не станет просто махать на все рукой.
Моран уже живо представляла, с каким жаром маленькие ведьмы будут потом учиться магии.
И самыми желанными тогда окажутся вовсе не какие-нибудь могучие боевые заклинания, а самые обычные бытовые чары.
Теперь становилось понятно, почему мама Шана не слишком хорошо владела Магией мгновенной заморозки, зато Магию Чистого Источника, которая тоже не относилась к ее сильной стихии, освоила весьма прилично.
Наверное, еще в академии наловчилась – пока наполняла водой башню.
В конце концов, даже если талант не слишком велик, его можно хоть немного восполнить тысячекратным и стократным усердием.
К тому же магический дар ведьм все равно не опускается ниже ранга Ученика.
По дороге они без конца ворчали на порядки академии, но шагу не сбавляли и воду несли без промедления.
Совет клана поддерживал юных ведьм, но это вовсе не означало, что у них есть какие-то привилегии.
И потом, с сегодняшнего дня они уже вышли из-под материнского крыла и начали шаг за шагом учиться тому, как стать настоящей ведьмой.
Было уже слишком поздно, поэтому каждая набрала всего по одному ведру и вернулась.
Ночная вода из колодца была ледяной, так что дома ее предстояло еще нагреть.
К счастью, печь работала на магической энергии, и сил в ней было вдоволь – достаточно было просто разжечь огонь.
Когда Моран наконец умылась, привела себя в порядок и взобралась в кровать, сил на то, чтобы изучать Книгу Карт, о которой она думала весь вечер, уже не осталось – стоило закрыть глаза, и она сразу уснула.
Незнакомый дом, незнакомая кровать – а никакого неудобства не чувствовалось вовсе.
Комментарии