— Да как же ею пользоваться-то!
Вашида вертела в руках свою книгу из каменных пластин. Внутри было всего два листка из соломенной бумаги, которые она пролистала за секунду.
— После обеда наверняка узнаем, — Сильф, в отличие от подруги, сохраняла спокойствие.
Моран решительно поднялась:
— Идем на склад замка?
— Зачем нам на склад? — Не поняла Вашида.
— Директор же сказала: Книга Ведьмы ранга Ученика вмещает до ста книг! Мы пока не знаем, как именно переносить туда знания, но можем подготовить чистые страницы. Бумагу ведь еще пропитать надо! И неужели вы и вправду собираетесь ходить с этими… поделками? На приветственном банкете ни у одной старшей сестры не было такой рухляди!
Моран обвела подруг взглядом:
— Ну как, идем выбирать нормальные материалы?
— Конечно идем!
Аргументы Моран были слишком убедительны, чтобы Вашида и Сильф остались в стороне. Остальные девочки, тоже не знавшие, чем заняться, тут же нашли себе лидера:
— Мы с вами!
— Погодите, я только в уборную забегу!
… Вскоре двадцать семь первокурсниц шумной толпой повалили к складу.
Складские помещения располагались на первом подземном этаже и делились на три секции.
Склад номер один был раем для учебы: бумага всех сортов, чернила, перья, тетради.
На втором складе выдавали одежду, обувь, ткани и нитки. Вся готовая одежда была строго академического образца – такая же, как выдавали при поступлении. Зато выбор тканей поражал воображение.
Третий склад был забит хозяйственной утварью: посуда, банные принадлежности, постельное белье и мебель – всё в точности как в общежитии.
На двери первого склада висела табличка: «Доступно для всех курсов». Второй склад был открыт только для первого и второго годов обучения, причем второкурсницы уже не могли брать готовую одежду. Третий склад принимал только первых три курса.
Было очевидно: академия планомерно приучала юных ведьм к самостоятельности и выживанию.
Моран и компания вошли в первый склад.
Многие девочки сразу рванули к полкам с блокнотами, но вскоре оттуда донеслись разочарованные вздохи:
— Фу, одни только блокноты в мягких серых обложках! Такие невзрачные!
— А у старших сестер Книги Ведьм такие красивые были! — Недоумевала Эйс. — Неужели они сами их украшали?
— Кто знает, — пожала плечами Альба. — Гляньте, вон там у чернил не старшекурсница стоит? Вроде четвертый год, не помню, как зовут.
— …Я тоже, — призналась Эйс. — Моран, может, ты спросишь? Ты же всех по именам помнишь.
Моран в это время стояла у полок с бумагой, обсуждая с Сильф и Вашидой, какой сорт лучше взять. Выбирать приходилось только материал, так как бумагу выдавали рулонами полтора на десять метров – резать под нужный размер предлагалось самостоятельно.
Услышав просьбу подруг, Моран выглянула из-за стеллажа:
— Это старшая сестра Трейси с четвертого курса! Сейчас всё узнаю.
Заодно можно было попробовать продать еще одну карту.
— Старшая сестра Трейси! — Окликнула её Моран.
— О, Моран! — Улыбнулась та. — Как тебе жизнь в академии, освоилась?
— Вполне! Только вот Хлебные плоды больно невкусные, — с кислым видом призналась девочка.
Трейси не выдержала и расхохоталась:
— Ха-ха-ха! Глядя на вас, вспоминаю себя три года назад. Скучаю по тем денькам! Наслаждайся, пока есть возможность.
Моран заметила у старшей сестры тяжелые тени под глазами – та выглядела вконец измотанной.
— Старшая сестра, неужели во Внутреннем круге так тяжело живется?
Трейси тяжело вздохнула:
— Сама поймешь, когда перейдешь на третий курс. Скажу одно: учи магию на совесть! Особенно ту, что облегчает быт. Нам во Внутреннем круге еще грех жаловаться, а вот пятикурсницам на Внешнем периметре совсем несладко.
Она вспомнила свои любимые кусты черного чая, которые перерыли проклятые звери. А ведь могла бы угостить младшую сестру отличным напитком.
— Я запомню, — серьезно кивнула Моран.
Похоже, жизнь старших классов была далека от праздной.
— Кстати, старшая сестра, тебе карта не нужна?
— Карта?
— Ага! Сделана моим Воплощением таланта. Позволяет видеть точное количество маны, прямо как на испытании…
Через три минуты мана Моран пополнилась еще на шестнадцать единиц.
Старшая сестра Трейси выбрала оплату за два дня – по двадцать шесть мана маны в сутки.
— Влить сто пятьдесят мана для улучшения до начального уровня? А стоимость улучшения тоже можно в рассрочку?
— Можно! На тех же условиях: один мана лихвы в день.
— Идет! Тогда дней за шесть управлюсь.
— Если будут вопросы по карте, заходи ко мне в общежитие. Я в шестьдесят девятой комнате!
— О, шестьдесят девятая? Сразу за домом Лилит? Я ведь сама там раньше жила!
— Какое совпадение! Слушай, старшая сестра, а можно вопрос? У вас Книги Ведьм такие красивые – вы их сами делали?
— А, это! — Трейси кивнула. — В списке литературы для первого курса есть книга «Рождение изящного переплета». Вот по ней все и учатся.
— О-о! Понятно, спасибо огромное!
Попрощавшись с Трейси, Моран вернулась к первокурсницам и пересказала всё, что узнала.
— «Рождение изящного переплета»? Значит, и правда сами делают.
— Опять книга!
— Знаете, моя кора не так уж плохо выглядит… Натурпродукт! Может, и менять не буду.
— И моя каменная плита ничего. Такую ни один вор не позарится стащить.
— А мне кажется, этот серый блокнот – отличный вариант. Неважно, как он выглядит, главное – прочный! И возиться с нарезкой и переплетом не надо.
— Верно, в Книге Ведьмы важна суть, а не обертка. В академии условия суровые, сойдет и так. А после выпуска купим себе по шикарному переплету и перенесем туда всё!
Девочки быстро отказались от идеи получить всё готовенькое. Академия оставалась верна себе: ничего готового не давать, зато инструкций по изготовлению – хоть завались.
Часть учениц взяла серые блокноты, чтобы после пропитки использовать их как временный носитель. Другие, включая Моран и Сильф, решили всё же создать книгу с нуля и набрали бумаги и ножей. Вашида примкнула к первой группе.
В итоге каждая нашла что-то для себя, пусть ожидания и разошлись с реальностью.
— Идемте! Нужно успеть пропитать бумагу и блокноты до конца перерыва.
На этот раз Моран даже не пришлось никого подгонять. Все понимали: слова старшей сестры Трейси были не пустой страшилкой. Если не пахать сейчас, то потом, за стенами общежития, придется горько плакать.
(Конец главы)
Комментарии