Лишь сейчас все поняли, что распорядитель Ту с его неизменно ледяным взглядом не показывался на глаза уже несколько дней.
— У семьи есть другие дела, его временно перевели. Господа, прошу вас, не удивляйтесь, просто продолжайте заниматься своим делом, — Чэнь Линь объяснил всё с улыбкой.
Люди переглядывались, шепчась, но спрашивать никто не смел.
Позже Чэнь Юэ услышал от Линь Цюаня кое-какие подробности.
— Эта Чэнь Юйцин, — Линь Цюань, вытирая специальной тканью аптекарский шпатель, небрежно заметил, — дальняя родственница главной семьи. Во время восстаний их ветвь пострадала, потери огромны, вот они и сбежали к нам. Главная семья решила устроить её сюда, чтобы присматривала за задним двором.
— А распорядитель Ту? — спросил Чэнь Юэ.
— Ту Шань? — Линь Цюань хмыкнул и покачал головой. — Отправили на старую лекарственную базу семьи за городом. Прежний распорядитель там стар, сил мало. Вот его туда и перевели. Место – захолустье, дальше некуда.
Чэнь Юэ молчал. Распорядитель лекарственной базы? Звучит как перевод, но для человека, бывшего вторым лицом в аптеке, это – ссылка в глушь. Смысл был понятен каждому.
Приход Чэнь Юйцин означал гораздо больше, чем смену одного распорядителя.
Через несколько дней после вступления в должность она, держа в руках список, вновь вызвала учеников. Всё то же лунно-белое платье, заколка из дерева, спокойный, равнодушный взгляд.
— Аптека не кормит бездельников и бесполезных людей, — её голос был холодным и отчётливо звучал во дворе. — На лекарственной базе за городом нехватка рук. Люди из списка должны с утра собрать вещи и отправиться туда. Срок… пока на полгода.
Она начала называть имена, и с каждым именем лица учеников бледнели. Лекарственная база – место далёкое, скучное и оторванное от защиты города. Сейчас беженцы и повстанцы рыщут вокруг, в городе-то опасно, а там и подавно – как на высылку.
Послышался ропот, но стоило Чэнь Юйцин поднять глаза, как в них промелькнуло ледяное безразличие, от которого по спине бежали мурашки.
— У аптеки свои правила. Если не хотите ехать – воля ваша. Расчёт по зарплате – и свободны. В такую смутную пору покинуть аптеку – это может выйти себе дороже.
Лёгкая фраза перекрыла все пути к отступлению. Атмосфера во дворе мгновенно остыла. Те, кого не назвали, не чувствовали радости: нагрузка на оставшихся почти удвоилась.
Жалобы и вздохи застревали в горле, никто не осмеливался возмутиться.
Вскоре после собрания Лю Цзин разыскал Чэнь Юэ, сортировавшего травы у алхимической.
— Брат Чэнь, меня отправляют на лекарственную базу.
Чэнь Юэ перестал работать и посмотрел на него. Он понимал страх Лю Цзина – за городом сейчас неспокойно.
— Брат Чэнь, ты… ты теперь алхимик, не мог бы ты замолвить словечко перед распорядителем? Пусть я останусь? Дай мне работать у тебя помощником, ты ведь знаешь, я всему научусь, точно не буду мешать!
Чэнь Юэ раздумывал мгновение и кивнул:
— Попробую, но задний двор теперь в ведении нового распорядителя, гарантий давать не стану.
Через четверть часа он разыскал Чэнь Линя и всё объяснил.
— Ты хочешь Лю Цзина в алхимическую? — Чэнь Линь был в затруднении, его пальцы нервно стучали по столу. — Чэнь Юэ, не в том дело, что я не хочу помочь. Сейчас Юйцин сама полностью управляет задним двором. Если я сейчас вмешаюсь в её решения, это будет не по правилам, да и её положение усложнит.
Чэнь Линь подумал и добавил:
— Давай так: я найду время и лично переговорю с госпожой Юйцин, но больших надежд не питай.
Чэнь Юэ поблагодарил и ушёл, но на душе было неспокойно. Колебания распорядителя говорили сами за себя.
На следующий день Чэнь Юйцин сама пришла в алхимический дворик. Не одна, а со служанкой в светло-зелёном платье.
— Учитель Линь, — Чэнь Юйцин слегка кивнула Линь Цюаню, выказав должное уважение, а затем обратилась к Чэнь Юэ:
— Алхимик Чэнь, я слышала, ты просил распорядителя Чэнь Линя оставить ученика Лю Цзина в алхимической?
— Да, — кивнул тот.
— После распределения рук стало мало, все при деле, — её голос был ровным, без эмоций. — Ты занимаешься только пилюлями Оживления Крови, Учитель Линь рядом, рук пока хватает. Решение по Лю Цзину окончательное. Больше к этому вопросу не возвращайся.
Чэнь Юэ хотел было сказать, что им действительно нужны руки для сортировки трав, но Чэнь Юйцин легонько подняла руку.
Служанка шагнула вперёд:
— Алхимик Чэнь, госпожа управляет делами, у неё свои соображения. Сейчас время тяжёлое, всем нужно сплотиться, так что прошу вас, думайте об общем благе и сосредоточьтесь на алхимии.
Это было почти прямым предупреждением. Чэнь Юэ слегка нахмурился.
Чэнь Юйцин, казалось, ничего не заметила. Её глаза феникса спокойно смотрели на него, и тема вдруг изменилась:
— Кстати, до меня дошли слухи… что у вас с Ли Ле, мастером Ли, были некоторые разногласия?
Чэнь Юэ сердце встрепенулось, но он остался невозмутим:
— Распорядитель, верно, слышала лишь досужие сплетни: я лишь просил наставлений в боевых искусствах, никаких ссор не было.
— Неужели? — Не поверила она. — В такие времена умение варить пилюли – ценный дар, позволяющий выжить. Но зачастую лишь умений недостаточно, чтобы сохранить себя в целости.
Она опустила взгляд, словно вспоминая что-то:
— В моей семье тоже были талантливые алхимики, твоего возраста, а мастерством, возможно, даже превосходили. Когда начались беспорядки и мятежники сломали ворота, они остались сидеть у своих котлов и в итоге попали к ворам, их судьба неизвестна.
Служанка в светло-зелёном тут же добавила увещевающим тоном:
— Госпожа беспокоится о вас. Мастер Ли Ле – человек старой закалки, эксперт стадии Закалки Мышц, в нынешние времена мы во многом полагаемся на них. Госпожа считает, что лучше найти примирение, поэтому хочет вечером устроить пир в «Пьянящей луне», чтобы вы с Ли Ле выпили вместе и всё забыли.
Чэнь Юэ посмотрел на невозмутимое лицо Чэнь Юйцин, на изучающий взгляд служанки. Это был прямой намёк – пойти и покаяться перед Ли Ле!
— Распорядитель, это недоразумение. У нас с господином Ли действительно нет конфликта. В тот день я не получил наставлений, просто взял книгу и ушёл. Сплетни – это лишь слова. О каком-то примирении и речи быть не может.
Брови Чэнь Юйцин слегка сошлись к переносице.
Она смотрела на Чэнь Юэ с лёгким раздражением – не ожидала, что он откажет так прямо.
— Ты не хочешь мириться? — Спросила она.
— Не в том дело, что не хочу. А в том, что раз вражды нет, то и мириться не с чем, — улыбка Чэнь Юэ осталась неизменной, тон был искренним. — Госпожа распорядитель, вы здесь новая, должно быть, наслушались нелепых слухов. Мы в аптеке, каждый знает своё дело.
Комментарии