Глава 45: «Проба голоса (часть первая)»
Откинувшись на изголовье кровати, Чжан Ю с улыбкой наблюдал за маленькой одинокой фигуркой, застывшей в дверях его комнаты.
— Если хочешь спать со мной – так и скажи, нечего из себя сиротку строить. Уверен, твоя мама со мной до сих пор не развелась только из-за тебя, так что кончай драматизировать. Твоя мама еще ни разу не была исполнительницей главной роли, а ты уже вовсю перетягиваешь одеяло на себя. Нехорошо это.
Смеясь, Чжан Ю откинул край одеяла и похлопал по постели:
— А ну, залезай скорее. Сегодня будешь спать с папой.
— Никто ничего не перетягивает, вовсе нет! — Огрызнувшись, девчонка сверкнула глазами на отца, сбросила тапочки и рыбкой нырнула к нему в объятия. Почувствовав аромат, исходящий от дочки, Чжан Ю довольно хмыкнул:
— Какая же ты душистая.
— Конечно, душистая, — она потянула Чжан Ю за руку, устраиваясь на его плече, как на подушке, и спросила:
— Ты что, вечером в телефон совсем не заглядывал?
— Собирался, но раз ты пришла, какой уж тут телефон? Любоваться маленькой красавицей куда приятнее.
Малышка звонко рассмеялась и шутливо похлопала отца по щеке:
— Ну и подлиза же ты.
— Еще какой! А как иначе, когда передо мной такая дама?
Взглянув на часы – стрелки приближались к половине одиннадцатого, – Чжан Ю выключил свет. — Всё, живо спать, а то утром опять не добудишься.
— Сплю-сплю, — пробормотала девочка, зажмурившись в его объятиях, но тут же добавила:
— А ты можешь еще немножко в телефоне посидеть.
— Я тоже спать.
Чжан Ю поудобнее устроил голову на подушке, прижал дочку к себе и закрыл глаза.
— Пап, наша классная руководительница такая вредная. Если бы она не скинула баллы в чат, мама бы ни за что не догадалась, — внезапно подала голос малышка, распахнув глаза.
— Запомни: стоит один раз солгать, и тебе придется громоздить горы лжи, чтобы скрыть брешь в первой. Самое надежное оружие в жизни – это искренность. В нашей затее изначально был элемент риска, так что провал был делом времени. И даже если бы учительница промолчала, твоя мама не дура: она бы рано или поздно раскусила тебя по твоему поведению, — ответил Чжан Ю.
— А я думаю, мама бы ничего не заметила, — упрямо заявила дочка.
— В любом случае, больше мы так делать не будем.
— Ты говорил, что напишешь маме «Любовное письмо». Написал уже? — К ночи девочка была куда бодрее, чем утром. Сон у нее был ни в одном глазу.
— Письма я писать не умею, — усмехнулся Чжан Ю. — Могу только «подкатить» по-простецки.
— О, ну-ка, покажи! — Заинтересовалась малышка.
— Папа только что съел грушу. Угадай, какую? — Спросил он.
— Наверное, «хрустальную»!
В сортах фруктов девочка разбиралась отлично и выпалила ответ не задумываясь.
— А вот и нет. Это была грусть по тебе.
— … — Малышка немного подумала и разочарованно качнула головой:
— Не поняла.
— Ладно, давай другой. Зай, я сегодня был в больнице, мне ставили капельницу. Угадай, что за лекарство?
Не дожидаясь ответа, Чжан Ю со смехом выдал:
— Капли нежности к тебе. — Заметив полное недоумение на лице дочки, он понял, что его «батины шуточки» здесь не котируются. Поправив одеяло, он скомандовал: — Всё, спи.
— Я в туалет хочу, — вдруг призналась она.
— Ну так иди.
— Пойдем со мной, мне одной страшно.
Вздохнув, Чжан Ю зажег свет и проводил ее до санузла. Стоя у двери, он напомнил:
— Руки помыть не забудь.
Спустя минуту девчушка выскочила наружу, на ходу отряхивая мокрые ладони, схватила его за руку и потащила обратно в комнату, испуганно ойкая.
— Совсем ты у меня трусишка, — подразнил ее отец.
Городские фонари давно горели, к половине двенадцатого шум улиц начал стихать. Цзян Ижэнь проснулась от чувства голода. Обычно ради фигуры она придерживалась строгой диеты: минимум калорий, ни грамма углеводов. В обед она поела плотно, но с тех пор прошло слишком много времени.
Как бы она ни пеклась о внешности, двенадцать часов без еды – это чересчур.
Накинув халат, она вышла из спальни. В гостиной царила тишина, из детской тоже не доносилось ни звука. Было ясно: муж с дочкой уже десятый сон видят.
Распахнув холодильник, она достала пару початков кукурузы и отправилась на кухню варить их.
Пока вода закипала, она соорудила себе простенькую фруктовую тарелку. Устроившись на стуле в гостиной, она подцепила вилочкой кусочек яблока и отправила в рот. Видимо, голод был действительно сильным: она проглотила его, почти не жуя.
В этот момент дверь второй спальни открылась, и в гостиную вышел муж.
— Так и знал, что это ты, — с улыбкой произнес Чжан Ю.
Он пододвинул стул и сел рядом с ней. Он смотрел на Цзян Ижэнь: в отличие от дневного образа, сейчас на ее изысканном лице не было ни капли косметики. Но даже в естественном виде она выглядела потрясающе: кожа белая и нежная, а в облике сквозило то особое очарование, что присуще женщинам ее возраста.
О фигуре и говорить не стоило.
Безупречные, аппетитные изгибы, от которых захватывало дух.
Рука Цзян Ижэнь с наколотым кусочком фрукта замерла на полпути. Глаза ее тревожно дрогнули, и когда Чжан Ю придвинул стул еще ближе, она бросила на него колючий взгляд.
Внезапно в уютной гостиной, где она надеялась отдохнуть, появилось нечто, заставившее ее нервничать. Она отложила вилку.
Инстинктивно Цзян Ижэнь отодвинула свой стул, увеличивая дистанцию между собой и мужем.
— Ха-ха, — тихо рассмеялся Чжан Ю. — Не бойся. Раз я обещал не делать ничего против твоей воли, значит, так и будет. Просто я в последние дни слишком много спал, вот и не спится теперь. Услышал шум на кухне, понял, что ты вышла перекусить, и решил поболтать. У тебя, кажется, сейчас не густо с предложениями? Что, карьера застопорилась?
Видя, что муж ведет себя адекватно, Цзян Ижэнь вернулась к фруктам.
Что до работы… Он ведь не из шоу-бизнеса, что он может смыслить в делах артистов? Она считала, что с профаном обсуждать нечего.
Даже если муж действительно изменился.
Он ничем не может помочь, а пустые слова сочувствия – какой в них толк?
К тому же ей просто не хотелось с ним разговаривать.
Хотя, если сравнивать с тем, что было раньше, переменами в поведении мужа Цзян Ижэнь была втайне довольна. По крайней мере, теперь ей не приходилось разрываться между работой и домом.
— Вечером я переговорил с братом Ли Цзуншэном.
Цзян Ижэнь замерла, а затем уставилась на мужа немигающим взглядом, словно ожидая продолжения. Чжан Ю едва не рассмеялся, глядя на такую реакцию.
Надо же.
Вот она, харизма Ли Цзуншэна: самого человека здесь нет, а одно его имя заставляет людей затаить дыхание. Немного поколебавшись, Чжан Ю с самым серьезным видом произнес:
— Я сказал, что те песни написал я, а Ли Цзуншэн – это мой псевдоним. Ты правда не веришь? Что до выбора имени… Мне кажется, если хочешь начать жизнь с чистого листа, нужно новое имя. Мое старое имя звучит неплохо, но мне кажется, что имя Чжан Ю стало для моей судьбы клеткой. Поэтому…
Тут он кое-что вспомнил.
У брата Ли Цзуншэна, кажется, было три брака. При этой мысли Чжан Ю, не дождавшись реакции жены, сам не выдержал и покатился со смеху.
(Конец главы)
Комментарии