Глава 88: «Покупка песни, часть первая.»
Стрелки часов приближались к половине второго.
В отдельном кабинете элитного ресторана частной кухни Сюй Цинъя, одетая в черно-белое клетчатое пальто, сидела в кресле с безупречным макияжем на лице. Её агент стояла у окна и задумчиво провожала взглядом внезапный ливень, обрушившийся на город совсем недавно.
Этот дождь не был неожиданностью.
Последние пару дней небо стояло хмурым и серым, а погодное приложение в телефоне с предельной точностью предсказало приход ненастья.
— Мы и так ждем целую вечность, — раздраженно бросила Сюй Цинъя, которой порядком надоело целый час сидеть без дела. — Набери его еще раз, поторопи.
Ван Юй, агент Сюй Цинъя, лишь беспомощно вздохнула:
— Сказано же: если можем ждать – ждем, если нет – забираем деньги. Потерпи еще немного! Раз уж прождали столько времени, лишние полчаса погоды не сделают. Не ради мужа Цзян Ижэнь, так ради Ли Цзуншэна стоит подождать. Кстати, совсем забыла сказать… Знаешь, почему Ли Цзуншэн доверил все права на свои песни мужу Цзян Ижэнь?
— Почему? — Сюй Цинъя оживилась, в ней проснулось любопытство.
— Слухи пока не подтверждены, — усмехнулась Ван Юй, — но поговаривают, будто муж Цзян Ижэнь – это и есть «муж» Ли Цзуншэна. Если это правда… Ну и анекдот, обхохочешься.
— Да быть не может! — Сюй Цинъя не поверила. — Будь это так, разве Цзян Ижэнь не подала бы на развод?
— Говорят разное, а как оно на самом деле… Пока за руку в постели не поймали, никто не скажет наверняка. Но дыма без огня не бывает, особенно когда речь о правах на песни. Для простых приятелей хватило бы разрешения на исполнение, но передать все авторские права – это неслыханно. Ты сама певица и понимаешь, как это устроено: либо права у компании, либо у автора. А насчет развода… Она не ушла от него, когда он проиграл в карты такие деньжищи, неужели уйдет из-за этого? Если женщина один раз решила терпеть, значит, терпеть ей придется еще очень многое.
Ван Юй сделала паузу и добавила уже серьезно:
— Поэтому, Цинъя, когда надумаешь заводить роман, смотри в оба. И ничего не скрывай от меня. Ты представить не можешь, сколько в этом обществе фальшивых богатеев, живущих в долгах у банков, но строящих из себя денежных мешков. В шоу-бизнесе столько актрис на этом обожглось… Мошенники нынче ведут крупную игру, и стоит оступиться – окажешься в бездонной пропасти. Так что если кто появится, сначала скажи мне. Я пробью его по своим каналам. Не хватало еще вместо богатой жизни вляпаться в долги на десятки и сотни миллионов. Потом и поплакаться будет некому.
— У меня пока нет таких мыслей, — коротко ответила Сюй Цинъя.
— И слава богу, — кивнула Ван Юй. — Женщине нужно ставить карьеру на первое место. Любовь – дело хорошее, но важно знать, с кем связываешься. Цзян Ижэнь – пример показательный, но далеко не самый худший. Есть в индустрии те, кому пришлось куда солонее. Думали, что вышли за богача, а через пару месяцев после свадьбы мужья-проходимцы подсовывали им кучу бумаг на подпись, вешая долги в несколько сотен миллионов. Это пострашнее ситуации Цзян Ижэнь. Её муж хотя бы наделал долгов открыто, она может их платить, а может и нет. Но когда на тебе висят миллионы по документам – деваться некуда…
Заметив, что Сюй Цинъя начинает терять терпение, Ван Юй тут же сменила тему.
Она снова взглянула на экран телефона, проверяя время:
— Должен скоро быть. Мне тоже не в радость ждать, но сейчас Ли Цзуншэн выходит на связь только через мужа Цзян Ижэнь. Эх! «Исполнение желаний», «Есть песня, что постареет» и уже вышедшая «Вопрос»… Что ни песня, то шедевр. Он бьет редко, но всегда в яблочко.
При упоминании этих трех песен Сюй Цинъя мгновенно успокоилась. Она достала телефон и принялась лениво листать короткие видео, стараясь не думать о том, что её, звезду, заставили ждать больше часа. С ней такое случалось впервые.
«Надеюсь, сегодня этот муж Цзян Ижэнь пришел не с пустыми руками», – подумала она.
В этот момент дверь открылась. На пороге появился Чжан Ю. Оставив зонт у входа, он виновато улыбнулся:
— Прошу прощения, заставил вас ждать. В знак извинения выпью три штрафные.
Сюй Цинъя оторопела. Ей очень хотелось съязвить, что в комнате, кроме него, только две женщины – перед кем он собрался красоваться своей «штрафной» выпивкой?
Тут она вспомнила, что в тусовке о муже Цзян Ижэнь говорят как о заядлом курильщике и пьянице. Похоже, он просто пришел сюда выпить, а «штрафные» – лишь повод начать пораньше. Наверняка после трех первых он, не дожидаясь приглашения, назначит себе еще три.
Впрочем, Сюй Цинъя не возражала. Если он выдаст информацию о Ли Цзуншэне, пусть хоть упьется до бесчувствия – ей всё равно.
— Господин Чжан, вы слишком вежливы, присаживайтесь, — с улыбкой заговорила Ван Юй. — Слышала, вы пробуете себя в кино? Я всегда говорила: муж королевы песен Цзян Ижэнь не может быть таким, каким его малюют слухи. Наверняка кто-то специально наговаривает… Люди нынче злые, им только дай повод порадоваться чужой беде…
Чжан Ю бесцеремонно прервал её на полуслове:
— Это не слухи. Всё, что говорят, – чистая правда.
Ван Юй застыла, её улыбка стала натянутой. Неловко посмеиваясь, она попыталась сгладить углы:
— А господин Чжан остряк! Неудивительно, что вы подружились с господином Ли Цзуншэном. Говорят, у юмористов всегда много друзей. Раньше я не верила, но теперь, пообщавшись с вами, убедилась. Раз вы такой весельчак, то и господин Ли, должно быть, человек незаурядный.
Сюй Цинъя едва сдержала смешок. Она втайне восхитилась своим агентом: та умудрялась мило беседовать с таким типом и даже после грубого отпора вывернула разговор к главной цели их встречи.
— Это Сюй Цинъя, верно? Довольно миленькая, — Чжан Ю отвесил сомнительный комплимент и, потянувшись к чайнику на столе, вознамерился налить ей воды.
— Не надо! — Сюй Цинъя явно уступала своему агенту в светской обходительности. Вместо того чтобы с улыбкой принять жест, она инстинктивно выставила руку, отталкивая чайник.
От резкого толчка рука Чжана дрогнула. Чайник со стуком рухнул на стол, обдав всё вокруг брызгами. Несколько капель попало на одежду Сюй Цинъя. Чжан Ю, рассыпаясь в извинениях, поспешно вытянул несколько бумажных салфеток и принялся вытирать пятна прямо на груди девушки.
— Не нужно, не нужно, я сама… Стоп… — голос Ван Юй затих.
Перед её глазами разыгралась нелепая сцена: муж Цзян Ижэнь с самым серьезным видом елозил салфеткой по бюсту Сюй Цинъя, а та, опешив, замерла, не в силах пошевелиться. Почувствовав, что атмосфера в кабинете стала, мягко говоря, странной, Чжан Ю недоуменно поднял голову. Столкнувшись с ошарашенным взглядом агента, он посмотрел вниз и обнаружил свою руку с зажатыми салфетками там, где ей быть явно не полагалось.
— Ой, простите, виноват, — спохватился он, поспешно отстраняясь. Но тут его лицо приняло странное выражение. Прищурившись, он спросил:
— Сюй Цинъя, как ты думаешь, я человек порядочный?
— Господин Чжан, безусловно, человек исключительных качеств, идеальный друг, — выдавила Ван Юй. Хотя она кипела от ярости, ради новостей о Ли Цзуншэне ей пришлось проглотить обиду.
— Вот как… — Чжан Ю задумался. Пока Сюй Цинъя приходила в себя и уже собиралась разразиться криком, он, встретив её яростный взгляд, вдруг выпалил:
— Тогда сегодня мы с Сюй Цинъя побратаемся!
— Господин Чжан, это, пожалуй, лишнее, — натянуто возразила Ван Юй. — Узы братства нынче не в моде.
— Да нет же, — Чжан Ю посмотрел на Сюй Цинъя. — Мы станем братьями, как в «Троецарствии». Устроим клятву в этом кабинете.
— …
Комментарии